Верондир молчал всю дорогу до академии. Впрочем, его ученица молчала тоже.
Глава восьмая
В вестибюле академии Алесю перехватил Харрайн.
— Она пообедает со мной.
— Конечно, конечно, — устало согласился учитель.
Харрайн Лэндигур отвез невесту в маленький уютный ресторан. Стены зала были облицованы темным деревом с притягивающей взгляд структурой, умело подчеркнутой декоратором. Столы и кресла выглядели так, как будто вырезаны из массива дерева, но аккуратно опустившись в такое, будто бы деревянное, кресло она еле слышно ойкнула, утопая в том материале, из которого на самом деле было изготовлено сидение. Кресло оказалось невероятно удобным. Освещение имитировало закатные лучи солнца, пробивающиеся из-за неплотно закрытых ставен. Издалека доносился неясный шум моря и далекие крики чаек. Посетителей было немного, а рядом с тем столом в углу зала, куда Харрайн ее привел, посетителей не было вообще.
— Ты так взволнована. Дело ведь не в том, что вас похитили?
— Нет, нас не похищали. Там был вход в Антидолину. А пациентом, к которому нас пригласили, оказался Эридано Ларьен.
Официант начал составлять блюда с подноса на стол, и оба собеседника замолчали. Харрайн нетерпеливо постукивал пальцами по столу, ожидая пока официант отойдет. За последние несколько месяцев Алеся перепробовала множество эмеранской ресторанной еды, некоторые блюда узнавала сразу. Например, вкуснейшие «ушки» из белого мяса в желтом соусе. Ее спутник героическим усилием дождался, пока она утолит первый голод. Только потом выпытал у нее подробности посещения мира за Стеной.
— Специалисты считают, что Эридано Ларьен по своему психопрофилю как раз может быть одним из главарей в Антидолине, — взволновано сообщил Харрайн, когда она закончила рассказывть и оценивающим взглядом посмотрела на блюда, стоящие на столе. — Вот этих рыбок ты еще не пробовала, — он пододвинул к Алесе блюдо с маленькими золотистыми рыбками, тушенными в масле с разноцветными овощами. — Пойми мои слова, пожалуйста, правильно. Странно, что никто из этой Антидолины и не пытается причинить тебе хоть какой-то вред. Мы все время ожидаем, что тебя могут похитить, травмировать физически или душевно, но нет. Не подумай только, что меня это огорчает…
— Не оправдывайся, я понимаю ход твоих мыслей. Вот уже почти два года как меня вообще никто никак не трогает. Единственный удар из Антидолины, и тот был нанесен по тебе.
Харрайн опустил глаза и снова принялся постукивать пальцами по столу.
— Что ты хочешь сказать, Харрайн?
Он молчал. Молчал напряженно. Алеся даже оторвалась от невероятно вкусных золотистых рыбок и вопросительно посмотрела на собеседника.
— Не я первым выдвинул эту идею. Я был даже против. Но теперь, когда они стали активно действовать в нашем мире, я вынужден согласиться. Понимаешь, кое-что можно было бы узнать в Третьем мире, допросив твоего… э-э-э…
Алеся неожиданно для себя начала медленно заливаться краской стыда.
— … допросив того, кто привел тебя к бандитам. Сейчас в Долине как раз находится нужный нам специалист из Третьего мира. Он с удовольствием выполнит эту работу для Хозяйки Долины. Но у меня возникла мысль получше.
— Какая? — сдавленным от усилия говорить спокойно голосом спросила Алеся. Харрайн сидел, не поднимая глаз на нее.
— Хорошо бы мне вместе с тобой переместиться в Третий мир, чтобы я сам смог допросить того парня. У менталиста допрос получится куда лучше, чем у простого следователя с Земли.
Внезапно она предельно четко услышала мерный шум моря, далекие резкие крики чаек, скрип стульев, легкие шаги официантки в другом конце ресторана.
И вот ей бы промолчать, но она не смогла.
— Ты собрался переместиться со мной в Третий мир?!
В чужой мир кроме самой Хозяйки мог переместиться только ее супруг, да и то, если они друг друга по-настоящему любят. Или…
— Ты ведь не хочешь сказать, что именно ты настоящий Хозяин Антидолины? Харрайн!
Она откинулась в кресле и потрясенно прижала руку к неровно застучавшему сердцу.
Харрайн поднял на нее глаза и криво усмехнулся.
— В такую чушь тебе проще поверить, чем в правду? Это, конечно, естественно для людей, сразу предполагать наихудшее, пусть это и маразм. Но от тебя я не ожидал.
— Но тогда как же ты… на что же ты…
— Ты поела?
— Да, но…
— Тогда давай переместимся в Долину. У нас останется еще около получаса для подготовки перемещения в Третий мир. Офис, в котором работает нужный нам парень, заканчивает работу в восемнадцать часов по местному времени. Пойдем.
— Перемещаться будем из твоей машины? — только и смогла уточнить Алеся, ошеломленная до полной заторможенности.
Переместившись с Алесиной помощью в Долину-между-Мирами, точнее, в собственный дом, Харрайн сразу отправился на поиски Александра Лазарева, обещавшего им помочь. К сильно заторможенной Алесе подошел Леи Катиноу. Он быстро оглядел ее брючный костюм с неярким узором из хвоинок, зеленых, салатовых и бурых.
— Ткань, естественно, эмеранская? Переодевайся. На вот, возьми, — Катиноу вручил ей земные кроссовки, куртку, джинсы с водолазкой и пакет с бельем. — А потом, возьми, надень парик и подкрась губы.
Слабо соображающая Алеся послушно переоделась в ванной, размер одежды был точно подобран; надела перед зеркалом жгуче-черный парик длиной до середины лопаток с длинной челкой и с сомнением посмотрела на вызывающе яркую помаду.
— Не бойся. То, что надо. Тебя никто не должен узнать, — успокаивающим тоном сказал Леи Катиноу, когда преображенная Хозяйка вышла из ванной.
— И что, этого хватит? Даже для… Костика?
Некоторое оглушение вдруг прошло, и ей стало просто грустно.
— Говорят, ты изменилась за последние два года. Вполне естественно для девушки-подростка, меняться в таком возрасте. Можно было бы, конечно, надеть темные очки на половину лица. Но они как раз привлекают внимание. Мелочи, меняющие внешность, вроде тех, что я тебе предлагаю, эффективнее.
— Я бы, конечно, тебя узнал, — вмешался подошедший вместе с Лазаревым Харрайн в кепке с козырьком, скрывавшей его двуцветные волосы, — но я видел тебя постоянно в течение всех этих двух лет. Остальные, как мне кажется, узнать не должны.
Под остальными он деликатно подразумевал Костика. Ни Ольсинея, ни Фардар так и не появились. Алеся сообразила, что предстоящая авантюра — плод совместного творчества подружившихся менталистов. Она не сопротивлялась. Так страдала из-за грядущего провала, что ничего говорить была не в силах. Харрайн уверено обнял ее за плечи, Алеся протянула руку Александру Лазареву, чтобы не разлучиться в процессе перехода. И сделала шаг.
Они оказались в московском дворике. Все трое. Алеся медленно повернулась к отпустившему ее Харрайну. Тот внимательно, с легкой грустью, смотрел ей в глаза.
— Иногда проще сделать, чем что-то доказывать словами.
Она опустила голову, осторожно взяла его за руку, и больше ничего ни сказать, ни сделать была не в состоянии. Невероятное счастье ослепило ее, как весеннее московское солнце, лучи которого плавили сейчас последний снег на клумбах и под деревьями.
— Э-э-э, мы вроде по делу, — вмешался развеселившийся господин Лазарев.
Оба его спутника немного опомнились.
— Алеся, ты не могла бы выставить «ментальную защиту»? — виновато спросил Харрайн. — Я не могу сосредоточиться, ощущая такую… такое великолепие.
— Верондир так и не выучил меня создавать «сетку спокойствия». Из эгоистических соображений, как он сказал.
— Я его понимаю.
И оба снова замолчали, продолжая держаться за руки.
— Сделал дело — гуляй смело, — скучным голосом напомнил их спутник. — Харрайн, пойдем со мной. Хозяйка нам, в общем-то, пока не нужна.
Харрайн мягко вытащил свои ладони из Алесиных рук и повернулся к Лазареву. Тот сурово сжал губы, но глаза его светились веселым блеском. Они подошли к проходной и подождали несколько минут до окончания рабочего дня в офисах огромного здания. Потом народ повалил из проходной плотным потоком, как вода из сорванного крана. Александр Лазарев напрягся.
— Внимание, наш объект, — тихо сообщил он.
— Подождите, ребята, — еле слышно вмешалась Алеся. — Сейчас к нему подошла та самая девица, которую я видела в Антидолине в качестве медсестры.
— Повезло, — так же тихо ответил Харрайн, решительно делая шаг в глубины человеческого потока, завихрившегося вокруг них с Лазаревым, будто подчиняясь законам гидравлики.
Рядом с Костиком, лицо которого, как и пару лет назад, внешне напоминало лица у статуй на станции метро «Площадь революции», шла и что-то ему рассказывала та самая медицинская сестра, которая отключала капельницу их с Верондиром пациенту во время сегодняшнего посещения Антидолины. Сероглазая крашеная блондинка с темно-синими ногтями выглядела привлекательно и эффектно.
И она, и Костик выбрались из человеческого потока вслед за иномирным менталистом, уже не осознавая, что с ними происходит. Всей компанией они прошли к ближайшей детской площадке во дворе. Случайно или нет, но там не было ни маленьких детей, ни подростков. Мужчины пододвинули тяжелую скамейку так, чтобы всем можно было усесться друг напротив друга. Трое мужчин и две женщины вроде бы мирно беседовали на пустой детской площадке.
— Алеся Мансурова, — бесстрастно произнес Харрайн ключевое слово, позволяя Костику говорить.
— Классная девочка — оживился тот — так забавно дергалась в постели…
— У вас был ребенок, — вмешался Харрайн, прерывая Костиковы постельные воспоминания, уже не контролируемые волевым усилием говорившего человека.
— Я заделал. Она все время порывалась уйти. А у нее и бабло было, и сама она ничего. Не хотелось ее упускать. Полины тогда еще не было.
Алеся впервые в жизни отчаянно пожалела, что Верондир так и не выучил ее устанавливать ментальную защиту.
— Что стало с Алесей?
— Она пропала. Все говорят, что ее убили. Но это не так. Мне обещали, что она не умрет. И трупа-то не нашли. Не нашли труп. Полина говорит, что она жива.