Повозка тем временем остановилась. Рэдлин бесшумно сполз обратно на пол, все затаились.
— Куда направляешься? — как-то даже ласково спросил водителя Темный Хозяин.
— В штрафной лагерь по приказу господина Хаймера, — четко отрапортовал водитель.
— А зачем? — еще более ласково промурлыкал принц Линсей.
— Привезу штрафников. У господина Хаймера гость. Приказано развлечь.
— Ах, гостя развлечь. Какое благородное занятие. Поворачивай назад. Я тоже хочу поучаствовать в развлечении гостя.
И тут как раз истекли отведенные менталистом водителю полчаса.
— Господин, — пролепетал водитель, — вы ведь можете понять простую человеческую потребность?
— Э-э-э…
— Мне, прямо говорю, нужно срочно в те кусты.
— Надеюсь, не от страха? — принц был в хорошем настроении.
— Никак нет!
— Ну иди. Один электромобиль останется тебе для компании.
— Сорвались наши планы, — прошептал Рэдлин, пока три из четырех машин, урча моторами, проезжали мимо. — Но все же Темный Хозяин — это не его сатрапы. Он более адекватный.
Харрайн молча прижал к себе Алесю.
Арестантская перевозка вместе с сопровождающим электромобилем вернулась обратно в поместье, причем не в гараж, а на площадь перед центральным домом-замком. Там уже на коленях, с заломленными назад лихим стражником руками, пребывал Авилл Хаймер. Немного поодаль, небрежно откинув черный сверкающий плащ, чтобы положить руку на рукоять пистолета, стоял Темный Хозяин. Члены его свиты толпились на шаг сзади. Где-то посередине между принцем и его сатрапом еле держался на ногах с опущенной головой Леи Катиноу. А из замка все выносили одно за другим истерзанные человеческие тела. Харрайн закрыл Алесе глаза руками.
— Я так понимаю, Верондир, что их всех милосерднее будет пристрелить, — холодно спросил Линсей Эренгайл. Алеся вздрогнула и вывернулась из рук Харрайна, чтобы тоже посмотреть на площадь через отогнутый кверху кусок брезента. Несмотря на окутавшее ее душу облако безразличия, она была потрясена.
— Вот тех двух еще можно поставить на ноги, — сдержанно ответил ее бывший учитель.
— Но вот эту свинью я пристрелю с удовольствием, — Темный Хозяин плавным движением поднял пистолет и, вроде бы даже не целясь, выстрелил. Тело Хаймера безжизненно повисло в руках держащего его стражника. Тот разжал руки, и труп свалился на каменные плиты площади. С таким же глухим стуком навзничь упал Леи Катиноу. Через секунду рядом с ним оказался желтоволосый целитель в черном плаще.
— У него никакое сердце, — мрачно сказал Верондир. — Так что заканчивайте, пока он не пришел в себя.
— А я не собираюсь торопиться. Забросьте его в перевозку и отвезите в штрафной лагерь. Появится время, я с ним пообщаюсь.
Пока стражники забрасывали безжизненное тело Леи Катиноу в перевозку, Алеся отвлеклась от происходящего на площади. Нужно было открыть клетку, чтобы никто ничего не заподозрил. Стражники, забросив вовнутрь человека без сознания, старательно заперли дверь.
Тем временем на площадь приволокли еще двух человек, похоже, помощников Хаймера, а также прибежала та самая курчавая красавица, которой Алеся так неосторожно помогла.
— Вот видите, Господин, — тихим грудным голосом проговорила она, обнажая грудь, — остались только шрамы. Мне действительно помогла целительница.
— Эта свинья так тебя мучила? — мягко уточнил принц, разглядывая отнюдь не только шрамы, которые после Алесиного вмешательства были почти незаметны. Но под распахнутой блузкой красавицы было на что посмотреть и помимо шрамов. — Целительница помогла, говоришь? Молодая?
— Молодая и некрасивая, — голос у нее был прямо-таки чарующий.
Принц Линсей приподнял за подбородок скромно опущенную вниз голову бывшей любовницы.
— Кажется, я поторопился. Дважды поторопился. Слишком рано застрелил скотину Хаймера, не допросив. И напрасно отпустил тебя, моя милая.
Темные глаза засияли преданностью и восторгом. Его высочество, чуть притянув к себе красавицу левой рукой, без предупреждения выстрелил из своего не-знамо-сколько-зарядного пистолета. И снова без промаха. Еще два трупа упали на плиты площади. Темный Хозяин откровенно наслаждался происходящим.
Алеся еле слышно застонала, отвернулась от приподнятого края брезента и прижалась к своему жениху, закрыв глаза. Харрайн обнял ее еще и другой рукой.
— Ваше высочество, — заговорил Верондир. — Этот ваш Катиноу умрет в штрафном лагере. Он уже бы умер, если бы я не вмешался.
— Как, перевозка еще здесь? — равнодушно поинтересовался принц. — Поезжайте немедленно.
Только когда покрытая брезентом клетка выехала за пределы поместья, Харрайн, оставив Алесю лежать на своем плаще, подполз к другу. Тот все еще был без сознания.
— Все в порядке, — тихо сказал целитель-менталист, осмотрев Катиноу. — Верондир, все-таки, мастер своего дела.
Подъехав к сосновому бору, арестантская повозка снова остановилась.
— Заколдованное место какое-то, — пробормотал Рэдлин.
На этот раз перевозку догнал одинокий электромобиль.
— Помогите мне вытащить господина, — сказал Эннард Верондир водителю. — И подождите.
Трое беглецов замерли в самом дальнем углу клетки.
Водитель отпер решетку, они вдвоем с Верондиром вытащили Леи Катиноу, все еще пребывавшего без сознания. Затем водитель вернулся к себе в кабинку, не заперев дверцу.
Терять время было нельзя. Рэдлин отобрал у заторможенной Алеси пульт, быстро отцепил и забрал с собой ее проволочки-колечки, и они все трое осторожно вылезли из перевозки. Над беглецами чуть шевелили кронами высокие редкие сосны, под ногами в зеленой траве пестрело множество цветов, но кустов в бору было катастрофически мало. Лес выглядел почти прозрачным.
— Давайте скорее, — прошептал Рэдлин, показывая на практически единственные заросли орешника в трех шагах от них. Все трое забились вовнутрь и стали ждать, пока остальные не уберутся отсюда восвояси.
— Господин Катиноу, — мягко спросил Верондир совсем рядом со спрятавшимися беглецами, — скажите, зачем вам потребовалось выдавать себя за менталиста? Вы вообще знаете, зачем в Темной Долине нужны менталисты? Эта работа не для вашего сердца.
— Я ни за кого себя не выдавал, господин Верондир, — тихо ответил Катиноу. — Я на самом деле менталист.
— Вы уверены, что сможете меня обмануть?
— Проверьте. Я в вашей власти.
Наступила тишина, прогретая солнцем тишина соснового бора. Где-то вдалеке свистнула птица.
— Мастер, — неожиданно хриплым голосом сказал Верондир. — Что Вы тут делаете?
— Я бы мог сказать, что служу силам добра. Но, если вас коробит пафос этих слов, то считайте, что я пытаюсь реабилитироваться в собственных глазах. В своей жизни мне пришлось совершать ужасные вещи. И теперь я стараюсь уменьшить груз на своей совести.
— А разве это возможно? — горько спросил его собеседник.
— Я верю, что да.
— Но что вы все-таки сделали с местным генералитетом? — после долгой паузы вновь спросил Верондир.
— Большинству из них внушил и закрепил императив: «не убей никого».
— И все?! И такой результат?
— Для них убивать — была высшая радость в жизни. А я их этого лишил. Поэтому и пьяная депрессия в итоге. И все остальное, что вы видели. А первопричина именно в этом запрете.
— Вот ни за что бы не сообразил.
— Э-э-э, я постарался ввести запрет ненавязчиво, так сказать. Но с некоторыми, вроде этого последнего Хаймера, такое не прошло бы. Он стал бы куда настойчивее издеваться над еще живыми людьми. Пока я соображал, что с ним можно сделать, явился Темный Хозяин и сам решил вопрос.
— Ладно. Понял кое-что. И куда же мне теперь вас отвезти?
— Возможно, все же в штрафной лагерь?
— Нет. Я на такое не способен. Прошу вас в мой электромобиль.
И оба менталиста, по-прежнему демонстративно не замечая притаившихся в кустах свидетелей их разговора, медленно пошли к дороге. Эннард Верондир выглядел чрезвычайно эффектно со своей рыже-золотистой гривой волос, в черном сверкающем длинном плаще с пламенеющей золотой короной на груди. Понятно, что водитель арестантской повозки послушался его беспрекословно. Леи Катиноу в светлом полотняном костюмчике, заляпанном кровью и грязью, еле доставал высокому менталисту до плеча. И тем заметнее была со стороны почтительность, с которой Верондир поддерживал своего спутника.
— Я думаю, что ваш Темный Хозяин явится ко мне в лагерь довольно быстро, — мягко настаивал на своем Леи Катиноу, — я не успею испробовать всех прелестей тамошней жизни.
— А вам много и не понадобится, — категорично ответил бывший Алесин учитель. — Я не желаю быть соучастником вашего убийства. Не просите, я не отвезу вас в штрафной лагерь.
— А ведь это прямое нарушение моего приказа, — меланхолично заметил Темный Хозяин, появляясь внезапно при этих словах рядом с двумя менталистами. — Не знаю, поняли ли вы, уважаемый господин Верондир, что именно опекаемый вами Катиноу подозревается в выведении из… э-э-э… состояния дееспособности моих ближайших помощников, основного управляющего аппарата Долины.
— Вы сами, ваше высочество, проделали немало в том же направлении, — непреклонно ответил Верондир. — И в любом случае, в ваших же интересах сохранить этого человека в живых.
Оба высоких сильных мужчины мерили друг друга сверкающими взглядами.
— Вы ведь должны подчиняться моим приказам.
— А вы поклялись не отдавать мне приказов, не совместимых с моими нравственными принципами. И сейчас как раз тот случай.
Принц немного опустил голову, и Верондир продолжил вести скромно молчащего Катиноу к своему электромобилю.
— И все же я найду способ, подчинить вас, господин Верондир, — тихо проговорил Темный Хозяин, прищурившись, глядя в след садившимся в машину людям. — Это интересная задачка. И я ее решу. Обещаю.
Спустя мгновение он исчез.
Глава седьмая
Трое безмолвный свидетелей произошедших событий подождали, пока не только электромобиль Верондира, но и арестантская перевозка исчезнут вдали. Затем Харрайн вытащил у оглушенной Алеси из-за пояса карту Темной Долины.