— Ну так вот, — продолжил Фардар, начиная спускаться к реке. — Считается, что женщины по существу своему более миролюбивы. Хозяйка Долины традиционно покровительствует медицине, искусству и мирным наукам. А Хозяин вполне мог бы увлечься военным искусством и начать совершенствовать не медицину, а военное дело. Контакт между мирами дает множество возможностей для совершенствования вооружения. И в случае с Харрайном нельзя забывать, что Третий мир — самый продвинутый среди Миров Долины в плане вооруженности. Ох, и весело будет на Совете, чует мое сердце.
Они спустились к деревянным сходням. Мохнатая черная собака отвернулась от своего хозяина, коротко залаяла и приветливо махнула хвостом, глядя на Фардара.
— Чего это она? — спросил второй бородатый мужчина, отрываясь от кружки с пивом.
— Не знаю. Хорошего человека, небось, учуяла. Она кому ни попадя хвостом не машет. Чувствительная животина, — он погладил животину. — А ты откуда сам-то? — и бородач, наконец, придвинулся к давно заинтересовавшему его человеку.
— Посмотри, Алейсия, видишь, наша лодка — моторная. На электрических аккумуляторах, потому что нефти у нас нет.
Фардар первым запрыгнул в лодку и помог задумавшейся спутнице перешагнуть в качающуюся на воде посудину. Лодка рванулась с места вперед, брызги воды обдали Алесю приятным холодным дождем, и она невольно рассмеялась, поднимая лицо к синему небу. Вот оно, счастье.
— Знаешь, много лет назад я познакомился здесь, в Долине, с одним мудрецом, — вновь заговорил Фардар. — Он был из Третьего мира. Как и многие с Земли, попал сюда в тяжелом состоянии. Мы с ним говорили дни и ночи напролет, я не мог наговориться. Я рассказывал истории своего мира, он рассказывал истории-притчи своего. Потом он ушел и не вернулся. Я даже ощутил его смерть, так успел к нему привязаться. Это счастье и горе Долины. Счастье, что встречаешь прекрасных людей из разных миров, горе, что приходится с ними расставаться, смутно надеясь, что не навсегда.
Фардар вздохнул и, помолчав, продолжил.
— Тот мудрец, в частности, выучил меня одному способу поддержания душевного равновесия. Слушай меня внимательно. Нужно учиться отделять объективные вещи, предметы, как нечто реально существующее, от наших субъективных представлений о них. Вот попробуй сейчас мысленно проделать нечто подобное с Харрайном Лэндигуром. В моем присутствии у тебя должно получиться. Отбрось мысленно все свои воспоминания и личные ощущения. Оставь в памяти только реально существующего господина Лэндигура.
Что мы имеем? Мы имеем молодого, не очень опытного, но могущественного официального представителя Второго мира. Он представляет интересы, естественно, своего мира. На тебя смтрит, как врач на пациентку. Как должна относиться к нему молоденькая, не слишком разбирающаяся в происходящем, но все же Хозяйка Долины? Та, которая должна уметь скоординировать интересы всех четырех десятков таких разных цивилизаций? Да, ты движешься в правильном направлении… Вот сейчас почти правильно. С легким смущением, но с дружелюбной вежливостью. Вежливость, Алейсия, — это твой лучший щит. Залог твоего спокойствия. Пока я рядом, тебе даже и думать о господине Лэндигуре лучше в этом свете. Дружелюбная вежливость. Да. Вот сейчас нормально.
Фардар замолчал. Моторная лодка в облаке брызг летела вниз по течению реки среди заросших широколиственным лесом берегов. Как только Алеся сумела настроить себя на правильное восприятие официального представителя Эмераны, она настолько успокоилась, что даже задремала.
Проснулась она от пронзительных криков чаек над головой. Впереди сливалось с синим небом синее море. Волны с барашками пены мерно плескались о песчаный берег.
— Нас встречают, — негромко сказал Фардар спокойным низким голосом и приветственно взмахнул рукой.
Алеся подняла голову. Высоко в небе над лодкой, парили несколько крылатых существ, чем-то напоминая фотки майского парада авиации над Красной площадью. Огромные в человеческий рост крылья то широко раскрывались, то немного складывались.
— Ателлан, Первый мир, — тихо проговорил Фардар. — 1HG, согласно нашей классификации. Они прилетают в Долину на крыльях со своего теплого островного мира. Считается, что все острова Долины появились в результате загадочного взаимодействия Второго мира, Эмераны, с Ателланом. На Эмеране никогда не было островов.
— Они будут учить меня летать? — со смесью радости и ужаса спросила Алеся, наконец, ясно ощутившая, зачем она здесь. Невольно голос дрогнул. Она как-то совсем не видела себя в роли летчика, закладывающего виражи на параде Победы.
— Не бойся, — усмехнулся Фардар, ободряюще пожимая руку своей подопечной, — Это не так трудно, как кажется. Тебе необходимо, поучиться летать. На Ателлане есть скалы, где образовывается вещество, как бы нейтрализующее силу притяжения. Местные жители вставляют кусочки этого минерала в крылья из легкого материала. В результате, под раскрытыми крыльями не действует сила тяжести.
Алесины крылья оказались золотистого цвета, пушистые, невероятно красивые.
— Раздеться нужно полностью, — весело сказала Некратис, молодая смешливая брюнетка. — Не смущайся. Крылья должны стать твоей второй кожей. Смотри, как их трудно надевать. А если ты захочешь… э-э-э… отлить? Что ты будешь делать? Не в трусики же?
Алесяподчинилась необходимости… Они находились вдвоем с Некратис в отдельной кабинке. Чтобы пристегнуть крылья, нужно было подойти к специальному станку. Огромные крылья крепились и вокруг туловища и вокруг предплечий. Широкие ремни обхватывали даже бедра. Поверх всех креплений застегивались несколько гибких пластинок в цвет крыльев, закрывающих и сами ремни креплений и весь торс человека. Так что летун выглядел как человек в закрытом купальнике. Только с крыльями. В сложенном виде крылья были похожи на пушистый плащ, укрывающий человека сзади от затылка и до пяток. Тепло, наверное, и ветер не продувает.
Спустя полчасика Алеся осторожно шла вдоль кромки воды по песку рядом с Некратис. Она засмотрелась на яркие цветы на ближайшем холмике, споткнулась, взмахнула руками. И тут же сзади нее раскрылись золотистые крылья размахом этак метра на четыре. Девушка оказалась в воздухе и закричала, не чувствуя опоры под ногами.
— Не бойся, — засмеялась Некратис, мгновенно подлетая к ней спереди и хватая ее за руки, чтобы показать правильные движения руками.
Алеся кричала, выдирала руки и опомнилась, только упав в воду. Некратис смеялась так, что парочка летунов, наблюдавших за ними сверху, спустились пониже, наверное, чтобы тоже повеселиться. Это были девушка и парень. Успокоившаяся Алеся, стоя в воде по пояс, поняла, что столкнулась с еще одной проблемой. Для ее глаз все ателланцы были невероятно похожи друг на друга своими правильными чертами лица и гибкими стройными телами. Кажется, придется различать их по цвету крыльев.
— Не издевайся над Хозяйкой, Некратис, — еле выговорил задыхающийся от смеха парень с серо-голубыми крыльями. — Пусть ляжет на песок и раскроет крылья, лежа на животе.
Идея показалась Алесе правильной, и она благодарно улыбнулась парню.
— Сольер, — тут же представился ателланец, снимая солнцезащитные очки и продолжая при этом парить в воздухе.
— Алейсия, — ответила Алеся, тоже снимая на всякий случай свои очки.
Некратис снова рассмеялась и бултыхнулась в воду. Она совсем не боялась намочить крылья.
— Не обижайся на нас, Хозяйка, — сказал Сольер, становясь на дно рядом с Алесей. — Мы учимся летать с детства. А чтобы так смешить людей своим полетом, как это делаешь ты, наши самые талантливые артисты учатся годами.
— Значит, у меня еще один врожденный талант, — пробурчала Алеся, разворачиваясь к берегу.
— Сцепи руки на животе, — посоветовал Сольер.
Только этот совет и помешал Алесе снова взмахнуть руками, когда ее качнула набежавшая сзади волна.
Под внимательным наблюдением сразу трех летунов, она осторожно легла на живот на теплом прибрежном песке.
— Теперь разведи руки в стороны, — сказала еле успокоившаяся смешливая Некратис.
Алеся медленно развела руки. Крылья тут же раскрылись, и девушка начала приподниматься над землей. За одну руку ее крепко схватила Некратис, за другую — Сольер.
— Держи тело параллельно земле, — посоветовал парень. — И не бойся. Мы тебя в любом случае удержим.
Легко сказать, не бойся, когда земля стремительно остается внизу.
— Во внутренних пластинах крыльев, — заговорил Сольер, отвлекая девушку от процесса поднимания в воздух, — находятся частички полетного минерала. Когда крылья раскрываются, защитные пластинки отходят, и частички минерала освобождаются. Они нейтрализуют силу тяготения под крыльями. Когда ты складываешь крылья, минерал закрывается защитными пластинками, и сила тяготения начинает действовать.
Они поднялись над островом.
— Будешь учиться двигать ногами, чтобы лететь вперед? — спросила Некратис с тайной надеждой еще повеселиться, — или хватит на сегодня?
— Буду, — пробурчала Алеся. Ей внезапно очень понравилось — летать.
— Хозяйка — ты наш человек, — одобрил Сольер.
В сумраке стремительно накрывающей остров ночи Алеся, уже сняв крылья и одевшись, неподвижно лежала на мягкой траве вблизи разгорающегося костра. Болели все мышцы, которые только были в ее теле. Можно было вспоминать медицинский атлас мышц. Сольер со своей подругой ушли в темноту острова, погулять. За Некратис тоже залетел ее парень. Алеся осталась одна, и лежала, расслабленно перекатываясь с боку на бок. Впечатления этого дня волнами накатывали на ее сознание и отбегали.
— Ну как она, жизнь? — спросил неизвестно откуда взявшийся Фардар, опускаясь на траву рядом с ней. В темно-синей одежде, темнокожий, он был совершенно незаметен в темноте.
— Класс, — коротко ответила начинающая летунья. — Я люблю летать. Но скажи мне, как ты думаешь, почему я на них не обижаюсь? Они смеялись надо мной всем своим летающим ателланским обществом целый день. А я, вообще-то, обидчивая.