– Я готов ответить за все, в том числе и за своих подчиненных!
– Все за все ответят, – пообещал Гартош.
Магранг только сейчас увидел Гнивера и тяжело вздохнул:
– Сочувствую, – и, помолчав, добавил. – Я действительно не верю, что Васалар мог предать.
– Позже все проверим, – прервал борьбу взглядов командоров Руткер. – С вами есть маги-лекари?
– Конечно! – ответил Магранг. – Они всегда в составе тревожной группы.
– Вот и хорошо. Организуйте переброску принца Жортака в имперскую лечебницу.
– Сделаем!
– И организуйте охрану дворца, создайте новый периметр. Мы должны здесь все тщательно осмотреть. И не доведи дух, хоть кто-то мне помешает! Сожгу на месте!
Вокруг Жортака хлопотали сразу три мага-лекаря, и их стараниями принц даже сумел подняться:
– Я пока здесь останусь, может понадобиться помощь.
– В лазарет! – жестко сказал лорд Руткер, и более мягко добавил. – Мы не можем рисковать еще одним Гратром.
Жортак пытался протестовать, но Руткер подал знак магам, и те, подхватив принца под руки, крылись в подпространственом вихре.
К злосчастной беседке, в сопровождении нескольких десятков бойцов единорогов спешил Вирон. Гартош тут же подозвал друга:
– Вирон, вместе с гвардейцами Первого Легиона, организуйте охрану дворца. Сейчас подойдут остальные полки. Чтобы мышь не проскользнула ни сюда, ни обратно. Лорд Магранг, я надеюсь, вы не будете против участия единорогов в охране места гибели императора?
– Ни в коем случае, лорд Гартош.
Не сведущих в поисковой магии тут же выдворили с дворца. По приказу лорда Руткера к месту битвы прибыли лучшие маги поисковики. Вокруг беседки обнаружили шесть трупов, не принадлежащих ни охране, ни челяди.
– Этих ко мне в лабораторию! – распорядился Первый Маг. – Лично допрошу!
Отправили в лабораторию к старшему Осколу и несколько тел из императорской охраны, а так же челяди принца Жортака. Гартош догадывался, что дед попытается разговорить и погибшего императора, и даже собственного внука.
Сейчас Руткер, Аруш, и трое опытных магов, обследовали угол сада, примыкающий к застекленной оранжерее. Командор шел за поисковиками следом и старался им не мешать – в отличие от Аруша, превосходно чуявшего любое проявление магии, он в этом деле был не силен.
Поисковая группа вошла в остекленное помещение. Здесь тоже нашли убитых.
– Отсюда и началось вторжение! – решительно заявил Аруш.
– Да, похоже, в этом помещении они вышли из подпространства, – согласился Руткер. И явно кто-то помог ведьмам сделать это незаметно.
– Сгною гадов, – сжав кулаки пробормотал Гартош.
Руткер бросил на внука быстрый взгляд:
– Только с моим участием внучек.
Обследование сада, дворца и прилегающих территорий продолжалось, когда прибыл Витан. Гартош тут же бросился к принцу, так как ему сейчас предстояло самое трудное – увидеть тело брата.
Витан встал на входе в беседку и неверяще смотрел на Лисвана. Затем взгляд его упал на Гнивера, и Витан совсем по-детски всхлипнул. Гартош положил руку ему на плече.
– Как же так Гартош, как же так?
– Держись Витан. Враги отобрали у нас самых близких людей. Самых сильных забрали. Мы должны отомстить за них и встать на их место. – Оскол тяжело вздохнул. – Пришло твое время принимать империю.
Витан посмотрел на друга полными слез глазами:
– Я не хочу Гартош, не хочу…
– Теперь не так уж много зависит от твоего желания. Как это ни странно, но император очень ограничен в своих желаниях. Если конечно он хочет быть хорошим императором.
– Я не хочу быть императором, ни хорошим, ни плохим.
– Больше нет спины, за которую ты мог бы спрятаться, – жестко сказал Оскол. – И править империей придется тебе, как единственному законному наследнику.
– А дядя Жортак? – вскинул голову Витан. – Он тоже погиб?
– Он жив, хотя и серьезно ранен.
– Тогда может он? – Витан с надеждой взглянул на друга.
– Если ты умрешь, тогда будет его очередь.
– А больше никак?
– Нет. Неправильное наследование может повлечь серьезные проблемы в будущем – как ближайшем, так и в отдаленном. Могут появиться желающие оспорить трон, а это обычно приводит к гражданским войнам. Ты хочешь, чтобы Виктанию разорвала гражданская война?
– Не хочу…
Разговор на тему наследования немного отвлек Витана, но взгляд его снова упал на тело Витана, и он не выдержал – уткнулся в плече Гартоша и зарыдал. Осколу самому хотелось плакать, уткнутся в чье-то сильное плече, и выплакаться. Но такой слабости он себе позволить не мог, нужно держаться, показывать пример самообладания для Витана и для остальных. Он снова вздохнул и обнял друга:
– Держись дружище. Судьба приготовила нам жестокий удар, и от того, как мы сумеем его выдержать, зависит судьба целой империи.
– Я ведь остался совсем один, – всхлипывал Витан. – У тебя есть жена, дети, брат, дед. А я совсем один. Сперва погиб отец, мать пережила его всего на несколько месяцев. Теперь вот Лисван. А с дядей Жортаком мы почти чужие люди.
– Я не смогу заменить тебе брата, но я останусь с тобой до конца. Это и просьба Лисвана, и мое личное желание.
– Спасибо Гартош. Пожалуй ты, да, наверное, все Осколы, мне сейчас самые близкие люди.
– Можешь в этом не сомневаться.
Пока Гартош успокаивал Витана, лорд Руткер в злой решимости метался по саду, выискивая малейшие следы оставшиеся от боя, и воссоздавая события по крупицам.
Еще через несколько минут из открывшегося портала вышла Телиара, жена императора, и Ольвильда. Даже, несмотря на приказ Первого Мага, охрана не посмела их задержать. Известие состарило жен погибших на целую вечность, и сейчас никто не мог в них увидеть молодых цветущих женщин, какими они были всего пару часов тому назад.
Подойдя к беседке, женщины застыли, и полными от ужаса глазами смотрели на своих мужей. Погибших положили в ряд, Лисвана и Гнивера чуть в стороне от остальных. Закрыв рот рукой, Ольвильда бросилась к мужу и, упав на его грудь, тихо, словно раненая волчица, завыла. Телиара подходила к мужу медленно, будто боясь убедиться в случившемся, и так же медленно опустилась на колени. Ее тонкие пальцы охватили застывшие руки Лисвана, словно пытались их отогреть. После смерти мужа она не могла больше называться императрицей, но вела себя именно как венценосная особа. Хоть ей хотелось заплакать как Ольвильде, она держалась, и только трясущиеся руки и дрожащие губы выдавали раздирающее императрицу горе.
Все кто был в беседке, поспешили выйти, оставляя императора и его советника по магии их женам. Гартош так же потащил Витана вглубь сада, давая женщинам возможность выплакаться.
Они перехватили лорда Руткера вместе с его поисковой командой на одной из дорожек.
– Есть что ни будь определенное?
– В общем, да, – ответил дед внуку. – Нападение произошло с двух сторон. Одна группа атаковала охрану на парадном входе во дворец, другая, воспользовавшись суматохой и тем, что часть гвардейцев поспешила на помощь товарищам, напали из зимнего сада.
– Почему император сразу же не ушел подпространством? – спросил Гартош.
– Их блокировали. Очень мощное заклинание. Вероятно Гнивер не смог быстро его сломать, а дальше пришлось защищаться. Все что он успел сделать, это послать зов.
– Насколько тщательно они подготовились. Сразу видно, ушел на это не один месяц. Нужно было изучить защитные заклинания охраны, причем у гвардейцев охраняющих императора и принца они разные. Затем подготовиться к противостоянию с магами и Гнивером – одно сдерживающее заклинание чего стоит. Да и физическое противостояние нельзя сбрасывать со счетов.
– Все решила магия, – хмуро сказал Руткер. – Битвы мечей не было. Защитные амулеты гвардейцев ломались почти мгновенно. Нападающие двигались через дворец практически беспрепятственно. Я думаю никто из них даже не обнажил меч, людей убивали смертельными заклинаниями.
– Все-таки выходит, имела место измена Валасара.
– Я тоже так думаю, – согласился с внуком Руткер. – Защитные заклинания меняются каждые три дня, и только тот, кто знал их досконально, мог передать врагу нужные сведенья. – Чуть помолчав, маг продолжил. – И когда враги закончили с гвардейцами, их встретили маги и Гнивер. Вот тогда и началось настоящее сражение. Маги держали оборону, а Гниверу даже удалось провести пару удачных атак. И если бы не Тартул, взломавший оборону, я думаю, они сумели бы продержаться, до прибытия подмоги.
– Атрат ударил три раза, – добавил Аруш. – Первым ударом была уничтожена оборона, причем вместе с магами, со вторым ударом погиб Гнивер, а затем они убили Лисвана.
Гартош тряхнул Витана:
– Ты слышишь, как погибли твой и мой брат. Первым твоим распоряжением, должна стать отправка карательного отряда туда, откуда пришел враг. Правильно, господин Первый Маг?
Руткер долго и пристально смотрел в наполненные ненавистью и жаждой мести глаза внука, и наконец, медленно кивнул:
– Да, мы обязаны отомстить.
– Но кому? – почти испуганно спросил Витан.
– Ведьмам из Верейна, и Гробросу, – четко распределил цели Гартош.
– Разве это возможно?
– Мы обязаны сделать невозможное, у нас нет другого выхода. Иначе они и дальше будут приходить, и убивать наших близких. Обещай, что ты отдашь приказ наказать виновных!
– Обещаю, – со страхом, и одновременно с надеждой смотря на полных решимости Осколов, сказал будущий император.
Не нужно и говорить, какую панику в империи подняла весть о гибели правившего чуть больше года императора и одного из Осколов. По империи вновь поползли зловещие слухи. Вспомнили про вещунов и оракулов – вроде Вензалы – из разных щелей полезли новые провидцы. Осколам стоило немалых сил, душить все проявления недовольства и беспорядков в зародыше. Стража и внутренние легионы практически не знали отдыха. Лорд Авитель выделял войска на подавление мятежей весьма неохотно, мотивируя это тем, что обстановка на границе вновь осложнилась, и армия нужна чтобы сдерживать вероятное вторжение.