Что бы там ни происходило, оно было пассивным и не нацеленным на нас. Эту магию противник подготовил заранее, а привело ее в действие наше наступление. И теперь мы за это расплачиваемся.
А Душелов так и не показалась.
Далеко слева от меня Госпожа и Лебедь окутались дымом – прикрепленные к их бревну бамбуковые трубки осыпали вражеский лагерь огненными шарами. Десятки попали в цель, но среди нашего войска продолжали распускаться красные круги.
Я переместился на полмили вперед.
– Обработай лес, – сказал я Мургену. – Она где-то там. И куда подевались вороны, будь они прокляты? Почему их не бывает рядом, когда они позарез нужны?
Вороны смылись еще при нашем взлете. Наверное, им не нравилось подниматься слишком высоко.
Я нигде не замечал признаков работы Неизвестных Теней. Впрочем, и не ожидал увидеть. Почти всех своих приятелей Тобо ночью отослал подальше, ради их безопасности.
Иногда в момент крайнего нервного напряжения замечаешь странные вещи. Я обнаружил отсутствие ворон близ поля боя. Весьма зловещее отсутствие. Такого еще не случалось на моей памяти.
Но над лесом уже кружили стервятники.
Мурген прокричал что-то насчет врага, которого ободрила наша неудача.
– Тогда кидай шары вдоль опушки, – посоветовал я.
Но выполнять совет пришлось бы мне самому, потому что для точного бомбометания нужно направить бревно в сторону цели.
Малышка Шукрат, лучше обученная управлять своей снастью, появилась с востока и промчалась низко над опушкой, поливая огнем таглиосцев. Она почти ни разу не промахнулась.
Наша наземная атака остановилась. Дрема не отступала, но и не желала встретить новую смертоносную магию.
Я оценил последствия лишь после приземления. А вернуться пришлось довольно скоро, – исчерпав запас огненных шаров, мы с Мургеном остались не у дел.
Я без труда представил, как хохочет где-то в лесу Душелов, видя, какой урон причинила нам.
Таглиосцы провели беспорядочную и неуклюжую контратаку, которая обернулась катастрофой, когда они снова побежали. Магия Душелов не различала своих и чужих, а улавливала лишь направление движения.
Мы сели далеко в своем тылу. Я перебрался с бревна на лошадь и направился вперед. Колдовство, примененное Душелов, внушало ужас. Место, где распустился огненный цветок, выделялось красным цветом такого темного оттенка, что граничил с чернотой. На границе круга чернота слабела, постепенно уступая место пожухлой траве. Но внутри смерть собрала обильный урожай.
Там были люди, погрузившиеся в землю – кто по лодыжки, а кто по бедра и глубже. Застывшие на ходу, сохранившие свое место в строю. Но внутри доспехов теперь не теплилась даже искра жизни.
Кто-то попробовал снять с мертвеца доспехи, но увидел внутри лишь обугленную плоть и кости. По быстрым подсчетам выходило, что мы потеряли от четырехсот до пятисот человек, причем быстрее, чем это можно описать.
– Тут что-то не так, – сказала я. – Душелов остановилась.
– Что? – Мурген исследовал смертоносный круг и обнаружил, что теперь он холоден, а его видимая поверхность не толще ногтя. – Ты о чем?
Позднее, собирая мертвецов, мы обнаружили, что они не погрузились в землю. Под черной поверхностью мы не нашли ничего. Тела и доспехи словно испарились.
– Вдруг прекратила игру. Ведь она как-то управляла этими кругами, иначе уничтожила бы собственных солдат при первом отступлении. Но теперь предохранитель не действует. Из-за чего?
Внезапно стервятники над лесом стали быстро снижаться по спирали, словно желали на кого-то напасть.
– Давай-ка узнаем, чем занята Дрема, – решил я.
Дрема выслала разведчиков, чтобы определить границы опасной зоны. На наших флангах цветы смерти пока не распускались.
Стервятники задержались над самыми верхушками деревьев. Но одному захотелось опуститься чуть ниже.
Золотисто-коричневая лента взметнулась гигантским жабьим языком. Птицу окутало сияние цвета мочи, превратив ее в черный силуэт. И этот силуэт распался на сотни осколков, которые посыпались вниз, как падающие листья.
Оставшиеся стервятники решили, что их где-то ждут неотложные дела.
Кажется, никто, кроме меня, не заметил случившегося.
Да где же мои чертовы вороны?! Ведь я бы мог послать их на разведку, оставив свою драгоценную задницу на безопасной высоте. И какой смысл прикидываться мифическим персонажем, если ты не в силах совершать достойные этого персонажа подвиги?
Очень скоро над лесом показались Тобо с Ревуном и принялись деловито забрасывать таглиосцев прозаическими зажигательными бомбами.
Госпожа присоединилась к нам еще до возвращения разведчиков Дремы. У нее при себе имелась карта, которую она уже успела показать Капитану. Даже краткого взгляда хватило, чтобы понять: моя благоверная не тратила времени зря, пока летала. Она нанесла на карту смертоносные круги. И общая картина стала очевидной; мы с легкостью определили, где расположены еще не сработавшие магические ловушки. Если Душелов не подозревала о нашей способности находить такие места с воздуха, то круги смерти предназначались лишь для того, чтобы направить нас туда, где подстерегает нечто еще более опасное.
Дрема немедленно вызвала командиров батальонов.
69Там же. Непредвиденное
Некоторое время войска Душелов упорно держали оборону на опушке, но понесли такие тяжелые потери, что мы не сомневались: новая решительная атака наших профессиональных душегубов обратит противника в бегство.
Очень многие таглиосцы не испытывали желания оставить своих жен вдовами, а детей сиротами. Дрема приказала отпустить всех, кто сложит оружие.
Таглиосской экономике, которую предстоит унаследовать князю Прабриндра Дра, не пойдет на пользу массовое убийство имперской молодежи. Ведь численность населения только-только восстановилась после опустошительных Кьяулунских войн и сражений с Хозяевами Теней.
– Итоги далеко не столь удачны, как я надеялась, но я согласна и на такую победу, – заявила Дрема. – Сегодня мы могли выиграть войну.
В ответ она получила немало изумленных взглядов. Ведь Душелов остается на свободе, и мы ее здорово разозлили. Следует ждать новых неприятных сюрпризов.
– Но если гнать ее до самого Таглиоса, она не сможет думать ни о чем другом.
Я напомнил о далеко идущих планах Могабы и добавил:
– И какие бы приятные пустячки ни нашептывала ему совесть пару месяцев назад, спасение собственной шкуры станет для него главной заботой, когда в дверь постучатся старые враги.
Дрема было заговорила об Аридате Сингхе, но осеклась.
Где-то вдалеке полыхнула карминовая вспышка. Тобо вооружился картой Госпожи и заставил ловушку сработать, сбросив на нее бомбу с ковра.
– Когда Тобо закончит, прогони пленных через эти места, – приказала Дрема Ранмасту Сингху. – Туда и обратно. Не хочу, чтобы там осталась хоть одна исправная мина. Вдруг забредет ребенок?
Что-то я не заметил, чтобы кругом сновали неразумные дети.
– А я бы предложил раздобыть парочку таких штуковин для нас. И если переправить одну Могабе, у него будет больше шансов убить Душелов.
– Она ее почует, – разбила мои мечтания Госпожа. – Сама же делала. И наверняка имеются предохранители, которые не дадут мине сработать против нее.
В лесу раздались громкие крики. Тобо и Шукрат помчались на них, – возможно, солдатам нужна помощь. Через минуту показался летящий обратно ковер.
Даже не приземлившись, Тобо крикнул:
– Нашлась Дщерь Ночи! Она в клетке. Душелов сбежала, а ее бросила.
Мы с Госпожой переглянулись. Нам в такую удачу совершенно не верилось. Может, девушку сделали приманкой в ловушке, которая стократ опасней других? Вполне возможно. Душелов засеяла для нас поле смерти, причем ухитрилась сделать это так, что Неизвестные Тени ничего не заметили.
70Там же. Захват
Клетка стояла в полуобвалившейся палатке. Несколько огненных шаров продырявили ткань, но не смогли ее поджечь.
– Будьте чрезвычайно осторожны, – предупредил я всех. – Если Душелов решила подложить нам свинью, то произойдет это именно сейчас.
Охранники Дремы оттеснили любопытных солдат. Мы подошли к палатке уже достаточно близко. Госпожа забеспокоилась: ей хотелось все увидеть, но она боялась, что мы попадем в магический капкан.
Но пока никто никаких капканов не заметил и не ощутил.
– Проверь все еще трижды, – велела Госпожа Тобо. – А затем проверь еще раз. Ревун, ты тоже этим займись. Где Гоблин? – спросила она и, не получив ответа, подошла к тем, кто обнаружил палатку.
Все они пребывали в добром здравии, хотя ненадолго задержались в палатке, чтобы прихватить кое-что на память, а уже потом доложили о находке.
– Где коротышка? Тот, что сбежал в Ниджхе?
Солдаты пожали плечами. Возможно, не поняли, о ком она спрашивает. Но один храбрец все же ответил:
– Там есть еще одна клетка. Она повалена и сломана. Может, он смылся?
Мы с Госпожой переглянулись. Почему Гоблин сбежал без девушки?
Он не стал бы этого делать.
– Здесь безопасно, – объявил Тобо.
Ревун захотел подтвердить его слова, но сорвался на вопль.
– Тут явно что-то не так, – решил я. – Тобо, пошли твоих невидимых друзей на разведку. Нам очень важно узнать, где сейчас Гоблин и Душелов. И как можно скорее. Нельзя от них отрываться.
Дрема согласно, хотя и раздраженно, кивнула. Мы с Госпожой осторожно приблизились к палатке.
Ловушку можно замаскировать под что угодно. Как нас и предупредили, сломанная клетка оказалась пуста. Вторая лежала на боку, дверцей вниз. На ней распласталась красивая женщина. Совершенно нагая.
Госпожа меня ошеломила, когда едва не бросилась к ней, бормоча что-то о своем несчастном ребеночке. Я успел поймать ее за руку:
– Спокойно.
На мой взгляд, тело лежало так, словно ему специально придали позу. И Душелов веками будет хохотать, вспоминая, как заставила нас броситься на верную смерть из-за ребенка, который испытывал к нам чувства не более нежные, чем к лошадям, коровам и прочей скотине.