— Спасибо за предложение, но мы откажемся, — сказала я.
Я подошла к Марку, и мы соприкоснулись плечами. Теперь идём спиной вперёд и не опускаем пистолеты.
— Сколько вас здесь? — спросила женщина.
— Двое, — без раздумий ответила я.
— Врёшь, — усмехнулась она, — Если нужна помощь, ты ска…
Я замерла на месте, а мои руки начали дрожать. На плечо женщины упала вязкая жёлтая слюна, а с потолка послышался знакомый рокочущий рык, напоминающий мотор мотоцикла.
— Марк… закрой глаза! — тихо прошептала я.
Женщина подняла взгляд на потолок и все её конечности вмиг одубели и начали биться в конвульсиях. Из-под шлема донеслось сипение, ей сложно дышать и она утеряла дар речи.
— Луи, закрой глаза!
Мужчины рухнули на пол всем телом и расслабились, словно они трупы.
Я не закрыла глаза… и очень сильно об этом пожалела.
На шлем девушки улеглась чёрная маслянистая рука с шестью человеческими пальцами. Кожа этого существа напоминает мазут, а сама его плоть вязкая, словно желе. Рука длинная, словно это паучья лапа. Место обычных ногтей — острые костяные когти.
С потолка спрыгнули три существа, что окончательно разрушили мою психику и представленье об ужасе. Они выглядели как плот бальной фантазии, что воплотили в реальность. Строение их тела как у людей и они очень высокие, примерно три метра. У них шесть рук, которые длиннее туловища раза в три… как я говорила — руки выглядят как паучьи лапы. Ноги напоминают собачьи, так как они слегка изогнуты, пятка поднята верх, три пальца с острыми когтями, а сама стопа напоминает человеческую, и в тоже время, птичью. Кожа монстров чёрная и вязкая, словно она состоит из какого–то желе… и их торс. Вот что меня воистину напугало. Торс состоит и шести существ, что слились в одну единую массу, и каждая тварь отвечает за управление одной из рук. Изо лба проступают длинные острые рога. Щёки отсутствуют, из–за чего открывается вид на жуткую острую пасть с длинным языком, на конце которого костяное жало. У них по пять пар фиолетовых глаз с вертикальными золотыми зрачками. Каждая голова располагается на отдельном участке тела: живот, шея, спина, ребра и копчик; а так же у каждой головы змеиная шея длинной примерно в метр.
Трое Шепчущих окружили оцепеневшую женщину. Один из них протянул свои когтистые руки и медленно снял с её головы шлем.
Глаза женщины заволокло каким-то серым туманом. Её рот широко раскрыт и оттуда течёт вязкая слюна. Она хрипит, но в тоже время пытается кричать… всё её тело покрылось пульсирующими венами. Словно что–то внутри неё не даёт ей двигаться.
Три Шепчущих, восемнадцать острых голодных пастей, приблизились к телу своей жертвы. Их фиолетовые глаза начали дрожать, а изо рта потекла слюна.
— Я поведу… не останавливайся… — тихо прошептала я.
Мальчик молча кивнул, так и не открыв глаза. Он прекрасно помнил, что случилось с Сашей и Хлоей, когда мы впервые встретили этих тварей.
Я взяла Марка под локоть, прижав его как можно плотнее к себе. Идём мы спиной вперёд. Нужно в нужный момент замереть. Эти твари не нападают, если на них не смотреть. На мне шлем, и поэтому они не поймут, открыты у меня глаза, или же нет.
Я на секунду остановилось, а мой разум начал меркнуть. По всему помещению разошёлся мерзкий звук чавканья и глотка.
Восемнадцать голов вонзились в тело женщины своими острыми зубами и начали рвать её плоть на части. Но… никто не трогал голову. Они жадно отрывали от неё плоть, пережёвывали, и проглатывали куски в свои желеобразные тела. На полу образовалась алая лужа, а так же кровь била фонтаном в разные стороны. Из костяных шипов на конце языка вытекала какая–то жёлто-образная масса, и они приступили жалить свою жертву. Женщина даже не визгнула. Она лишь тихо хрипит, пока её поедают заживо.
И лишь одна голова не трапезничала, как её собратья. Тварь широко раскрыла рот, да так сильно, что её голова сейчас поделиться на две части.
— Ева… почему мы остановились?… — тихо прошептал Марк.
Я не могла двигаться. Мои ноги начали трястись. Разум мерк. Я вижу как из глотки Кошмара, что раскрыл широко пасть, вылезло человеческое лицо, покрытое склизкой чёрной субстанцией, напоминающую мазут. Вот только у него не было глаз, ушей и носа… лишь человеческий рот без губ, из–за чего открывается вид на сгнившие чёрные зубы.
— Палн… ты так повзрослела… моя хорошая девочка… я так тебя люблю…
Из этого лица вырвался мелодичный мужской голос. Он был таким живым, и таким настоящим, словно это не Кошмар, а реальный человек.
Женщина мило улыбнулась, сказав:
— Папа… я так рада… что слышу тебя…
А в этот момент от неё отрывают куски плоти, а одна из голов откусила ей пальцы и часть ладони.
Я медленно повертела головой в разные стороны, и мы с Марком продолжили путь. Внутри моего шлема стало так жарко, словно я нахожусь в пустыни. Дыхание тяжелое. Меня тошнит. Ноги еле меня слушаются. Нам нужно уйти! Эта женщина сейчас умрёт и обратиться в Кошмара. Нам нужно спрятаться и переждать… это всё, что мы можем.
По комнате разбежался звук разбитого стекла. Он был таким громким, что несколько раз прошёлся эхом по всему торговому залу.
Я медленно опустила взгляд, увидев в шаге от нас с Марком разбитую стеклянную бутылку… её бросили в нашу сторону двое мужчин, что лежат на полу и наблюдают за тем, как их подругу заживо съедают.
Мы же дети… ах вы ублюдки!!!
Я толкнула Марка в сторону, и он рухнул прямо за перевёрнутый игровой автомат.
— Не поднимайся и не открывай глаза! — закричала я и выставила перед собой пистолет.
Шепчущие прекратили трапезу и отпустили женщину. На пол рухнул уже не человек, а практически скелет с нетронутой головой и свисающими из брюха обглоданными кишками.
Я перенаправила поток маны в пистолет, голубые провода начали мерцать, а ствол покрылся электричеством.
— Евангелина⁈… Сестра! Я так рад тебя видеть! — заговорила человеческая голова голосом Дориана.
У второго и третьего Шепчущего тоже показались человеческие лица, что торчат прямо из их глоток.
— Ева! Девочка, подойди ко мне! — заговорила голова голосом тёти Лу.
— Мы так рады тебя видеть, — появился голос Дяди Стреча.
Мужчины, что лежали позади монстров, резко вскочили на ноги и побежали сломя голову. Буквально несколько секунд и они покинули игровой зал.
Правило номер один: не доверяй чужим!
Теперь у меня вопрос. Куда стрелять⁈ В тело⁈ Головы⁈
Я нажала на спусковой крючок. Из дула вырвалась пуля, объятая молниями. Она попала прямо в грудную клетку, пробив Шепчущего насквозь… у него нет костей, как и внутренностей… только чёрная масса, напоминающая мазут.
Сквозная дыра на груди монстра вмиг затянулась… у них просто чудовищная регенерация. Они отличаются от «молодняка»!
— Она нас видит…
— Ламберт!…
— Какой подарок для нашего Короля… убьём её, а следом обратим…
А я ещё думала: как Илая обратит меня в Кошмар, когда во мне кровь Ламбертов⁈… Ответ теперь есть: когда Ламберт умирает, белый Итон больше не может сопротивляться фиолетовому Итону.
Я выстрелила в ногу монстра, и конечность отделилась от тела. Тварь рухнула на бетонный пол, а её шесть голов завыли так жутко, что в моих жилах застыла кровь. Но… конечность не отрастает заново. Вот в чём дело. Их тело состоит из чёрной жижи. Когда их ранят сквозными атаками или режущими, они просто затягивают раны собственной жижей. Словно из желе отрезали небольшой кусок, а стенки пореза слиплись, и желе вновь стало цельным.
Я начала стрелять по ногам, и все твари рухнули на пол. Прозвучал глухой щелчок, и я тут же поменяла магазин. Передернула затвор, насытило оружие маной и открыла огонь.
Шепчущие начали ползти, используя свои длинные руки. Их змеиные шеи вытянулись, и все они устремились в мою сторону.
Я стреляла без остановки, меняя магазин за магазином. Отстрелила им все руки, из–за чего Кошмары тащили свои туши, вгрызаясь острыми клыками в бетонный пол. Теперь я целюсь в основание шеи, куда легко попасть, и вновь открыла огонь на поражение.
Последний выстрел, и последняя отстреленная голова рухнула на пол.
Я начала тяжело дышать. Положила ладони на колени и пытаюсь перевести дух.
Я их убила… убила! Как и говорил Лок, Шепчущие не такие сильные, как «молодняк». Единственная их способность, которая может повергнуть врага любого ранга — это их глаза и шёпот, которыми они дурманят разум.
— Евангелина? — сжался Марк за игровым автоматом, — Можно открыть глаза?… Всё закончилось?…
Я слегка приоткрыла рот, да вот не смогла проронить ни единого слова. Меня окутал такой ужас, что я начала стучать зубами. По спине разошлись мурашки. Дыхание стало тяжёлым, а лицо всё вспотело… я ощущаю чью–то злобную внутреннюю силу!
Я услышала треск стекла, а так же болезненный хрип, что разошёлся волнами по всему залу.
— Лежи! Не открывай глаза! — шикнула я в сторону Марка.
Я убрала пистолет на пояс и сняла со спины топоры. Встала в боевую стойку. Шепчущие не такие сильные. Я смогу убить их и холодным оружием.
Из–за поворота, где располагается ресепшен, возникла тень… нет, это было три тени.
Я широко раскрыла глаза, увидев тех двух мужчин, что мгновение назад натравили на нас с Марком Шепчущих. Вот только они весят прямо в воздухе, из их уст вырывается хрип, а в глазах я вижу боль и неконтролируемый ужас.
— Хм… так вот про кого говорил Повелитель!
На меня смотрело существо, точно не принадлежащее нашему миру. Его строение тела как у человека, вот только оно всё покрыто чёрной кристаллической плёнкой с живыми фиолетовыми глазами. Этот странный покров одновременно, и его кожа, и броня. Из спины монстра вырываются четыре отростка, напоминающие щупальца, и состоят они из чёрной ожившей горячей жижи. Такое чувство, что он управляет кровью, но эта чёрная субстанция что–то иное. Лицо монстра… это мужчина с золотыми волосами до кончиков ушей, его щёки разорваны, внутри звериной пасти куча острых зубов. Его глаза фиолетовые с вытянутыми золотыми зрачками. Шея и лицо имеют трупный оттенок. На его руках, а именно на пальцах, чёрные кристаллические когти. Ноги напоминают собачьи с тремя острыми пальцами, как у птицы, пятка поднята вверх.