от усиления своей власти. К тому же в пылу борьбы с отдельными магнатами он принял губительный для Польши в будущем принцип единогласия в Сейме. Сигизмунд III многократно пытался вернуть шведский трон, ввергнув Польшу в войны со Швецией, стал инициатором войны с Россией в 1610 г., рассчитывая на присоединение ее к Польше в виде личной унии. Война тянулась до 1618 г.
1598 Нантский эдикт
Этим законодательным актом короля Генриха IV завершилась серия религиозных войн, начавшаяся тридцатью годами раньше. Принятию эдикта предшествовали продолжительные переговоры короля с гугенотами, которые в результате получили полное равенство в вероисповедании с католиками, а также обширные права в административной и военной сферах. Эдикт предавал забвению события религиозных войн и взаимные преступления и обиды, призывал вернуться всех беженцев. Стороны толковали эдикт по-своему – гугеноты видели в нем основу для расширения своих прав, а католики были недовольны документом, принятым вчерашним гугенотом Генрихом IV, и боролись за его отмену, что и было достигнуто в 1685 г. при Людовике XIV.
1598 Избрание Бориса Годунова царем
Царь Федор умер 6 января 1598 г. бездетным. Блаженного царя так любил народ, что на похоронах из-за плача и воплей не было слышно погребального пения. Отсутствие братьев и детей у покойного привело к тому, что царский скипетр перешел к его вдове царице Ирине Федоровне, которой присягнули бояре и народ. Но она отреклась от власти и 15 января постриглась в Новодевичьем монастыре под именем старицы Александры. И все-таки некоторое время Ирина считалась царицей-инокиней, и ее именем подписывались царские указы. А тем временем развернулась острая подковерная борьба за власть – сцепились боярин Федор Никитич Романов и Борис Годунов. За Федора – двоюродного брата покойного царя – стояло боярство, за Годунова – чернь, стрельцы и патриарх Иов. 46-летний Борис твердо решил взять скипетр в свои руки, но при этом действовал осмотрительно и осторожно. Он не хотел прослыть узурпатором и стать жертвой всеобщего возмущения, тем более что против него были многие члены Боярской думы. Поэтому при помощи верных людей и патриарха Иова Борис представил дело так, будто не сам он рвется к власти, а народ, общество мечтает видеть его на троне. Для этого устроили настоящий спектакль. Бояре и весь Земский собор дважды приходили в Новодевичий монастырь, где у сестры укрылся Годунов, и «слезно» упрашивали его занять трон. Злые языки говорили, что с тех, кто не участвовал в шествиях и ползании на коленях перед кельей Годунова, взимали по два рубля штрафа. Борис дважды отказывался от предложения депутаций. И только жалобные клики ребенка, подсаженного прямо под окно кельи Бориса и невинным голоском умолявшего его занять трон, «сломили» волю Бориса – он смилостивился и якобы нехотя согласился стать царем. Так, распалив народные чувства, он добился признания и поддержки. А уже потом, став царем, Борис подавил сопротивление недовольных бояр. Борис был талантливым, ярким человеком, самородком, опытным и хитрым политиком, интриганом и бессовестным демагогом. Годунов, зять Малюты Скуратова и любимец Ивана Грозного, не брезговал ничем, чтобы устранить людей, казавшихся ему опасными. Зато вся Москва запомнила, что после коронации восемь дней подряд он поил народ медом и пивом, тысячи людей получили от царя подарки, а заключенные – свободу… Царь Борис ценил знания, был наслышан о заморских новинках в науке и военном деле. Он первым из русских царей начал посылать дворян учиться за границу (впрочем, никто из них не вернулся на родину). Борис нанимал в армию иностранных офицеров, позволил протестантам, жившим в Немецкой слободе под Москвой, построить свою церковь. Борис даже хотел завести в России университет. Он собственноручно заложил в Смоленске новую крепость, а архитектор Федор Конь возвел ее каменные стены. В московском Кремле засверкала золотым куполом надстроенная в 1600 г. 80-метровая колокольня, получившая название «Иван Великий». В Сибири и Поволжье, на юге по его воле строились новые города и укрепления. Один из городов в честь Годунова назвали Царевом-Борисовом. Царь мечтал упрочить династические связи, искал для дочери Ксении иностранного жениха. Сначала выбрали шведского принца Густава, но он не пришелся к русскому двору. Новым женихом стал датский принц Иоанн, но в 1602 г. бедняга неожиданно умер в Москве. Народ считал, что его отравил Борис, якобы испугавшийся, как бы зять настоящих королевских кровей не завладел престолом – ведь сам Годунов вышел из рода татарского мурзы.
1603 Сегунат Токугава Иэясу
Правители Японии Ода Нобунага и Тоётоми Хидэёси сумели подавить раздробленность, а с 1600 г. верховная власть в Японии перешла к Токугаве Иэясу, который завершил процесс объединения Японии и в 1603 г. стал сегуном, основателем династии сегунов, правивших страной до середины 1868 г. Этот период называется эпохой Эдо – по имени столицы Японии Эдо (ныне Токио). Но всю полноту власти Токугава Иэясу получил только в 1615 г., когда расправился с сыном предыдущего правителя – Хидэёри, которого обвинил в заговоре, заставил покончить жизнь самоубийством и убил всех его сторонников. С тех пор Япония уже не знала серьезных мятежей, подавляя лишь эпизодические выступления самураев. С 1612 г. начались репрессии против христиан, их тысячами (включая миссионеров) казнили, иностранцам ограничивали возможности для торговли в японских портах, в 1635 г. появился указ о запрете японцам покидать страну и возвращаться тем, кто выехал. Страну закрыли для иностранцев, а португальскую дипломатическую миссию вырезали. С 1641 г. все контакты с иностранцами были дозволены только на искусственном островке Дэдзима у входа в порт Нагасаки.
1605 Смерть царя Бориса. Начало Смуты
В 1601 г. в России начался страшный голод, унесший сотни тысяч жизней. Молебны об отвращении беды не помогали, люди ели кошек и собак, а потом в Москве началось людоедство. Царь пытался помочь народу, раздавая хлеб и деньги, но чиновники (подьячие) разворовывали государеву милостыню, посылая за дармовым хлебом своих родственников и слуг, обряженных в драную одежду. При этом в государстве были немалые запасы продовольствия, однако власть не смогла хорошо организовать раздачу хлеба голодающим. Искренние, но неумелые попытки царя помочь людям оказались тщетными. Начались болезни, чума, участились разбои и грабежи на дорогах и улицах городов. Большая банда некоего Хлопка действовала прямо под самой Москвой. Людьми овладевали отчаяние и раздражение. Все они, ранее умолявшие Бориса сесть на трон Рюриковичей, теперь проклинали царя и винили во всех своих несчастьях. Народ, отвернувшийся от Бориса, теперь с надеждой ждал своего спасителя – ведь по стране с 1602 г. поползли слухи о неугодности Бориса Богу и о появлении «истинного царя» – царевича Дмитрия, якобы чудесно избежавшего в Угличе ножа убийцы. Обеспокоенный россказнями о воскресении царевича Дмитрия, Борис пытался устранить корни зреющего, по его мнению, заговора. Он приказал отправить в ссылку несколько бояр, включая членов рода Романовых. Самого умного и талантливого из них, красавца и щеголя Федора Никитича – отца будущего царя Михаила, постригли в монахи под именем Филарета в 1600 г. и держали в заточении в Троице-Сергиевом монастыре.
Явление на небе яркой хвостатой кометы летом 1604 г. напугало всех, в том числе и царя. Для средневекового сознания это был знак грядущей беды. Пытками и казнями Борис пытался задушить на корню слухи и пророчества, предвещавшие падение его царства. Но когда из Польши пришли точные известия о появлении самозванца под именем царевича Дмитрия, трон под Борисом зашатался. Убедить народ в том, что человек, выдававший себя за Дмитрия, – галицкий дворянин, самозванец, беглый монах-расстрига Юшка (в монашестве – Григорий) Отрепьев, оказалось невозможно. Борис пребывал в тоске и отчаянии.
И хотя 21 января 1605 г. армия воеводы князя Ф. И. Мстиславского разгромила шайки Лжедмитрия, остановить самозванца не удалось – один за другим города юга России переходили на его сторону. 13 апреля 1605 г. Борис долго смотрел на Москву с колокольни, потом выпил яд и, спустившись на землю, умер. Царя поспешно похоронили на следующий день возле гробницы Ивана Грозного в Архангельском соборе.
Объявленный царем 16-летний сын Бориса Федор Борисович правил всего лишь полтора месяца. Воеводы нового царя один за другим переходили на сторону самозванца, в самой же столице чернь день ото дня становилась все более дерзкой. А потом как гром среди ясного неба прозвучала новость – посланный в армию главнокомандующим П. Ф. Басманов вначале присягнул со всем войском царю Федору Борисовичу а потом вдруг переметнулся к самозванцу.
1605–1606 Правление Лжедмитрия I
В конце мае 1605 г. войска Лжедмитрия появились у ворот Москвы. Самозванец послал людей в Москву с указом устранить Годуновых от власти. Разъяренная толпа заставила бояр присягнуть Лжедмитрию, при этом князь Шуйский публично отрекся от своих клятв, что в Угличе он положил в гроб настоящего царевича Дмитрия. Царя же Федора Борисовича, его мать царицу Марию Григорьевну и сестру Ксению грубо вытащили из дворца и на телеге отвезли в бывший дом Годуновых. Один только престарелый патриарх Иов пытался остановить общее безумие, призывал не отказываться от присяги законному царю Федору, но толпа ворвалась в Успенский собор с оружием и дрекольем, вытащила Иова из алтарной части церкви и издевалась над ним. Начались погромы домов Годуновых и их сторонников, грабежи кабаков, всеобщее пьянство и разгул. Затем от самозванца пришел новый указ – умертвить Федора Борисовича. 10 июня стрельцы ворвались в дом Годуновых. Царицу Марию они удавили сразу, а Федор долго и отчаянно сопротивлялся, но и его убили. Народу сказали, что царица и Федор «от страха зелья испили и умерли». Народ же ликовал, ожидая прибытия в столицу царя «Дмитрия Ивановича». Еще не вступая в Москву, самозванец приказал низложить патриарха Иова. Боярин П. Ф. Басманов публично позорил Иова, называл его Иудой, а стражники содрали с него святительское платье. Несчастный старик горько плакал, когда его, первого русского патриарха, оскорбляли и унижали в главном храме России. Потом Лжедмитрий собрал Священный собор, который послушно утвердил отставку Иова под тем предлогом, что по слабости здоровья патриарх больше не в силах вести свою паству. Иова отправили в Успенский монастырь под Старицей, где он и умер в 1607 г.