— Ты сам виноват в этом, — вставил Эдвард. — Поддавшись искушению и тщеславию. Ты организовал нападение на кафе, где была Грейс Нокс и Неро Айон.
— Нет! Прошу, послушай! — взмолился Вильям. — Это была оплошность наёмника, или же его план. Когда мы узнали, что он изменил место взрыва мы разорвали с ним контракт, затем он пропал!
— Это не так важно, — я прервал его. — Может Юдалл и Веберы приказали твоему наёмнику сделать это, а ты не предотвратил.
Эта правда сейчас будет только лишней. Пусть Эдвард и дальше будет уверен, что союзники давно начали игру против Ноксов.
— Я даю тебе минуту, — проговорил я, начиная уменьшать пространство внутри Домена. — Да, ты можешь убить себя, но отвечать тогда будет вся семья. Или сдаться. Я отпущу твоего сына.
— Они всю жизнь будут в бегах? — голос Вильяма дрогнул.
— Что лучше? Бега или казнь?
Я чувствовал, что времени мало — резерв пустел с огромной скоростью. Мы и без Вильяма предоставим доказательства Императору, но так будет надёжней. Я готов был отпустить его сына и невесту, они мне были совершенно не нужны, а суд над Вильямом успокоит Эмилию.
— Поклянись Предвечному, что… Что… — голос Вильяма дрожал.
— Клянусь, что я не буду преследовать Муррей. А на всё остальное воля Императора, — ответил я.
Вильям снова замолчал. Глушилки скоро тоже израсходуют энергию, я укреплял Домен, как только мог.
— Решай.
Сквозь границы Домена я услышал, как на улице взвыла воздушная тревога — громко и протяжно. Что это? Бомбардировка? Мин прорвались через границу?
— Решай! — рявкнул я, не дав что-то сказать Эдварду, только открывшему рот.
— Хорошо! Я согласен! — похоже, что Вильям тоже услышал сирену. — Отпусти сына и невестку!
— Эдвард. Не преследуй их, прикажи наёмникам отпустить их и прислугу. Пусть бегут куда хотят. Тридцать секунд, и я впущу тебя обратно в Домен.
— А что потом? — было похоже, что Нокс слегка растерялся.
— Узнаешь. Двадцать секунд.
Я чуть сжал кулак, чтобы легче сдвинуть Домен и вытолкнул за его пределы сына Муррей и Эдварда.
— Что я наделал, что… — пробубнил Вильям и, наконец, опустил руки.
— Все получают то, что заслужили. Я тоже получу своё, уж поверь.
— Кто ты такой? Я не верю, что ты Неро Айон. Этого не может быть. Почему ты?
— Я — это я. И за всё, что я сделал, я тоже плачу сполна.
Эдвард вернулся в Домен даже раньше и кивнул, отвечая мне на незаданный вопрос. Сирена продолжала выть, и я услышал какие-то выстрелы и взрывы.
— Что там происходит? А если они… — Вильям завертел головой.
— Пусть спасают себя сами.
Я подошёл ближе к Муррей и схватил его за локоть.
— Эдвард! — я ослабил удерживание Домена и тот вскоре должен был схлопнуться. — За руку.
Тот подскочил ко мне и взялся за плечо, не задавая вопросов. Я сосредоточился на поместье. Грохот и взрывы становились громче, границы Домена уже тоже трещали, пропуская внутрь свет от утреннего солнца снаружи.
— Домой, — сказал я себе, собирая всю силу для одного перемещения.
Нас резко дёрнуло, и я почувствовал головокружение — перемещать кого-то кроме себя всё ещё давалось с применением большой части резерва. Нас выкинуло прямо в кабинете Мартина.
— Охрана! — тот вскочил из-за стола, вывел в воздухе контур щита и прикрылся им.
Гвардейцы ворвались в кабинет через секунду.
— Его! — я указал им на Вильяма, который был растерян и не понимал, что сейчас произошло.
Гвардейцы молча скрутили Муррей. Я пошарился в карманах и засунул ещё пару глушилок Вильяму в пиджак. Они уже ослабли, но камеру возьмут под защиту.
— В камеру. Следить внимательно. Не дайте ему совершить самоубийство, — быстро проговорил Мартин.
Он уже подошёл ко мне и помог подняться. Я вытер ладонью тёплую струйку крови из носа. Эдвард тоже не сразу понял, что произошло, но встал и, оглядевшись, не стал задавать вопросы, а молча сел в свободное кресло.
— Что происходит? — я подошёл к окну и увидел, что над поместьем несколькими куполами развернули еле переливающиеся светом щиты.
— Атака минцев. Самолёты прорвали воздушную оборону, — выдохнул Мартин.
— Предвечный, — буркнул я. — Нам нужно поторопиться, Веберы и Юдалл могли узнать, что мы были у Муррей. Они не должны успеть уйти.
— Понятно, — прадед схватился за телефон. — Я созову экстренный совет Тринадцати, но пока идёт бомбардировка, вряд ли это возможно.
— Должны успеть, — я открыл окно, наблюдая, как над небом метрополии несутся самолёты. — Сообщай.
Я сосредоточился на небе, собрал внутри себя остатки резерва и, чуть развернул ладони к небу, стал уплотнять облака в грозовые тучи. Много самолётов. Кружат. Лёгкие беспилотники. В небе идёт бой, но бомбардировка тоже не прекращается.
Собрать тучи так, чтобы разряды молний могли начать атаку. Почти не вижу, что происходит в небе. Высоко. Наши — тоже беспилотники, решаю, что буду бить по любой видимой цели, сложно.
Поток сосредоточился на этой технике — в небе засверкали разряды. Я вижу, как вниз ещё летят бомбы, метрополия пылает — находящихся в ней войск недостаточно, чтобы накрыть защитными куполами вообще всех.
Отбить воздушную атаку. Я должен, иначе…
Молний становится больше, я направляю разряды по тучам в разные стороны, вылавливаю взглядом любой самолёт — разряд, взрыв. Следующий. Разряд, взрыв. Молнии бьют часто и быстро. Атака почти прекратилась, они отступали. Ещё самолёты. Я сосредотачиваюсь и разворачиваю единую сеть из электрических разрядов — в небе случается фейерверк из взрывов, а затем я слышу только удаляющийся гул.
Ноги подкосились, и я облокотился на подоконник — резерв ещё был, но мощности на такую технику не хватало. Беспилотники были под слабыми щитами, но часть из них уцелела. Я не мог предсказать их стратегию, но бомбёжка закончилась и пока этого было достаточно.
Я дотянулся до телефона в кармане и позвонил Оскару.
— Мажорчик! — тот меня чуть не оглушил. — Ты заплатишь мне в три раза больше! Нет, бесов ублюдок, в пять раз! Мы только оторвались от гвардии, как налетели чёртовы минцы! Одного моего пацана…
— Вы смогли уйти? — я перебил его.
— Смогли мать твою, мажорчик! Какого Предвечного?! Что за бомбардировка?!
— Война, — выдохнул я. — Помогу всем, чем смогу.
— Помогай, бесов мажор! Пацаны раненые есть, если бы не бомбёжка…
— Перезвоню, — я почувствовал, как в висках начало звенеть, и это не было хорошо.
— Дай целителя, Локи не поможет!
— Понял. Будет целитель.
Я отключил звонок и глубоко задышал — нельзя сейчас просто расслабиться. Краем уха услышал, что Мартин говорит с Эдвардом и повернулся к ним.
— Я сообщил. Экстренный Совет Тринадцати состоится сегодня, через три часа, только главы и наследники.
— А Веберы и Юдалл? Они могут уже знать, что произошло.
— Если не явятся на Совет, то будет объявлен розыск. У нас есть все доказательства.
— Постойте, — вмешался Эдвард. — Для начала предлагаю выполнить ту часть нашего договора, что касается Ноксов.
— Без вопросов, — бросил я. — Документы, носители со всей информацией. — Я протянул руку.
Эдвард чуть поколебался, но вынул из-за пазухи пачку распечаток и протянул мне миниатюрный носитель. Мне хотелось самому просмотреть всю схему, по которой сработали враги, и ещё удостовериться, мелькало ли там имя Юстаса. Сейчас я даже не представлял, что происходит на самой границе.
Пролистав документы и швырнув Эдварду тут часть, где упоминались финансовые махинации в судостроительстве, а также упоминается, что Ноксы снабжали Юдалл и Веберов своими ресурсами, я сел за комп и подключил носитель.
Я просматривал документы, записи звонков, переписки. Брайс, Тодд, работа с наёмниками — все ступени так, чтобы без вот этих самых прямых доказательств нельзя было узнать наверняка, что Веберы и Юдалл были хоть как-то связаны с Айонами и Мин.
Даже имена минских генералов, письма от них, схемы прохождения через границу. Сроки исполнения приказов и планов. Абсолютно всё. И имя Юстаса я всё-таки там встретил. Сердце забилось чуть быстрее, но дядя не участвовал в заговоре.
Его использовали, Карл Вебер вёл с ним переговоры, говорил о том, что наша часть границы недостаточно защищена, приводил примеры, выяснял, какие войска Айонов находятся на границе, какая техника законсервирована, а какая находится в боевой готовности.
Но Айоны удержали границу. К нашему роду не может быть никаких претензий — всё, что происходит сейчас, уже в присутствии имперских войск, а значит, Мин стали действовать более агрессивно. Нужно было как-то узнать, подняли ли они свои силы «на борьбу» с вторжением.
— Мартин, позвони командующему Делари, нужны сведения, есть ли на границе и дальше от неё силы Веберов и Юдалл.
Я просматривал в документах всё, что касалось Ноксов. Договор есть договор, хотя где-то внутри меня не покидало чувство, что я просто могу не делать этого. Тогда Ноксы тоже станут врагами Империи. Руки ненадолго зависли над сенсором управления компьютером.
Нет. Мне нужны Ноксы. Нужны их ресурсы и союз. Нужна Грейс. Я и так снова потерял многих. Открыв дополнительный файл, я вырезал из документов всё, что касалось Ноксов и перекинул туда. Закрыл и зашифровал, решив оставить эту информацию для себя. Союз будет под моим контролем, так или иначе.
— Силы Веберов и Юдалл также на границе, — от мыслей меня отвлёк прадед.
— Понял. Эдвард, взгляни, я всё удалил, — я скрыл новый файл и развернул монитор к Ноксу.
Тот пролистал все документы и удовлетворённо кивнул.
— Мне нужно возвращаться в поместье Ноксов и сообщить всё Эмилии. Наследник Ноксов в академии за рубежом, как временный глава на Совете буду я один. Встретимся в Капитолии.
— До встречи, — ответил я.
— Наёмникам я приказал покинуть дом Муррей. Вторую часть оплаты они получат, как только я доберусь до дома. Бомбардировка даже сыграла нам на руку, в какой-то мере.