Я назвал это блоком, но похоже, что всё-таки чувства, что я испытал вернувшись, всё-таки были установкой. Такое отношение к семье, к её членам. Беспокойство не только о статусе рода, но и о каждом близком. Даже о таком уроде, как Брайс.
Я сжал зубы — если правильно сформировать намерение, то можно переместиться к Брайсу. Я не знал, как далеко может закинуть телепорт, но был уверен, что достаточно. Резерва на прыжок хватит, но увидев установку изнутри, чувствуя головную боль и судороги в ногах я понимал, что Брайс даст мне отпор и не был уверен, что смогу не сдержать обещание убить предателя на месте.
Сейчас я даже не мог ответить себе на вопрос — на самом ли деле семья была настолько дорога мне. То, как я подписал все необходимые бумаги и закрылся от всего в академии, помнилось отлично, а вот то, что я тогда на самом деле испытывал — нет.
— Суд и приговор не станут откладывать надолго, — из мыслей меня снова выдернул прадед. — Он состоится в ближайшие дни. Как только всех Веберов и Юдалл арестуют. Ты знаешь, чем это закончится. Ты добился своего.
Да. Так или иначе будет казнь. Не всех причастных к эти родам, но многих. А те, кто останутся в живых будут изгнаны, лишены статусов и денег. Как когда-то Айоны. Я перевёл на него взгляд и только кивнул.
— Я хочу на границу, Мартин, — коротко сказал я. — Там мне будет проще.
— Не слушай эмоции, — ответил тот.
Оно был прав. Меня снова тянуло в сторону войны и крови. Я позвонил Оскару — сейчас я не хотел ехать домой.
— Эу, мажорчик! — голос у того был на удивление весёлым. — Слушай, я не знаю как, но ко мне сюда явился не только частный целитесь, но и твой дружок такой, рыжий. С подружкой и ещё одним хреном.
— Не понял, — меня переключило с мыслей о войне сюда, в настоящее и более понятное.
— Чё не понял, твой дружаня тут, с девкой и братом её, — Оскар глухо засмеялся.
— Помощь нужна?
— Помощь тут всегда нужна, сейчас в трущобах куча минцев, ещё какие-то левые банды, которых я знать не знаю, — ответил он.
Значит брат Люции, наконец, вернулся. Одного я понять не мог — как Джед нашёл Оскара и почему вообще оказался в трущобах.
— Мартин, я не еду домой, — я покосился в окно и понял, что машина движется очень медленно.
— Что? — удивился прадед.
— Мне нужно отлучиться.
— Куда? Сейчас на улицах метрополии не безопасно.
— Хочу помочь одному приятелю, — я слегка улыбнулся. — Думаю, это не замёт много времени.
Мартин успел только набрать воздух в грудь, чтобы что-то сказать, но я уже крикнул водителю, чтобы тот притормозил.
— Неро…
— Скоро вернусь, — я лишь искоса посмотрел на Мартина, когда выскакивал из машины. — Защитить себя я смогу, ну, ты и сам знаешь.
Оскар наблюдал, как девица с выкрашенными в розовый цвет волосами помогает своему братцу штопать пострадавших пацанов. Ранены были не только те, кто еле успел унести ноги при начале бомбёжки, но ещё куча обычного народа — и мужики, и старичьё, и дети. Трущобы тоже нехило задело.
Всю эту больничку они как-то быстро развернули — второй целитель, приехавший от мажорчика тоже никуда не собирался и помогал, чем мог. Рыжий пацан не отставал. Чего они тут ошивались, вообще было непонятно.
Людей рядом с маленьким домом Локи набилось, как на бесплатной раздаче жратвы, и все хотели, чтобы им помогли. Сам же Локи попивал из стакана мутную жидкость и вообще не лез к этим «волонтёрам».
— Эй, ржавый, — позвал Оскар, снова забыв, как того зовут.
— Меня зовут Джед, — отозвался парень, недовольно нахмурившись.
— А, — Оскар махнул рукой.
— Чего ты хотел? — Джед двинулся к нему.
— Это у тебя надо спрашивать, чего хотел, — он усмехнулся. — Развернули тут холерный барак, волонтёры недоделанные.
— Разве тебе не нужна была помощь?
— Вот у меня и возник вопрос, как ты сюда попал. Мажорчик вроде не знакомил нас, всё говорил: я сам, не хочу никого в это впутывать, бла бла бла…
— Он и не впутывал. Я узнал, что к чему у Мора, Наставника Неро. Я рассказал ему, что приехал Грегори Эммер — брат Люции. Он очень ждал, когда тот объявится. Мор сказал, что тебе нужна помощь и что Неро явно здесь объявится.
Оскар приподнял бровь и отмахнулся — серьёзно? Это действительно настоящая причина?
— Обычно за помощь говорят спасибо, — рыжий снова нахмурился.
— Ага, — Оскар сложил руки на груди, — это очередная услуга, за которую я мажорчику снова буду должен. Вот и всё.
— Неро не такой, — Джед улыбнулся и отрицательно мотнул головой.
— Именно такой, рыжик. Ты или плохо своего дружаню знаешь, или сам живёшь в соплях с сахаром, — Оскар оскалился в издевательской улыбке.
— Не живу я в соплях. Пошёл ты.
Рыжий отмахнулся и повернулся к Оскару спиной, снова направляясь к страждущим. Конечно, целых два целителя припёрлись. Тут уже не только раненые всех цветов и размеров, но и те, кто «ой, сынок, у меня тут спина хрустит, голова болит, тошнит».
Оскар протяжно вздохнул — их тоже можно было понять.
Напряжение не отпускало — минцы всё ещё скрывались в трущобах, а вся прочая шваль повылезала, чувствуя, что полицаям и гвардии в это время на отбросы Империи плевать чуть больше, чем обычно.
Оскар видел, как в метрополии тут и там вспыхивали купола щитов, как армия шныряла туда-сюда и пыталась контролировать ситуацию, как эвакуировали элитные районы. Видел всё это пока они возвращались после бомбёжки, а потом ещё и с косой радиовышки в западной части трущоб.
Только вот их никто не хотел эвакуировать. И Оскар понимал — если «там» поймут, что часть диверсантов и террористов укрылись в трущобах, то зачистят всех, не разбираясь, кто есть кто. И это заставляло сжимать челюсть до болит и смотреть исподлобья, как целители и эти двое кудахчут над ранеными и больными.
Среди его людей магов было совсем немного, да и те слабаки, а значит самим убрать минцев из трущоб вообще не представляется возможным.
— Оскар.
Он оглянулся на знакомый голос — по улице к дому Локи и всему этому полевому госпиталю шагал сам мажорчик. Чёрный приталенный пиджак был в какой-то серой пыли, под глазами залегли синяки, отросшие волосы растрепались. Вообще весь его вид говорил, что тот сам будто только что из-под бомбёжки вылез.
— Ты чё, пешком пришёл? — Оскар усмехнулся.
— Почти, — Неро тряхнул головой, откидывая с лица пряди.
— Будто в мясорубке был, — он хмыкнул. — Покуришь, а?
Тот пожал плечами, но протянул ладонь. Особо не торопился он к своим друзьям, а Оскару показалось, что с ним-то он поговорит вообще в последнюю очередь.
Мажорчик смачно затянулся, выпустил в небо облачко дыма, прикрыв глаза, а затем вернул Оскару сигарету.
— Не моё всё-таки.
— Ты нормально вообще?
По лицу было видно, что тому херово, да и вообще его слегка пошатывало. К своему удивлению Оскар почувствовал, что Поток Неро нестабилен, что он бушует, хотя резерв неполон. А по лицу и не скажешь.
— Не нормально, — он открыл глаза.
— Кулаки чешутся? — Оскар хмыкнул. — Так тут полно тех, об кого их можно почесать.
— Я только за, — Неро натянуто улыбнулся. — Просто покажи пальцем и скажи «вот враг».
Оскар только собрался сказать, что такая зачистка будет к месту, пока сюда не нагрянула армия, как мажорчику подскочил этот ржавый парниша и его подружка, которая что-то с ходу начала щебетать и рассказывать, размахивая руками.
— После заката, — Неро повернулся к нему, прежде чем компашка решила увести того к братцу девки. — Мы пойдём после заката.
Оскар хмыкнул и кивнул, до заката оставалось ещё несколько часов.
Глава 10
Меня так быстро оттянули от Оскара, что я не успел выяснить подробности обстановки в трущобах. Сейчас приструнить банды и убрать часть минцев — временная мера, я бы даже сказал полумера. От трущоб нужно было избавляться, только не так, как планировали заговорщики — непомерными налогами и совершенным отсутствием перспектив для жителей.
Наше неравенство и так было диким — даже семья Джеда для жителей трущоб была представителями знати, если не больше. Прямо сейчас, конечно было не до реформ, но…
— Эй, ты слушаешь вообще? — Люция пощёлкала пальцами перед лицом.
— А, да, — я кивнул.
— Он хочет с тобой поговорить. Грегори, мой брат, — она указала на высокого парня, занимающегося каким-то раненым мужиком.
— Знаю, сейчас поговорим.
Мы прошли мимо нескольких скамеек и ящиков, где разместился народ. Кто-то сидел на грязных подстилках, кто-то притащил какие-то раскладушки. Народу, в целом, было достаточно много. Я понимал, что сюда сейчас притащились вообще все, кто смог дойти.
— Ты как? Очень плохо выглядишь, — Джед осмотрел меня с ног до головы.
— Я только с Совета Тринадцати. Капитолий пытались подорвать, — ответил я.
— Ого… Это минцы? — удивлённо спросил Джед.
— Не совсем, — я отмахнулся. — Не важно, в общем. Как ты тут оказался?
— Я переживал… Мор сказал, что ты попросил его нанять целителя, я понял, что ты здесь появишься.
— Спасибо, всё в порядке, — я протянул ему руку.
— Так и не скажешь, — вздохнул Джед, отвечая на рукопожатие.
— А брат твой почему здесь, — я кивнул на Грегори и перевёл взгляд на Люцию.
— Он же узнал всё, что произошло, хотел скорее принести господи Айону извинения, — Люция слегка улыбнулась.
— Вот как…
Меня будто перетягивало в обычные проблемы обычных людей от всех заговоров и войны с Мин, хотя, из-за того, что суд ещё не прошёл, а Капитолий пострадал, мне казалось, что проблема с Веберами и Юдалл не решена до конца, к тому же, я не знал, что происходит на границе.
В любом случае, я не хотел, чтобы Джед находился в трущобах долго, когда по ним снуют минцы, но пусть меня видят жители — для них есть какие-то аристократы и какие-то Тринадцать, которым нет дела до нищих немагов, но могу появиться я — Неро Айон, защитник обездоленных.