OBS предлагает стать надежным партнером предприятий в организации такого процесса, представляя решения для рабочих станций и IoT, подключения и транспортировки, хранения, анализа и защиты данных. За последние несколько лет Orange Cyberdefense стала одним из ведущих французских игроков с оборотом 300 млн евро.
– Как началось ваше сотрудничество с компанией Huawei?
Впервые я столкнулся с Huawei в профессиональном плане в 2006 году, когда возглавлял отдел исследований и разработок в группе Orange.
Я общался с Эриком Сю, одним из нынешних председателей. Взаимоотношения в сфере B2B – это встречи. Не касаясь технологий, мужчины и женщины обсуждают и, возможно, подписывают контракт на реализацию решений своих «болевых точек», главное – оказаться среди конкурентов тем, кто решит их проблемы быстрее всех. С Эриком я нашел партнера, который стремился понять ожидания своих клиентов.
Мы обсудили оптоволокно, технологию GPON, переход на 2G-3G, а также мобильные терминалы, которыми Huawei начала интересоваться. В то время Африка только начала освоение телекоммуникаций, и мы предполагали создать недорогой телефон, предназначенный только для голосового использования, но затем перешли к смартфонам.
Потребовалось время и диалог, чтобы понять, на что способны оба бренда, обмен мнениями, выбор тем, над которыми мы работали вместе. Постепенно мы перешли от небольших контрактов к более амбициозному сотрудничеству.
– Каковы сильные стороны Huawei в деловых отношениях?
Huawei сочетает в себе три сильных стороны. Во-первых, по сравнению с крупными поставщиками здесь гораздо меньше высокомерия. В большей степени, чем в ценообразовании, Huawei – это игрок, который зарекомендовал себя на основе внимательного отношения, взаимного уважения и восхищения, что является основополагающим в сфере B2B, да и в любых партнерских отношениях.
Наконец, третий козырь – это время, технологии и деньги. По сути, подобно Amazon в розничной торговле, Huawei вошла в телекоммуникационную экосистему там, где есть маржа, хорошо поняла цепочку создания стоимости на рынке, чтобы ее нарушить, и применила свое видение дальнейшего развития экосистемы.
Это чисто китайский метод, своеобразное отношение ко времени – умеющее переходить от экстракороткого времени к длинному, – к которому можно добавить стратегию обхода: если не можешь добраться до сути дела, приходится идти через периферию. Среди всех ожиданий Orange, как и других крупных операторов, потребности не обязательно были связаны с Лондоном, Берлином или Парижем, и должны были проходить через Африку и Ближний Восток.
В нашем бизнесе важно не только оборудование, но и его работоспособность. Мы должны инвестировать в поддержку постоянного представительства в географическом регионе, чтобы идти в ногу с техническим прогрессом и реагировать на инциденты. В рамках этой стратегии обхода Huawei удалось использовать геостратегические возможности Китая в отношении стран-производителей сырья, и присутствие Huawei в Африке выглядит вполне естественным.
– Каковы сильные стороны компании Huawei в области НИОКР?
Все руководители, стоящие у руля представительств в Европе, прошли через эти сложные географические зоны, рисковали и стали настоящими первопроходцами. У них есть возможности строить, делая долгосрочные инвестиции в НИОКР, подобно Кремниевой долине.
Успех США обусловлен тем, что они располагают капиталом, навыками и способностью идти на риск. В Европе можно заниматься делами в Париже, но искать капитал нужно в Лондоне, а если хочется рискнуть, то в Литве или на Украине. У нас нет такого единства времени, места и инициативы, как у американцев в долине. Китайцы тоже обладают таким потенциалом, потому что у них многомиллиардное население, развиваются университеты, они открыты миру. Их инвестиции в НИОКР впечатляют, поэтому и пугают европейскую и американскую промышленность.
В партнерстве Orange и Huawei было разработано несколько планов сотрудничества в области НИОКР, один из последних касался экологии и нашего «углеродного следа». Углеродный след – это масса углекислого газа, которая производится в результате деятельности людей, бизнеса или государства. Его способность удерживать тепло повышает среднюю температуру поверхности Земли. Климат меняется, и последствия катастрофические: засухи, пожары и другие природные катаклизмы. Компания Huawei чутко отреагировала на эту проблему. Еще один хороший пример, что они умеют слушать и инвестировать.
Если оставить в стороне вопросы безопасности, Huawei страдает от относительной нехватки обязательств в этой области в Европе и, на мой взгляд, должна развивать систему независимых органов, созданную в Великобритании, – чрезвычайно важна стратегия региональных и местных инвестиций. Во Франции в качестве примера можно привести сотрудничество с индустрией предметов роскоши, создание лаборатории дизайна в Париже и исследования в области искусственного интеллекта в Sophia Antipolis.
– Это также способ поиска специалистов там, где они находятся?
Во Франции, например, существует элитная математическая школа. Такой интерес к местным талантам следует рассматривать не как «кражу кадров», а как свидетельство интереса, уважения и инвестиций в страну. Мы, французы, должны извлечь из этого максимальную пользу.
– Как европейские компании могут сотрудничать с китайскими?
В довольно раздробленном мире антикитайская кампания, проводимая Соединенными Штатами в целом негативно сказывается на Huawei. Я думаю, нам нужно поставить всех игроков в равные условия. В конечном итоге для Парижа важна наша позиция по отношению к европейской промышленности.
Как и американцы, русские и израильтяне, мы должны рассматривать китайцев как крупных игроков, с которыми нужно работать и у которых можно учиться. Я не наивен, потому что правило одинаково для всех («ноль доверия»), но не отказываясь от контакта и сотрудничества, мы становимся сильнее. Если вы расширяете свои поставки и диверсифицируете партнерские отношения, вы существуете. Если вы зависите от монополии, то вас не существует. У китайских компаний многому можно научиться как в управленческом, так и в культурном плане.
– Что послужило основой для создания Cloud Alliance, объединившего компании Huawei, OBS, Telefonica и Deutsche Telekom?
Мы должны вернуться к ситуации с «облаками» в Европе лет пять или шесть назад. Европейцы хотели построить собственное «облако», но инвестиции в него были несоизмеримы с инвестициями американцев, которые отказались от сотрудничества, поскольку хотели контролировать заказчика (за исключением Microsoft, которая согласилась сотрудничать с Deutsche Telekom по «облаку» Azure).
Поэтому мы обратились к партнерам, у которых были амбиции и интересы. Huawei в Китае противостоит огромным «облачным» игрокам, включая, конечно же, Alibaba. Cloud Alliance обеспечил компании Huawei международное присутствие, которое укрепило ее позиции на местном рынке. Со своей стороны, нам требовалось предложение, конкурентоспособное по цене, функциональности и скорости, особенно в сравнении с AWS (Amazon Web Services).
Идея заключалась в объединении в три группы, чтобы повлиять на отношения с поставщиками, контролировать нашу политику безопасности и нашу политику в отношении клиентов. Для компании OBS это означает «плюс» для ее клиентов в Сингапуре, Австралии, Новой Зеландии, Китае и Юго-Восточной Азии. Для них было логично иметь двигатель «китайского происхождения».
– Куда движется Huawei в своей политике международной экспансии?
С одной стороны, стоит быть абсолютно строгим к отношениям и соблюдению требований. С другой стороны, Huawei не участвует в процессах контроля и сертификации, привычных для европейской или американской промышленности. Она не зарегистрирована на бирже. Процесс сертификации ISO предполагает способность к открытости и обмену информацией, что еще не стало нормой в Китае. Поэтому есть две фундаментальные области, в которых нам необходимо добиться прогресса: финансы и процессы.
А что касается региональных или местных властей, то необходимо учитывать геостратегию. Нужно уйти от карикатурного представления о Китае, нужно побывать там, чтобы это понять. Нельзя упускать из виду, что наша отрасль уходит корнями в производство компонентов. Вот где разворачивается промышленная борьба. Кто станет завтрашним поставщиком чипсетов? Во всем мире их будет два-три. Вопрос в том, позволят ли американцы Европе и Китаю иметь определенную автономию?
– Как 5G может изменить ситуацию?
Развертывание 5G займет длительное время. Это технология, которая стоит несколько десятков миллиардов долларов и требует огромного объема знаний в области искусственного интеллекта, программного обеспечения и т. д. Задача не просто монотехнологическая. Необходимо стимулировать появление сервис-провайдеров, способных играть роль ансамбля IoT + AI + облачных + кибернетических технологий и обладающих способностью собирать их для предоставления большего количества услуг.
Несмотря на это, в Европе существует ряд хороших программ сотрудничества в области фундаментальных исследований, которые необходимо расширять, как, например, план Виллани или математическое моделирование компьютерных систем и сетей.
НИОКР остаются необходимыми и рискованными инвестициями, но мы должны знать, как объединить усилия в отраслевых совместных предприятиях, чтобы добиться более быстрого прогресса и минимизировать риски. Это нелегко, но другим отраслям это удалось, например, автомобильной промышленности. В нашем секторе важный фактор – критическая масса.
Интервью с Мартином Перонне, генеральным директором компании Monaco Telecom
– Можете ли вы дать общее представление о развитии и стратегии Monaco Telecom?