ходит к матери на массаж или еще какие-нибудь процедуры.
В тот вечер они просидели за ужином дольше обычного и говорили больше обычного. И почти дружелюбно, что очень редко случалось. А через несколько дней вместе повезли документы в приемную комиссию. Зайдя в просторный университетский вестибюль, Людмила оглядела стенды с расписаниями и какой-то нужной для абитуриентов и студентов информацией, и тихо вздохнула. Это она должна была здесь учиться. Эти стены должны были стать родными для нее, а не для Вероники. Это она, а не Вероника, имела отличные оценки почти по всем предметам, и это ей учитель физики как-то сказал: у тебя блестящие способности, не растрать их попусту. А она растратила. Глупо, глупо распорядилась своей жизнью. Кто знал, кем бы она сейчас стала, не попадись ей тогда в парке парень с таким симпатичным, таким располагающим лицом.
3
— Так что купить? — внедрился в сознание голос Лешки.
— Да сам там посмотри, — отмахнулась Лиза.
Хотя обычно она всегда составляла список продуктов. Даже если они вдвоем ехали в супермаркет, все равно составляла. Чтобы ничего не упустить и не забыть. Потому что стоило зайти в магазин, глаза разбегались и, случалось, они покупали совсем не то, зачем ехали.
— Ты в который раз это читаешь? — с укоризной поинтересовался Лешка.
Но поглощенная чтением Лиза не ответила, и он, покачав головой, вышел.
А Лиза, дочитав последнюю колонку, опустила газету на колени и задумалась. Статья была большая. И Лиза очень многое из нее узнала. Ей, разумеется, как и всем прочим, известно было, что есть определенная категория девушек, вовлеченных в проституцию, но она даже не подозревала, что их так много. Просто не думала никогда об этом. Ни о девушках, ни о том, как они оказываются на панели. Из статьи следовало, что не все они начинают заниматься проституцией по своей собственной воле. В большинстве случаев, их заставляют. И не столько обстоятельства, сколько другие люди. Работорговля не осталась в далеком прошлом, она вовсю идет и сейчас. Это бизнес, и этот бизнес, — торговля живым товаром и сексуальная эксплуатация женщин и детей, — приносит колоссальную прибыль. Наивные, глупые девушки повсеместно становятся жертвами этого преступного бизнеса. Есть страны, где с проституцией борются на государственном уровне. В Норвегии, например, в Швеции, в США. Среди молодежи и детей там ведется большая разъяснительная работа, преступники преследуются законом, осуществляется защита жертв. А вот в Германии и в Италии проституция разрешена. Узаконена в Австрии, Венгрии, Греции, Нидерландах, и даже в Турции. Но одно дело, когда девушка занимается этим добровольно и совсем другое, когда ее принуждают. Это насилие, а насилие и в странах, где проституция легализована, является преступлением. Всякое насилие в обществе — физическое, сексуальное, психологическое — необходимо искоренять. С этим согласны все.
Ничего не скажешь, очень информативная и очень правильная статья. И все-таки было в ней кое-что не так. Первое, что просто изумляло — имя автора. Инна Сабанина. И чтобы не оставалось сомнений, какая именно Сабанина написала эту статью, дальше под именем указывалось — студентка четвертого курса филологического факультета… То есть та самая Инна Сабанина, которая учится с Лизой и которая, как всем в группе известно, даже полноценное сочинение на заданную тему не способна написать, не говоря уж о статье, да еще такой!
Второе, что вызывало у Лизы уже не удивление, а возмущение, было упоминание о Веронике, которую автор статьи — разумеется, это была не Сабанина! — приводил в качестве примера жертвы международного трафика. Не стоило об этом писать. Еще неизвестно, кто ее похитил и почему. Может быть, перепутали с какой-нибудь дочерью нефтяного миллионера, украли, чтобы выкуп за нее получить. Вероника, когда звонила Владу, не говорила Владу о том, что ее содержат в каком-то подпольном публичном доме.
Под статьей стоит имя Сабаниной, значит, информация о Минковой скорее всего исходила от Инны. Но всего несколько человек знали об исчезновении Вероники, и Сабанина точно не входила в этот круг посвященных. В университете до сих пор считали, что Минкова готовится к конкурсу красоты. Кто рассказал Сабаниной о том, что Вероника перед Новым годом выехала в Италию с танцевальной группой и была похищена после одного из выступлений в ночном клубе? Откуда она узнала об этом?
Ответ был один: Лариса. Лазаревская. Вот кто рассказал. Байкер, который привез им с Лешкой эту новость, вряд ли стал бы распространяться на эту тему, тем более, делиться информацией с какими-то журналистами. А с Сабаниной он вообще незнаком. Только она, Лешка и Лариса, которая случайно оказалась у них на квартире, — пришла за рефератом как раз в тот момент, когда у них был Влад, — были в курсе событий. Лариса даже вызвалась дать адрес своего итальянского друга и заодно попросила отвезти ему небольшой подарок. Еще знала об этом подруга Вероники с английского отделения, но только она вряд ли стала бы откровенничать с Сабаниной. Значит, это сделала Лариса. Лариса и только она. Никак не ожидала такого Лиза от Лазаревской. Вроде бы нормальная девчонка. А главное, разве они не просили ее не распространяться на эту тему? Но Лариса не удержалась, тут же рассказала обо всем своей подружке. Что касается Сабаниной, то та просто подло поступила, использовав Минкову в каких-то своих целях. Зачем понадобилось указывать фамилию Вероники, писать о том, что она, как и автор статьи, тоже студентка четвертого курса филологического университета, что учится вместе с нею?
Лешка был тоже возмущен. Он всегда Ларису недолюбливал, почему-то считал ее двуличной. Когда ему позвонила Петухова, долго не мог понять, о чем речь. Петухова прямо захлебывалась от негодования: «Вы же вместе учитесь! Как, как вы могли такое сделать? Напечатать такое!» «Да я ничего не знаю, — сказал он. — Может быть, Лиза в курсе?» И пожав плечами, передал трубку Лизе. Так Лиза и узнала о статье. Сама она никаких газет не выписывала, но после разговора с Петуховой тут же побежала в киоск «Союзпечати» и купила номер с сабанинской статьей. И вот уже в третий раз ее перечитывала. Сначала вслух, чтобы и Лешка слышал. А потом, когда он ушел в магазин, еще дважды перечитала, пытаясь как можно глубже вникнуть в суть.
4
— Вот, значит, на что деньги ушли? — Стоя в дверном проеме и разглядывая на Ларисе новую коротенькую шубку, покачала головой мама.
Папа, как Лариса и просила, под новый год не стал покупать ей очередные духи, а положил для нее «под елочку» конверт с деньгами. Чтобы она сама купила себе подарок. Она и купила.
— У тебя же есть уже шуба, — все не успокаивалась мама.
— То шуба, а это шубка, — раздраженно ответила Лариса. — В шубе тяжело в троллейбусах и автобусах ездить.
Мамины охи-вздохи действовали на нервы. Нет бы, порадоваться вместе с дочерью, сказать что-нибудь вроде: как идет тебе эта шубка! Лариса так бы и сказала, независимо от того, думала ли она так на самом деле. Но у мамы никаких представлений о правилах хорошего тона. Вся она из прошлого века, и жизненные стандарты у нее оттуда же, из времен тотального дефицита. По ее понятиям, если у человека уже есть одна шуба, второй ему просто не полагается.
— Вся в отца, — кивнула мама в сторону папиного кабинета. — Тот в юности голодом себя морил, только бы в какой-нибудь фирменной тряпке перед девчонками покрасоваться.
Сама того не подозревая, мама сделала Ларисе большой комплимент. Быть похожей на ухоженного, прекрасно одетого отца куда лучше, чем на нее, одетую во что попало. Папа до сих пор любит дорогие и красивые вещи, и одевается только в фирменных магазинах.
— И что в этом плохого? — пожала плечами, разглядывая себя в зеркало. — Я, как папа, считаю, что если тратить деньги, то лучше на одежду, чем на пирожные и шоколадки.
Прозрачный намек на мамину слабость. Но мама не обиделась. Или намека не заметила.
— Как ты не понимаешь, что счастье не в дорогих тряпках, — вздохнула.
— А в чем? В сундуках, набитых золотыми монетами?
— Да и не в деньгах.
Вот оно, советское детство, опять дает о себе знать. Мама-пионерка учит жизни дочь богатого человека, непутевую Ларису.
— Так в чем же оно, это счастье? — поинтересовалась Лариса.
Та почувствовала насмешку в голосе дочери. Посмотрела на нее долгим взглядом:
— Когда-нибудь сама узнаешь.
Развернулась и отправилась на кухню.
Не в деньгах счастье! Со здравым смыслом у мамы всегда было не в порядке. Как без денег жить? Чем питаться, во что одеваться? Не в деньгах счастье! Она так говорит, потому что деньги у нее имеются. Она ни в чем не нуждается, живет в хорошем доме, не работает. И это папа обеспечил ее всем, а она еще и скандалы ему учиняет. Наверное, в знак благодарности… Нет, Лариса ничем не хотела быть похожей на маму.
Она еще немного повертелась перед большим зеркалом в прихожей, разглядывая себя со всех сторон. Провела ладонью по нежному меху. Хорошая вещь, ничего не скажешь, стоит потраченных денег. Потом сняла шубку и аккуратно повесила ее на плечики. А плечики на дверцу. Прежде чем отправить шубку в шкаф, нужно дать ей обсохнуть.
— Да, — донеслось уже из кухни. — Тут городскую газету принесли, там большая статья твоей подружки, Инны этой.
Чтобы Инна Сабанина написала статью? В такое верилось с трудом. Наверняка мама как всегда что-то напутала. Но все же любопытно взяло верх, и Лариса отправилась на кухню.
— И где же она, эта статья?
Мама кивнула в сторону тумбочки в углу.
Лариса развернула газету. Действительно, огромная статья, в полстраницы. И имя автора крупным шрифтом: Инна Сабанина.
— Однофамилица какая-нибудь, — объяснила матери. — Инна даже лекции не конспектирует, ксерит то, что другие пишут.
— Да нет, — усмехнулась мать. — Не однофамилица. Ты прочитай, что она пишет.
Лариса опустилась на стул и, пока грелся чайник, начала читать. И чем дальше она чи