— Выпей вот это, девочка.
Миссис Мак поднесла чашку к ее губам.
Эйли сделала большой глоток — и едва не задохнулась. Грудь же се словно огнем обожгло. Она утерла рот ладонью и пробормотала:
— Что это такое?
— Перцовка, — с ухмылкой ответил Фергус. — Не каждая девушка может ее проглотить.
— Почему бы тебе немного не вздремнуть? — спросила миссис Мак, коснувшись ее плеча.
Эйли решительно покачала головой:
— Нет, я пойду посижу с Рори.
Она должна была позаботиться о своем пациенте. А потом, после того как убедится, что с ним все в порядке, она подумает, как выбраться из этого кошмара.
— Ты не должна рассказывать брату о волшебном флаге, — предупредил Йен.
— Почему же? Возможно, он согласится воспользоваться им, чтобы отправить меня домой.
— Клянусь, он этого не сделает! Брат ставит благополучие клана превыше всего. Поэтому нельзя ничего ему говорить. Он убьет меня, если узнает, что я натворил.
— Уверена, что нет, — возразила Эйли.
Но она тут же вспомнила, что совсем не знает Рори Маклауда. К тому же время, в котором она оказалась, очень отличалось от ее века. Здесь жестокость и беспощадность — самое обычное дело. И это еще одна из причин, заставлявших ее вернуться домой… И главное сейчас — найти как-нибудь это проклятый флаг. Тогда она, возможно, сумеет вернуться.
— Но даже если он не убьет меня, — продолжал Йен, — то уж точно никогда не простит. А я не смогу с этим жить…
Эйли вздохнула. Как можно обвинять человека в том, что он любит своего брата?
— Хорошо, я ничего не расскажу ему, обещаю. Я знаю, что ты просто хотел спасти его. И не твоя вина, что эти проклятые волшебники выбрали меня на роль спасительницы.
Йен с облегчением вздохнул.
— Значит, ты простишь меня?
Он снова взял Эйли за руку.
— Тебя — да. Но не ваших фей.
Йен прижался губами к ее руке, потом пробормотал:
— Спасибо тебе, милая.
Миссис Мак легонько стукнула его по затылку.
— Не забывайся, Йен Маклауд.
— Разве я не могу поцеловать девушке руку? — спросил молодой человек.
— Нет, не можешь. Она не для тебя, парень.
Йен нахмурился.
— А для кого же она, по-вашему?
Эйли уже открыла рот, чтобы возмутиться, но тут пожилая женщина заявила:
— Феи прислали ее для твоего брата.
— Ну, знаете… — пробормотала Эйли; у нее не было слов.
Йен же покачал головой и проговорил:
— Миссис Мак, вы же прекрасно знаете, что брат больше никогда не женится. Он любил только Брианну.
Миссис Макферсон пожала плечами:
— Не знаю, не знаю, Йен…
— Эй, вообще-то я здесь! — крикнула Эйли с раздражением. — И прошу запомнить: меня не интересует ни Рори Маклауд, ни какой-либо другой мужчина. Вы меня поняли?
Фергус взглянул на нее с удивлением:
— Ты не любишь мужчин?
— Ох, умоляю, не надо об этом, — проворчала Эйли. — Да, я люблю мужчин, но могу сама решить, кто мне нравится. Да-да, я и сама могу сделать выбор.
«В прошлый раз ты сделала не очень-то хороший выбор», — с усмешкой напомнил внутренний толос.
— А сейчас, — продолжала Эйли, — я хотела бы взглянуть на раненого.
Она шагнула к двери.
— Минутку, девочка, — окликнул ее Фергус.
Эйли невольно застонала:
— Между прочим, у меня есть имя. Меня зовут Эйли.
Миссис Мак нахмурилась:
— Какое у тебя чудное имя…
Эйли тяжело вздохнула:
— Можете называть меня Эйлианна, если так вам больше нравится.
— Эйлианна? Это гораздо лучше.
Эйли вопросительно взглянула на Фергуса:
— Так что же вы хотели мне сказать?
— Нам нужна какая-нибудь подходящая история, де… Эйли. Мы должны объяснить людям, откуда ты взялась.
— Да, верно. Ведь мы не можем сказать, что меня прислали волшебники, не так ли?
— Конечно, не можем, — сказала миссис Мак. — И вообще не надо с этим шутить. Люди могут подумать, что ты ведьма, а это очень опасно.
— Ведьма? — изумилась Эйли.
— Да, разумеется. К тому же наш священник в последнее время что-то уж очень суров. Потому-то лекарь и ушел от нас, — добавила пожилая женщина.
Эйли со вздохом помассировала виски. Потом спросила:
— И что же мы скажем людям?
— Ты, кажется, говорила, что твое второе имя — Грэм, — вмешался в разговор Фергус. — Возможно, наш лэрд это запомнил. Йен, ты знаешь какого-нибудь Грэма, который мог бы нас разоблачить?
— Нет, я не знаю. Но очень может быть, что Рори знает.
— Будем надеяться, что не знает. — Фергус посмотрел на Эйли как-то странно. — Ужасно неприятно это говорить, но, думаю, нам придется сказать, что она англичанка. Этим можно объяснить ее странное произношение.
— Как ни досадно, но ты прав, Фергус, — согласилась миссис Мак.
Эйли нахмурилась:
— А почему вам неприятно говорить, что я англичанка?
— Потому что мы терпеть не можем англичан, — заявил Фергус.
— Можно сказать, что она с Приграничья, — предложил Йен. — Не так уж плохо, а?
Фергус кивнул и провел ладонью по щетинистому подбородку.
— Да, неплохо. Можно сказать, что наемники Файфа похитили девушку из-за ее способностей целительницы. Но она сбежала и мы приютили ее.
Миссис Мак со вздохом покачала головой:
— Боюсь, люди не поверят в такую небылицу.
— А ты можешь придумать что-нибудь получше?
— Нет, к сожалению.
— Стало быть, решено, — заявил Йен. — А сейчас я пойду раздобыть чего-нибудь поесть, — добавил он, направляясь к двери.
— Я с тобой, парень, — сказал Фергус. — А ты, Эйли, не бойся. Мы будем хорошо о тебе заботиться.
— Спасибо вам, — кивнула Эйли.
Несмотря ни на что, она была тронута словами Фергуса.
— Да-да, Эйли, не беспокойся. — Йен улыбнулся: — Наш клан перед тобой в долгу за спасение моего брата. И никто не скажет о тебе ни одного худого слова.
— Рада это слышать.
Когда мужчины ушли, миссис Мак повернулась к ней и сказала:
— Теперь иди к лэрду, Эйлианна. А я принесу тебе чего-нибудь поесть.
— Спасибо, но я не очень голодна.
— Значит, немного бульона. Знаешь, девочка, хоть я и сочувствую твоим бедам, но все же рада, что волшебники прислали нам именно тебя.
На глаза Эйли навернулись слезы — ее очень тронули добрые слова этой женщины. Чтобы не расплакаться, она поспешила в соседнюю комнату.
Когда Эйли вошла в спальню Рори, молоденькая девушка, сидевшая на стуле у кровати, тотчас вскочила на ноги.
— Здравствуйте, м-миледи… — пробормотала она и сделала книксен.
Эйли отмахнулась от подобных формальностей.
— Пожалуйста, не надо всего этого. Я вовсе не леди. То есть я, возможно, и леди, но вовсе не та, за которую ты меня приняла. Лорд Маклауд еще не проснулся?
— Нет еще, — ответила девушка, опустив глаза.
— Что ж, спасибо, что присмотрела за ним. Теперь я посижу с ним, а ты можешь идти.
Девушка еще раз присела в реверансе и поспешно вышла из комнаты. Проводив ее взглядом, Эйли села на стул, стоявший у кровати, и внимательно посмотрела на Рори. Увидев непослушную черную прядь, снова упавшую ему на лоб, она осторожно, чтобы не разбудить раненого, убрала ее. Лоб был совсем не горячий, и это означало, что жара по-прежнему нет.
Какое-то время Эйли рассматривала красавца лэрда, любуясь им. Потом, не в силах удержаться, провела пальцем по его подбородку. Он шевельнулся, и Эйли в испуге отпрянула. Но глаза Рори оставались закрытыми — к счастью, она не разбудила его. Когда же Эйли, собравшись с духом, легонько провела пальцем по его губам, он снова шевельнулся и улыбнулся во сне.
А Эйли, отдернув руку, сокрушенно покачала головой. Какая же она глупая… Ведь сейчас не время грезить о мужчине, каким бы красивым он ни был. Сейчас ей надо думать совсем о другом — о том, как вернуться домой, потому что шестнадцатое столетие не место для нее.
Через некоторое время она приподнялась и немного сдвинула одеяло, чтобы получше осмотреть рану. Увидев, что рана воспалилась и опухла, невольно вздрогнула.
«Впрочем, ничего страшного, — думала Эйли. — Воспаление и припухлость — это в порядке вещей». Снова опустившись на стул, она окинула взглядом комнату. Когда же опять повернулась к Рори Маклауду, то обнаружила, что он смотрит на нее.
Внезапно он улыбнулся и прошептал:
— Брианна…
Протянув к ней руку, Рори провел пальцами по ее щеке. Потом снова улыбнулся и закрыл глаза.
Эйли же тихонько застонала. Черт побери, она непременно должна найти этот проклятый флаг!
Глава 4
— Коннор, что это ты ходишь на цыпочках? — проворчал Рори.
Стиснув зубы, он приподнялся на кровати.
Юноша потупился и пробормотал:
— Извините, милорд, я не хотел вас тревожить.
— Тревожить? — Рори осмотрелся. — Похоже, парень, ты очень вовремя разбудил меня. А где брат? Где Фергус? Они завтракают, да?
— Нет-нет.
Коннор в смущении покачал головой. Рори же нахмурился и проговорил:
— Коннор, я не умею читать мысли, поэтому расскажи мне, что там у вас происходит.
— Дело в том, милорд, что у нас нечего есть. Со вчерашнего вечера.
— Это почему же? — удивился Рори.
— Потому что повар ушел.
— Да нет же, парень, ты, должно быть, ошибаешься, — возразил лэрд. — Наш повар не мог этого сделать.
Коннор тяжело вздохнул:
— К сожалению, это правда, милорд. Он ушел.
Рори выругался и попытался подняться с кровати, но тут же, почувствовав боль в боку, тихо застонал и замер на несколько мгновений. А лотом вспомнил о девушке, лечившей его и сидевшей с ним рядом. Вспомнил о ее нежных прикосновениях и чудесных голубых глазах, смотревших на него с тревогой; она очень походила на его жену и была такая же красивая. Настолько красивая, что…
Нет-нет, он не должен об этом думать! Как бы она ни была похожа на Брианну, никто не сможет занять место жены. Он будет верен ее памяти. Просто постель — это вполне допустимо, ведь у мужчины есть свои потребности. Но любовь — нет, никогда больше.