Миссис Перкинс. Ну, если тебе не хватает культурных впечатлений, то разве я не записалась в клуб Книги месяца?
Перкинс. О, я знаю, что коряво объясняю! Все, о чем я прошу, – не дай родиться этому ребенку, Рози. Для меня тогда все кончится. Если я выкину свои планы из головы, то сразу состарюсь. А я не хочу состариться. Не сейчас. Господи, не сейчас! Дай мне хоть несколько лет, Рози!
Миссис Шлай(бросается к дочери). Рози, золотко! Не плачь так, детка! (Оборачиваясь к Перкинсу.) Видишь, что ты наделал? Чтобы ты больше не вздумал разевать при мне свой поганый рот! Хочешь убить свою жену? Вот, например, китайцы делают аборты – так у всех у них потом рахит.
Перкинс. Мама, кто вам только такое сказал?
Миссис Шлай. То есть я не знаю, о чем говорю? Я так понимаю, что только наш великий бизнесмен может объяснять нам, что есть что?
Перкинс. Я не имел в виду… Я только имел в виду…
Миссис Перкинс(сквозь рыдание). Оставь маму в покое, Джордж.
Перкинс(в отчаяние). Но я не…
Миссис Шлай. Я поняла. Я прекрасно поняла вас, Джордж Перкинс. Старым тещам в наше время не остается ничего другого, как только заткнуться и молча ждать, когда их отправят на кладбище!
Перкинс(решительно). Мама, я хотел бы, чтобы вы перестали… (с отвагой) лезть в наши дела.
Миссис Шлай. Вот как? Вот как, значит? Я, значит, мешаю? Я тебе, значит, в тягость? Что ж, рада, что вы мне это сказали, мистер Перкинс! А я-то, бедная дуреха, живу как прислуга в этом доме и воображаю, что он мой! Вот ваша благодарность. Что ж, я здесь больше ни минуты не останусь. Ни минуты. (Убегает налево, хлопнув дверью.)
Миссис Перкинс(в ужасе). Джордж!.. Джордж, если ты не извинишься, мама от нас уедет!
Перкинс(с внезапной отчаянной храбростью). Пусть уезжает.
Миссис Перкинс(смотрит на него, не веря своим глазам). Так вот до чего дошло? Так вот что с тобой сделало твое большое повышение? Прийти домой, переругаться со всеми, выбросить на улицу старенькую маму своей жены! Если ты думаешь, что я стану терпеть…
Перкинс. Послушай меня, я терпел ее, сколько мог. Будет лучше, если она уедет. Рано или поздно этим все равно кончится.
Миссис Перкинс. Это ты послушай, Джордж Перкинс! Если ты не извинишься перед мамой, если ты не извинишься перед ней до завтрашнего утра, я не стану говорить с тобой до конца жизни!
Перкинс(с усталостью в голосе). Сколько раз я уже это слышал?
Миссис Перкинс выбегает в дверь слева и хлопает ею. Утомленный Перкинс сидит не двигаясь. Старомодные часы бьют девять. Он медленно встает, выключает свет, его тень ложится на стеклянную дверь. В комнате полумрак, рассеиваемый светом камина. Он устало склоняет голову на руки. В дверь звонят. Короткий тревожный звук как будто бы говорит, что звонок издает его, не имея на это права. Перкинс встает, с удивлением и тревогой смотрит на входную дверь, наконец, подходит и открывает ее. Прежде чем мы видим, кто пришел, он вскрикивает ошеломленно: «Господи!» (Перкинс отступает на шаг назад.) На пороге стоит Кей Гонда. На ней изысканный в своей простоте черный костюм, очень современный, аскетически строгий: черная шляпа, черные туфли, чулки и перчатки, в руках черная сумочка. Светлые, отливающие золотом волосы и бледное лицо составляют яркий контраст с ее одеждой. Глаза на этом необыкновенном лице производят необычайное впечатление. Высокая и очень стройная, она двигается медленно, ходит легко, бесшумно и производит впечатление какого-то ненастоящего, неземного существа. Скорее, похожа на привидение, чем на женщину.
Кей Гонда. Пожалуйста, не шумите. И впустите меня.
Перкинс(глупо запинаясь). Вы… вы же…
Кей Гонда. Кей Гонда (Входит и закрывает за собой дверь.)
Перкинс. П-почему…
Кей Гонда. Вы Джордж Перкинс?
Перкинс(глупо). Да, мэм. Джордж Перкинс. Джордж С. Перкинс. Только как…
Кей Гонда. У меня случилась беда. Вы об этом слышали?
Перкинс. Д-да… О господи!.. Да.
Кей Гонда. Мне нужно спрятаться. На одну ночь. Это опасно. Вы позволите мне остаться здесь?
Перкинс. Здесь?
Кей Гонда. Да. На одну ночь.
Перкинс. Но как… что… почему вы…
Кей Гонда(открывает сумочку и показывает ему письмо). Я прочитала ваше письмо. И подумала, что здесь меня никто не будет искать. И решила, что вы, наверно, захотите помочь мне.
Перкинс. Я… Мисс Гонда, извините, пожалуйста, понимаете, я как-то растерялся… ну то есть, если вы решите, что я не стою доверия… словом, если вам нужна помощь, вы можете оставаться здесь до конца жизни, мисс Гонда.
Кей Гонда(спокойно). Спасибо.
Кладет сумочку на стол, снимает шляпу и перчатки с таким невозмутимым видом, как будто она у себя дома. Перкинс не сводит с нее глаз.
Перкинс. Вы хотите сказать… Вас действительно преследуют?
Кей Гонда. Полиция. (Добавляет.) За убийство.
Перкинс. Я не дам ей до вас добраться. Если есть что-то, что я могу…
Замолкает. За дверью слева слышны приближающиеся шаги.
Голос миссис Перкинс(за сценой). Джордж!
Перкинс. Да… милая?
Миссис Перкинс. Кто там звонил в дверь?
Перкинс. Никто… никто, милая. Кто-то ошибся адресом. (Прислушивается к удаляющимся шагам, а затем шепотом говорит.) Это моя жена. Нам лучше не шуметь. Она неплохая женщина. Только… она не поймет.
Кей Гонда. Если меня найдут здесь, вам не поздоровится.
Перкинс. Это неважно. (Она неторопливо улыбается. Он беспомощно обводит рукой по комнате.) Чувствуйте себя как дома. Спать можете здесь, на кушетке, а я буду снаружи следить, чтобы никто не…
Кей Гонда. Нет. Я не хочу спать. Останьтесь. Нам с вами есть о чем поговорить.
Перкинс. О да. Конечно… а… а о чем, мисс Гонда? (Она, не отвечая, садится. Он присаживается на край стула, собирает полы халата, жалкий и смущенный. Она выжидательно смотрит на него, в ее глазах молчаливый вопрос. Он моргает, кашляет, наконец, решительным тоном объявляет.) Довольно прохладный сегодня вечер.
Кей Гонда. Да.
Перкинс. Вот вам и Калифорния… Золотой Запад. Всегда солнечно, но холодно… и очень холодно по ночам.
Кей Гонда. Дайте мне сигарету.
Он вскакивает, достает пачку сигарет, ломает три спички, и только четвертую ему удается зажечь. Она откидывается назад, держа зажженную сигарету между пальцами.
Перкинс(беспомощно мямлит). Я… такие вот я курю. Они более легкие. (Смотрит на нее несчастным взглядом. Он так много мог бы ей сказать. Ищет слова. Наконец говорит.) Вот Джо Такер – это мой друг – тот курит сигары. А я нет. Никогда.
Кей Гонда. У вас много друзей?
Перкинс. Да, конечно. Много. Жаловаться не приходится.
Кей Гонда. Они вам нравятся?
Перкинс. Да, нравятся.
Кей Гонда. А вы им? Они вас уважают и раскланиваются с вами на улице?
Перкинс. Ну… Думаю, да.
Кей Гонда. Сколько вам лет, Джордж Перкинс?
Перкинс. В июне исполнится сорок три.
Кей Гонда. Наверно, вам будет тяжело потерять работу и оказаться на улице. На темной, пустой улице, по которой ваши друзья пройдут и посмотрят сквозь вас так, будто вас нет. Тогда вам захочется закричать и рассказать о великих вещах, о которых вы знаете, но никто не услышит и не ответит вам. Правда. Это будет тяжело?
Перкинс(ошарашенный). Но почему… когда такое может случиться?
Кей Гонда(невозмутимо). Когда полиция застанет меня у вас.
Перкинс(решительным тоном). Не беспокойтесь об этом. Никто вас здесь не найдет. За себя я не боюсь. Предположим, они узнают, что я вам помог. А кто не помог бы? Кто упрекнет меня в этом? И почему?
Кей Гонда. Потому что они меня ненавидят. И они ненавидят всех, кто на моей стороне.
Перкинс. С какой стати им вас ненавидеть?
Кей Гонда(спокойно). Я убийца, Джордж Перкинс.
Перкинс. Ну, если вы спросите меня, я в это не верю. Я даже не собираюсь спрашивать вас, вы ли это сделали. Я просто в это не верю.
Кей Гонда. Если вы имеете в виду Грантона Сэйерса… нет, я не хочу говорить о Грантоне Сэйерсе. Забудьте о нем. Но я все-таки убийца. Видите, я пришла сюда и, возможно, разрушу вашу жизнь – все, что было вашей жизнью на протяжении сорока трех лет.
Перкинс(негромко). Это не так уж много, мисс Гонда.
Кей Гонда. Вы всегда ходите на мои фильмы?
Перкинс. Всегда.
Кей Гонда. И вы ощущаете счастье, когда выходите из кинотеатра?
Перкинс. Да. Конечно… Нет, думаю, нет. Смешно сказать, я никогда об этом не задумывался… Мисс Гонда, а вы не станете смеяться надо мной, если я вам кое-что расскажу?
Кей Гонда. Конечно, нет.
Перкинс. Так вот, мисс Гонда, я плачу, когда прихожу домой после вашего фильма. Запираюсь в ванной и каждый раз плачу… не знаю, почему.
Кей Гонда. Я знаю.
Перкинс. Как это?
Кей Гонда. Я сказала вам, что я – убийца. Потому что убиваю в людях очень многое. Я убиваю то, чем они живут. Но они приходят смотреть на меня, потому что я единственная, кто заставляет их понять, что они хотят убить собственные цели. Или думают, что хотят. И еще гордятся, что так думают и хотят.
Перкинс. Боюсь, я не совсем вас понимаю, мисс Гонда.
Кей Гонда. Когда-нибудь поймете.
Перкинс. Вы, правда, это сделали?
Кей Гонда. Что?
Перкинс