— Куда ведут все дороги Игры? — удивленное молчание начало растекаться над площадью. Выдержав короткую паузу, Рэн хмыкнул: — Конечно же, в Двойную Спираль. А что хочется сделать любому Игроку, вернувшемуся домой?..
Шепчущий слушал своего протеже, не столько вникая в слова, сколько наблюдая за ним самим. Речь однозначно писал не сам, чувствуется участие анир и, скорее всего, кого-то еще. Надо бы узнать, кто там у них такой обученный появился. Говорит гладко, явно готовился, при этом выглядит уверенно и достаточно расслаблено, даже позу выбрал вполне профессионально. Но все-таки его истинное отношение выдают быстрая мимика и мелкая моторика, особенно у левой руки. Видимо, была сильно повреждена, и мозг еще не поверил до конца в ее восстановление, вот контроль и ослаблен. Небольшое волнение, в принципе понятное. Подавленная неприязнь, скорее всего, ему не нравится развлекать публику — похоже, действительно, именно на его участие в открытии не рассчитывали и речь подстроена под психотип кого-то другого. Раздражение, ожидаемое для восстанавливающегося Игрока, но чистой злости нет, это хорошо, очень хорошо. Грусть?
Наг задумался. Нестандартная эмоция для того, кто вернулся из Бездны. Он был готов обнаружить ярость, гнев, особенно, если б Рэн узнал об участии Нии, признаков чего, к счастью, не видно. Но грусть? Кого он мог там потерять или кому сочувствовать? В остальном общее состояние союзника можно признать удовлетворительным. Вон, даже делами бара немного заинтересовался. И начал нормально соображать: догадался же предложить провести запрошенную встречу во время открытия «Старого Хмеля», чтобы заманить на мероприятие его лично вместо формального представителя клана и показать всем максимально наглядно, под чьим крылом находится заведение. Пусть даже ему и пришлось пораньше выбраться из своего личного дома ради этого.
Рэн, завершив речь, сделал шаг назад, освобождая место, и взмахом руки предложил высказаться партнеру. Что ж, можно и сказать пару слов, пообещав снабжать бар своими лучшими винами и, разумеется, легендарным элем.
— Я рад приветствовать всех в «Старом Хмеле», живом воплощении того, что ничто не исчезает навечно! Подлец Тайверис, нанеся свой удар, думал, что навсегда оставит Двойную Спираль без доброго алкоголя, и мы все будем давиться простой водой…
Смешки полетели над хорошо разогретой толпой, благосклонно внимающей хвалебной оде вину…
Ножницы, громко щелкая, перерезают алую ленту, словно пуповину у ребенка, отпуская таверну в новую жизнь. Наг прополз вперед в широко распахнутые двери, и, повернувшись к Рэну, стоящему чуть в стороне, спросил:
— Поговорим?
— Прошу.
Переговорный кабинет раскрыл свои двери. Наг с любопытством огляделся и сразу понял, что этой встречи ждали и к ней готовились: широкая кушетка вместо одного из кресел, на столике кружка горячего молока с едва уловимым запахом меда, приглушенный свет и тихая музыка. Рэн, приоткрыв небольшую шкатулку, достал пять бронзовых мартышек. Одна закрывала ладошками глаза, вторая уши, третья рот, четвертая удерживала над головой бронзовый купол, а пятая, выставив руки перед собой, внимательно смотрела вперед. Хозяин кабинета по очереди коснулся каждой из статуэток тонким металлическим прутом, покрытым сложной резьбой, и при прикосновении у каждой из мартышек зажглись разными цветами глаза.
— Теперь мы можем разговаривать спокойно, — Рэн сел в кресло напротив удобно устроившегося гостя и приглашающим жестом указал на блюдо с легкими закусками и вазочку с печеньем.
— Позволь сначала оценить, — попросил наг. — Разговор у нас предстоит крайне щепетильный и не предназначенный для чужих ушей.
Дождавшись утвердительного кивка, он вытащил хрустальную пластину из поясного кармана и наклонился к артефактам.
«Мощно», — понял он сразу, едва увидел исходящий от статуэток магический фон. В пределах десятка шагов, повторяя очертания комнаты, создавалось искажающее поле, полностью исключающее любые способы получения информации, закрывая даже тонкий слой от возможных духов-разведчиков или шпионов. Звуковые, световые волны гасились, а астральные связи растягивались и бесконечно замедлялись в барьере, неспособные вынести ничего за пределы защиты. Каждая из статуэток отвечала за свой аспект, а все вместе они были дорогим и крайне сложным комплексом артефактов, обеспечивающим не только сохранение информации, но и физическую защиту тех, кто под их присмотром ведет переговоры. Интересно, где и как подобное смог раздобыть Рэн? Артефакт явно старый. Неужели успел добраться до хранилищ Арсенала Акш’дхара?
— Любопытно, — убрав Зеркало Чистоты, он одобрительно кивнул и снова посмотрел на хозяина кабинета.
Поза слегка напряженная, но достаточно открытая, дыхание ровное. А вот взгляд слишком внимательный. Ожидает или желает конфликта?
— В первую очередь, хочу сказать, что я искренне рад тому, что тебе удалось вернуться и вытащить Владыку мыслей. При этом глубоко сожалею, что не смог переместить вас в Радугу миров вместе с собой и вам пришлось выбираться самим. Думаю, у тебя ко мне накопились вопросы и претензии, и отчасти они справедливы. Но произошедшее случилось не по моей воле. И не по моей вине. Это война, и трюк с изгнанием я предвидеть не смог. Все произошло настолько быстро, что я не успел ни помешать изгнанию, ни вовремя активировать амулет Водоворота миров. Клянусь, — под рукой нага возникла Книга, на которую он положил руку, — что сделал все возможное в тот момент, чтобы забрать тебя и Мистру с собой, а после того как это не удалось, предпринял все от меня зависящее, чтобы попытаться вернуть вас из Бездны.
Рэн скосил взгляд на Книгу, скептически поджал губы и неохотно кивнул.
— Может, расскажете, как вы смогли это сделать, если погрузились в долгий сон? Нииш, ваш Мастер над Словами, сказал, вы заснули сразу, как вернулись.
Легко качнув головой, змей пояснил:
— Не совсем. В первую очередь я отправился в Дом Чаш и успел выйти на контакт с Домом Похоти, вручив им амулет Водоворота миров. Они должны были передать его тебе. Но потеряли твой след возле накрытого плотоядным туманом осколка Света.
Человек молчал, нахмурив брови, а Шепчущий его не торопил. Пусть думает. Как-то еще получить информацию о том, где они с Мистрой были, наг не мог, если б не пытался их спасти в тот момент. Другое дело, что это не отменяет самого главного — все предпринятое не помогло. Но за тем он сейчас и здесь, чтобы сгладить острые углы. Слишком дорого ему обошелся рейд, чтобы позволить себе терять что-то еще.
— Вы могли не задерживать меня около Врат. Тогда бы, возможно, нам удалось уйти всем вместе, — Рэн ненадолго прикрыл глаза, явно возвращаясь мыслями в тот тяжелый момент, но его голос, хоть и был полон горечи, уже не звенел твердостью стали.
Шепчущий виновато развел руками:
— В бою всего не предусмотришь. У меня были хорошие шансы уничтожить защитника Врат, облегчив твою задачу.
Убедившись, что повисшая тишина перестала быть такой тягостной, наг вкрадчиво спросил, потянувшись за чашкой с молоком и медом:
— Как вы оттуда выбрались?
— Старые пути, — чуть подумав, ответил Рэн.
— Они еще сохранились? — удивление было столь сильным, что заставило дыхание сбиться с успокаивающего ритма. Впрочем, более яркое проявление эмоций, похоже, уже не помешает. — А где ты сумел найти обол, чтоб заплатить Лодочнику за себя и Мистру?
— У каждого из нас свои секреты, владыка. Позвольте мне сохранить свои, — голос стал суше, а сам собеседник чуть отклонился назад.
Похоже, передавил. Переход к доверительному тону стоило чуть отложить.
— Что ж, ты на это имеешь полное право, — утвердительный кивок и легкое пожатие плечами. Чуть сместить корпус, частично копируя позу человека, но сделав ее более открытой. — Я хотел бы еще кое-что уточнить: на руинах Акш’дхара с вами встретился один из моих слуг, передав на хранение весьма ценную для меня вещь, меч Тахалота, Стража внешних границ. Я хотел бы узнать, где сейчас он.
— Меча, переданного нам Саравати, больше нет, — уверенный, спокойный ответ.
Пришлось избавиться, догадался наг, понятливо кивнув. В принципе, ожидаемо. Защита не могла вечно сдерживать мощь оружия и метку Исшахара, наложенную на него. День, максимум два, а дальше… Таскать с собой нечто, способное привлечь внимание Владыки Дома Боли, находясь в Бездне, просто глупо.
— Демоны смогут до него добраться? — уточнил Шепчущий, прикидывая варианты. Меч Тахалота — грозное и крайне опасное оружие, не хотелось бы, чтобы оно вновь оказалось в руках его врагов.
— Вряд ли, — качнул головой Рэн. — Во всяком случае, со своей стороны я сделал все, чтобы этого не произошло.
Ага, оставил в том храме… Разумный выбор. Что ж, жаль, что этим оружием не удалось завладеть, но главное, оно не досталось и его врагам. Такой результат, в принципе, тоже неплох. То, что Рэн с Нией вообще оттуда выбрались, само по себе настоящее чудо, и с мечом или без, уже дело десятое. Человек ему по-прежнему нужен. Девчонка же однозначно чем-то важна Владыке Игры, а переходить дорогу богу, чьим слугой являешься, явно не самая лучшая мысль.
Правда… он рассчитывал, что все закончится несколько иначе. Без Книги снов Ния стать полноценной фатой не могла, а значит — и получить завершенную защиту разума. Нахождение в Бездне, среди бесконечных эманаций боли, отчаянья и ярости, должно было сильно ослабить восприимчивую к ним менталистку. И тогда, стоило б им выбраться, девчонка с радостью приняла его помощь в снятии легших на нее обетов. А проще всего это сделать, если переложить их на другого. Ну а разделаться с новой фатой ему бы уже ничто не помешало, как и вернуть себе регалии до того, как змеиные боги узнали бы о его проступке.
Но жизнь снова внесла коррективы в его планы. Ния не только справилась с выпавшими на ее долю испытаниями, но и крайне быстро раздобыла Книгу, судя по развязанной ею войне снов. Неужели все-таки добралась до Книги Тота? Он и упомянул-то ее лишь для того, чтобы показать, насколько безнадежной будет попытка самостоятельно вернуть себе завершающий символ власти. Как бы узнать?..