– База «Армстронг» вызывает лунный паром «Валерий Быковский».
Евгений чуть было не ответил, но прикусил язык, сообразив, что его сейчас не услышат. Маломощный бортовой лазерный передатчик, даже пробейся его сигнал через плазменный вихрь, не смог бы сфокусироваться на Луне, что уж говорить про приемные устройства «Армстронга». На взлете, когда баки полны, так не болтает, и игла лазерного луча беспрепятственно доходит до геостационара, позволяя через спутник держать связь с диспетчером.
– База «Армстронг» вызывает… Женя, слышишь? Я знаю, ты не можешь ответить, поэтому слушай внимательно. Я Аня. Аня Грекова. Для проверки сообщаю, что мы впервые увиделись в офисе суперкарго и там ты обещал пригласить меня в Лондон и говорил, что на Луне красивые девушки. Потом, в караоке, ты пел «Горизонта нет» по моему заказу, да?
Рука Евгения дрогнула, и паром ощутимо вильнул на курсе. Голос пропал, но почти сразу вернулся.
– Со мной связался профессор Петров, ты его должен знать, и я с ним работала. Он говорит, что вы с ним звездочки обмывали при присвоении тебе очередного звания пару недель назад. Он говорит… Слушай внимательно. Террористы – не террористы. Это операция спецслужб Исламской Уммы. Им нужен не ваш корабль, а ваш груз. Помнишь, при тебе договаривались о контейнере в сейфе? Там кутриттер. Тот самый, его все же нашли. Талибы затеяли все это, чтобы его захватить, а все находящиеся на борту – свидетели. В таких играх от свидетелей избавляются. Если посадишь корабль в Аравии, они убьют всех. Это «игра на понижение» в чистом виде.
Голос снова прервался, но пилот терпеливо ожидал продолжения, стараясь держать корабль максимально ровно, отчего тот приближался к верхней границе рассчитанного коридора.
– Женя, тебе нужно проскочить Ал-Субайх и сесть на Байконуре. Там наши, там встретят. Женя, мы обязательно побываем и в Лондоне, и еще где-нибудь. Ты только дотяни до Байконура, ладно? Ты сможешь, я в тебя верю. Петров говорит, что попадание кутриттера в чужие руки нельзя допустить, так как последствия…
В динамике раздался короткий треск, и голос пропал. Евгений ждал, но передача не возобновлялась. Раздался предупредительный сигнал приближения к границе рассчитанного коридора, но пилот не отреагировал. Он думал.
«Легко сказать – сесть на Байконур. От Ал-Субайха до Байконура две с половиной тысячи километров, а на шести махах это минут двадцать полета. Хотя… рабочего тела хватает, а скорость можно немного увеличить и выйти на баллистику. С Землей все равно никакой связи нет, но террорист или, точнее, диверсант в кормовом посту. Заметит он, если полет продлится дольше обычного?
Кретин, – обругал себя Евгений. – Как он заметит? На пульты кормового поста пилотажная информация не выводится, а полет он вряд ли хронометрирует!
Поколебавшись ровно секунду, он запустил расчет альтернативной точки посадки. И, когда в воздухе перед ним повисла еще одна «дорожка», сначала совпадающая с прежней, а потом все больше и больше расходящаяся, включил внутреннюю связь.
– Рубка вызывает кормовой пост. Капитан, ответьте.
– Я слушаю, – раздался в наушниках напряженный голос американки.
– Автостабилизации недостаточно, нужно увеличить мощность в ручном режиме. Вы справитесь, там все просто. Итак, во-первых, увеличиваем тепловую инерционность по крайней левой шкале до упора. Потом отключаем…
5 мая 2074 года.Универсальное время: 06 часов 30 минут.Лунная база «Армстронг». Восточный жилой блок
Советник посольства Уммат аль-му’минин и по совместительству резидент Истихбарат аль-Амма Джамал Абидин подошел к жилому блоку, в котором размещалась его каюта, и, открыв дверь, на мгновение остановился в раздумье. Несколько последних дней он провел в бурной деятельности, обеспечивая выполнение всей лунной части плана операции «Хайка». Раздобыл оружие, обеспечил его переброску сначала на «Армстронг», а затем и на борт «Быковского». Потом виртуозно исполнил свою роль в спектакле, который закончился возвращением диверсионной группы на борт парома.
Операция, по самым последним данным, вступила в завершающую фазу, паром вошел в атмосферу, и дальнейшее развитие событий к Джамалу уже никакого отношения не имеет. Потом, конечно, будет расследование, и ему придется отвечать на всякие неудобные вопросы, а параллельно еще и разъяснять официальную позицию Уммы, меморандум с разъяснением которой ожидается не далее как сегодня вечером. Но это все ему придется делать уже в качестве дипломата, а не резидента. А сейчас хорошо было бы отдохнуть перед последним усилием. Срок его пребывания на спутнике скоро истекает, а по возвращении на Землю он окажется на хорошем счету у самого Джалили. А отдыхать лучше не одному. Мммм. Диспетчер Грекова как раз та, про которую говорят: «Красота лица – в красоте характера». Жаль, что не получилось взять эту крепость с наскока. Да и вторую попытку не назовешь удачной. К сожалению, у него слишком мало времени, чтобы переходить к правильной осаде. Посетить, что ли, западный блок, где есть адреса, по которым охотно принимают одиноких мужчин? Или все же лучше в спортзал? Три года на одной шестой нормального тяготения основательно подрывают физическую форму, особенно если пренебрегать тренировками, как это делал он. На Земле быстрее удастся войти в рабочий ритм. Или плюнуть на все и наконец просто выспаться?
Выбрать он не успел, потому что планшет в боковом кармане сыграл тараб[25]. Джамал замер. Эта музыка в качестве сигнала использовалась только для одной цели – экстренной связи с находящимся на Земле руководством. Он быстро зашел в каюту, запер за собой дверь, достал планшет и, введя пароль, спустя тридцать секунд получил расшифровку:
«Используя любые средства, немедленно прервать работу лазерного передатчика космодрома базы «Армстронг». Фахд»[26].
Резидент непроизвольно схватился за голову. «Фахд» был оперативным псевдонимом самого Джалили. Спустя тридцать секунд надпись, мигнув, погасла, не оставив в памяти карманного компьютера никаких следов. Но Джамал уже вызвал на экран схему лунной базы. У него не было под рукой новомодных тактических экстраполяторов, пользуясь которыми люди скоро разучатся думать самостоятельно, лишь выбирая (хорошо, если не наугад!) один вариант из нескольких предложенных. Но вариантов действительно было несколько. Сам передатчик представлял собой массивную башню метрах в двухстах от посадочной площадки, куда садились прибывающие с Земли паромы. Обычным четырехместным луноходом ее не повалить, даже врезавшись на большой скорости. Иное дело харвестер. Есть свободные харвестеры под рукой? В ремонтном блоке наверняка найдется один или два на ходу, но это же на другом конце базового комплекса. Пока на этом тихоходном монстре объедешь все сооружения базы, пройдет слишком много времени, а в шифровке сказано «немедленно».
Таранить передатчик катером? Или просто сжечь выхлопом? Башня наверняка устоит, но прецизионной системе наводки точно придет конец. Но быстро найти пилота, способного на это, невозможно, да и управление в окрестностях базы целиком автоматическое. Компьютер просто уведет аппарат из опасной зоны.
Вывести из строя энергосистему? Отпадает, даже бытовые системы электропитания на базе дублированы, слишком многое тут зависит от надежного энергоснабжения, что уж говорить о космодроме? Заряд взрывчатки в систему накачки мог бы поправить положение, но так просто в охраняемую зону не проникнуть, тут даже дипломатический иммунитет не поможет. Остается… Что же остается?
Резидент открыл сейф и достал оттуда «Фастер». Оружие продавец отдавал только оптом, и пришлось взять всю партию. Этот оказался невостребованным. Оттянул затвор, дослал патрон и, поставив пистолет на предохранитель, сунул его за пояс, прикрыв курткой.
Если нельзя ликвидировать передатчик, надо прервать сигнал. А поскольку к линиям передачи данных тоже просто так не подобраться, надо ликвидировать источник сигнала.
От жилого блока до зоны, где располагаются службы космодрома, всего-то метров четыреста и три уровня вверх. Резидент, несясь по галереям громадными прыжками, преодолел их, наверное, минуты за две. На площадке возле лифтов было не протолкнуться, но Джамал вовремя углядел распахнутые двери воздушного шлюза и, отпихнув по дороге какого-то мужчину в синем комбинезоне эксплуатационной службы, попытавшегося преградить ему дорогу, срезал путь, сэкономив себе секунд тридцать. Часть этого времени, правда, он потерял, никак не попадая контрабандной карточкой-пропуском в щель замка, зато, когда дверь распахнулась, он оказался на площадке прямо перед дверями, ведущими в зону космодромных служб, в которой размещался диспетчерский пункт.
Вряд ли здесь уже забыли о скандале, который он устроил всего несколько часов назад, но, если ему не откроют, он намеревался просто расстрелять замок. Автоматика, заметив у него оружие и среагировав на выстрелы, разумеется, поднимет тревогу, но Джамал был уверен, что доберется до пультовой диспетчера пространства раньше, чем его смогут остановить полицейские, а там уже будет действовать по обстановке.
Стрелять, однако, не пришлось. Когда Джамал выскочил из шлюза, то заметил у дверей низкорослого мужчину, точно так же, как он, несколькими секундами раньше не попадающего карточкой в замок. Резидент стремительно пересек пустынный на этом уровне лифтовый холл и, когда дверь наконец распахнулась, втолкнул человека внутрь и заскочил туда сам.
Мужчина ошарашенно обернулся, разглядел Джамала, и лицо его перекосилось.
Лунная база «Армстронг»,Центральный диспетчерский пункт
Офис начальника диспетчерской службы находился не в закрытой зоне, а в соседнем коридоре рядом с медицинским блоком. Даниэль Халлеславенс углубился в бумажную работу и сначала даже не обратил внимания на вызов с Земли. Но потом, конечно, спохватился.