родок, кивая на каждое её слово.
— Пока её будут возвращать, я расскажу о пророчестве, увиденном главным жрецом, — железным голосом продолжала лань. — Он видел будущее, где она уничтожит древнее Древо своей проклятой силой. Если она придет к трону — не останется в нашем мире ни единой травинки, ни единого деревца. Жрец видел голые земли, голодных умирающих животных и всех нас, превратившихся в груду костей, что Рози сложила под трон. Мы не допустим этого любой ценой. Если она станет чинить препятствия — мы применим силу.
— Рози не станет королевой, — Камелия сглотнула, пытаясь держать лицо. Она уже видела и сама однажды это пророчество. — Вы уж об этом позаботитесь.
В своей комнате Камелия сидела в плетенном кресле, осторожно перебирая опавшие лепестки. Они рассыпались по её коленям, создавая на платье причудливый узор. Её мысли были где-то там, на аудиенции с послом кентавров. Когда и через десять часов им не удалось нагнать принцессу, они вернулись — злые и готовые к кровопролитию во имя Люмина. Заверив, что принцесса обманула и её, Камелия наконец прекратила все это, отправив кентавров обратно на их остров.
Её силы кончались, магия меркла, а царство Мортиса уже отправило за ней банши. Камелия сидела у камина, слушая плачь этих существ мира смерти. За ней совсем скоро придут. Но это и к лучшему, она сделала все, что должна была. Её маленькая Рози проживет долгую счастливую жизнь, окруженная любовью и заботой. На трой взойдет та, кто справится с последним заданием, но это уже не так беспокоило королеву.
— Можно? — к ней постучал гонец, осторожно вбежав, чтобы отдать письмо, туго свернутое в трубочку.
Взяв его, королева махнула гонцу уходить, блаженно касаясь теплой, словно нагретой на солнце бумаги. Трясущимися руками Камелия сняла ленточку, вчитываясь в ровные буквы, выведенные рукой Марселя: «Мы уже в империи, получили известие о после кентавров. Не знаю как вас и благодарить. Надеюсь, ещё свидимся. Рози тоже передает привет».
Это были те слова, что и хотела услышать сейчас королева. Её кора тоже трескалась, пока соленые слёзы капали на сжатые морщинистые кулаки, сминающие теплый лист.
— Живи, моя маленькая розочка, — пробормотала женщина сквозь слезы, прижимая письмо к груди. — Цвети, солнышко. Мама так сильно тебя любит. Прости, что была так строга.
Королева задыхалась от слез, сотрясаясь всем телом.
— Прощай, моя малышка. Люмин позаботится о тебе.
Глава 36
Кинжал коснулся нежной кожи шеи, оставляя тонкую полоску, постепенно набухающую кровью. И выпал из вмиг ослабевших рук, со звоном падая на тропинку. Ударившись о камень, он отлетел в траву. Азалия медленно осела на колени, обнимая ноги сестры, и заливаясь слезами. Они безостановочно катились по бледному лицу, падая на землю. Захлебываясь словами, она просила прощения у Астрид. Крепко вцепившись в ткань платья девушки, Азалия молила о прощении.
Она не смогла, не справилась. Как она посмела поднять руку на ту единственную, что роднее всего на свете? Неужели чертова королева настолько промыла ей мозги, заставляя думать о мнимом долге, что она решилась на этот проступок. Теперь, Астрид никогда не простит её, не посмотрит с обожанием. Что же она наделала?
Плач перешел в истерику, и вместо слов с губ срывались лишь бесконечные «Прости». Магия рассеялась, и Астрид рухнула на землю, придавив Азалию. Внезапно обняв сестру, фея воды вцепилась пальцами в платье, и тоже заплакала. Они сидели обнявшись, и поливали друг друга слезами.
Азалия едва касаясь, гладила лицо Астрид, размазывая соленные капли. Что же она наделала? Пусть горит Мортисовым огнем этот отбор. И королеву с собой забирает, ей самое место в его обители. Как теперь вымаливать прощение, да и как подобное простить. Азалия не знала, душа горела и стонала, погибая с каждой каплей крови, что стекала по тонкой шее Астрид. Жажда власти так затмила разум, что поглотила все остальные чувства. Недостойно это королевы, совсем недостойно. Как может грязная душа, запятнанная смертью, слиться с Древом жизни? Никак. Пусть хоть сотню раз Камелия потребует сделать это, Азалия не сможет.
Когда первые чувства немного стихли, девушки смогли поговорить. Запинаясь, и постоянно перескакивая на извинения, Азалия рассказала о задании. Она не могла простить себя, за слабость и даже саму мысль о нанесении вреда сестре. Повезло, что малышка гораздо благоразумнее, и скрепя сердцем приняла извинения феи. Однако, теперь в её общении чувствовалась прохлада, замораживающая душу Азалии.
Во дворец фея решила вернутся, просто ради того, чтобы посмотреть на ту что смогла выполнить задание. Проведя остаток дня бродя по городу, Азалия не решалась заходить никуда. Словно баньши, она скиталась вдоль домов, заглядывая в окна. Хотелось исчезнуть из этого мира, всё равно она не достойна занять место на троне. И доверие сестры подорвано на долгие годы, повезет, если та оттает к второму столетию.
Вечер постепенно золотил крыши домов, загорались огни в домишках. Азалия почти добрела до дворца, едва переставляя ноги. Отчаянно хотелось упасть в объятья Артура, и проплакать всю ночь, выплескивая накопленные чувства. Но, червячок грыз сердце феи, вдруг он не захочет её видеть? Отвергнет её, узнав, что она чуть не натворила. Какая же она дура, самая настоящая идиотка. Мечтающая изменить мир, ха, Древо жизни видит душу фей. Оно не отдаст трон в руки абы кого.
Дворец славился тишиной и спокойствием. Войдя на пустынный двор, Азалия не встретила никого. Быстро пройдя по знакомым коридорам, она направилась сразу в общую комнату. Ей не терпелось увидеть Диту и Мелоди, узнать у них подробности. Распахнув тяжелые двери, Азалия влетела в комнату утопающую в зелени. Соперницы сидели в обнимку, упорно пряча заплаканные лица. Их кинжалы лежали на столике у двери, сверкая девственной белизной. Неужели, это значит они тоже не справились? Азалия замерла на пороге, понимая, что в этот раз нет победителей.
Осторожно положив свой кинжал к остальным, девушка прошла в комнату. За ней тихо закрылась дверь, словно отсекая от дворца. Нерешительно помявшись, Азалия села на краешек ближайшего к феям кресла. Начинать разговор первой она не горела желанием, хотя и сгорала от любопытства.
— Ты… Тоже не справилась? — тихо, даже шепотом, спросила Дита. Азалия нерешительно кивнула, и та понимающе улыбнулась. — Мы провалились, но… Знаешь, так даже лучше.
— Да, отбор показал, предел нашей веры, — мрачно сказала Мелоди. Её рука сжала ладонь Диты, а красные от слез глаза блеснули непонятным огнем.
В дверь постучали, и, не дожидаясь разрешения, отворили. Вальяжной походкой вошел Басс, и надменно ухмыльнувшись, посмотрел на девушек. Их расстроенный вид, а также покрасневшие лица, видимо очень понравились принцу. Он сделал несколько шагов, приближаясь, и небрежно бросил:
— Молодцы, девушки, — развязный тон, почти разозлил Азалию. Невозможный тип, ещё и насмехается над ними. А принц, посмотрев на чистые кинжалы, продолжил: — Вы все прошли испытание.
— Но… мы же не смогли выполнить условие… — нерешительно протянула Мелоди, смотря на принца.
— Именно, — воодушевленно выпалил Басс, и улыбнулся. — Ваше задание было изначально другим, и вы с ним прекрасно справились. Сами подумайте, разве Древо Жизни примет ту, что убила собственную семью? Нет. Заодно мы проверили, насколько чисты ваши души, и желания.
— Невероятно, — потрясенно выдохнула Азалия, не веря своим ушам.
Эта семейка издевается? Как им могла прийти подобная мысль в головы. А если бы она убила Астрид… Чтобы случилось с ней потом, после позорного изгнания из отбора? Невероятно, какие же они козлы! Азалия кипела от гнева, который не могла выплеснуть. Её сила закипала внутри, заставляя бугриться землю в кадках с цветами. С трудом, она выдохнула сквозь стиснутые зубы, и попыталась успокоится. Спокойствие. Только спокойствие, и ничего более.
— Я хочу видеть королеву. Она ведь может меня принять? — выровняв дыхание, спокойно спросила Азалия.
Принц побледнел, его глаза забегали по комнате. Реакция на столь простую просьбу ошарашила Азалию, и остальных фей. Неужели, с королевой что-то случилось? Выжидательно смотря на Басса, девушка приподняла бровь. Тот нехотя, словно делал чрезмерное усилие над собой, кивнул.
Глава 37
Империя.
Такая далекая и непохожая на королевство…
Рози едва могла отвести глаза от высоких домиков, сооруженных полностью из камня. Мимо этих невероятных строений сновали ещё более невероятные жители — звер-люди. Принцесса всегда представляла их странными, почти уродливыми существами, но… о Люмин! Они были прекрасны. Каждая божья тварь выглядела так особенно, что дыхание феи перехватывало. Звер-люди улыбались ей, кивали при встрече, некоторые даже затевали недолгий разговор о её делах.
Как ей чуть позже объяснил Мар, народ это простой, любящий трудиться и приемлющий всякого, кто приходит в их земли. Даже огров они не сильно и бояться — магией все равно не наделены.
Первое впечатление у Рози было восторженным, она держала Марселя под руку, почти повиснув на нем. Мужчину забавляла такая реакция, он много смеялся, видимо, сам будучи счастлив вернуться домой. Многие с ним здоровались, Рози спрашивала его почти ревностно о каждой незнакомке, но тот с завидным упорством объяснял кто есть кто. И фею это устраивало. До момента, пока им не встретилась она. Девушка-кошка.
— О, Марсель! — она обвила руками шею дроу, полностью игнорируя почти испугавшуюся Рози. — Я так скучала и так волновалась! Шейн сказал ты жив, я… А это кто ещё?
— Знакомься, это Рози, — представил он кошке фею, — Рози, это Джульетта.
— Кем она тебе приходится? — нахмурилась принцесса, презрительно осматривая девушку перед собой. Рыжие ушки торчали из каштановой копны волос, на покрытой шерстью коже виднелись белые пятна. Навязчиво дергающийся хвост и вовсе хотелось схватить рукой, чтобы он перестал мельтешить.