– Тут тоже многие ходили амазонками, – протянул Евгений.
– Только эти с настоящими луками, – напомнил Андрей. – Еще бы знать, как отличить настоящий от игрушечного на расстоянии! Ладно. Разберемся. Двинули, ребята!
– А я? – на парня было жалко смотреть. – Со мной что?
– Самое лучшее – постарайся спрятаться. – Андрей посмотрел на парнишку без малейшего сочувствия. – Имей в виду: выбраться из леса невозможно. Там какой-то странный барьер не позволяет.
– Я с вами, – оставаться в одиночку беглецу не хотелось. Он откровенно боялся и всадников, и амазонок. Трое вооруженных мужиков вызывали ощущение надежности посреди съехавшего с катушек мира.
– С нами нельзя, – отрезал ротный. Он хотел сказать грубее, однако кое-как сдержался.
– Почему?
– Потому что не умеешь ни фига. А нам работать надо. Все. Разговор окончен.
Друзья Андрея молча двинулись за ротным. Если у кого и возник проблеск жалости, внешне это ничем не проявилось. Хуже нет, чем в решающие моменты таскать с собой заведомую обузу. Только пропадешь сам без всякого толка.
Парнишка все-таки попытался рвануть вслед за ними, однако Андрей обернулся и сделал такое лицо, словно собрался стрелять.
Его тянуло вперед, к конкретной девушке, а что будет с прочими, особо не волновало.
Точнее – совсем не волновало…
Влад осторожно выглянул из-за кустов. Палаточный лагерь выглядел пустым. На деле кто-нибудь вполне мог затаиться, спрятаться не среди палаток, так где-нибудь рядом, но ведь и в других местах можно было с тем же успехом наткнуться на убийц. Всего лишь вопрос персонального невезения. Изредка доносившиеся крики свидетельствовали, что кто-то не сумел избежать нежеланной встречи.
Бандитов не могло быть очень много. Откуда наберешь столько отморозков? Вряд ли они станут держать кого-то постоянно в одном месте. Кроме палаточного городка хватает локаций, да и народ давно разбежался по всему лесу.
Когда речь идет о жизни, мгновенно забывают о барахле.
Точно никого. Кажется…
Все-таки Влад решился. Он осторожно перебежал к ближайшей палатке, юркнул за нее и застыл, прислушиваясь. Вокруг было тихо. Вспомнились рассказы отца о звенящей тишине перед боем. Отец служил в Мазари-Шарифе, по его словам, самом спокойном месте в Афганистане, однако иногда приходилось выбираться, куда-то ехать, и там могло случиться всякое.
Ни шелеста травы, ни хруста предательского сучка под ногой. А не так далеко видны тела, которые какой-то час, скорее даже полчаса назад были живыми людьми. От одной мысли об этом становилось жутко, однако, по словам отца, самое главное – это перебороть собственный страх. Перед отцом было бы стыдно.
На самый худший случай имелся тексталевый клинок. Соприкосновения с настоящей сталью выдержать он не мог, однако Влад достаточно серьезно занимался фехтованием. Можно отбивать удары вскользь, можно уклоняться самому, зато тот же тексталь мог считаться неким подобием омоновской дубинки. Кто-то из приятелей рассказывал, как собрат-ролевик избил подобной игрушкой пару омоновцев. В принципе, подобное возможно. Эти враги, правда, не омоновцы. Но все-таки люди. И как все люди, должны испытывать боль. Значит, некий минимальный шанс на победу есть. Если не нарваться на лучника, который просто всадит стрелу с расстояния.
Но и лучники, и меченосцы, которых Владу видеть не довелось, и он знал о них лишь по рассказам, были в других местах. Парень беспрепятственно добрался до своих вещей, вытащил из них главное – весьма неплохой нож. Надо было бы пошарить у соседей, кое-кого из них уже не было в живых, однако это походило бы на воровство, и пересилить себя Влад не сумел.
Он покинул лагерь, и лишь углубившись в лес, подумал, что можно было бы поискать топорик. Лично у него топорика не имелось, однако у других были точно. Хворост для вечернего костра порубить, да и вообще… Но возвращаться – плохая примета. Прежде всего потому, что риск возрастает даже не вдвое, а непонятно во сколько раз. Везение не вечно и остается с теми, кто все делает сразу.
Вдалеке опять закричали. Помочь Влад ничем не мог, а бежать, чтобы разделить судьбу приятеля ли, незнакомца, глупо. Точно так же глупым показалось прятаться. В скорое прибытие доблестных стражей порядка Владу не верилось. Пока кто-то сумеет дозвониться, пока ему поверят, пока соберутся… Времени может пройти фатально много, а вечно среди кустов торчать не станешь. Надо уходить потихоньку, стараясь не нарваться и не привлечь внимания.
Как всем выжившим, ситуация представлялась парню абсурдной, и как все, он был поневоле втянут в нее. Теперь оставалось следовать, как называл отец, вводной. Что еще говорил крепкий пожилой мужчина, стараясь передать сыну хотя бы часть накопленной мудрости? В бою думать некогда, там приходится действовать. Что сумел освоить до автоматизма, то и придется применять. На уровне рефлексов.
Драться не хотелось, Влад надеялся, что удача будет на его стороне и удастся незаметным проскользнуть в безопасные места. Безопасным априори являлось все, что находилось за пределами полигона. Спокойная размеренная жизнь, в которой работа чередуется с радостным отдыхом в хороших компаниях и где при встрече с незнакомцем не ждешь никаких опасностей.
Скуку человек придумывает себе сам. Вот приключения на него частенько сваливаются вопреки желаниям. Об опасностях и трудностях хорошо мечтать дома. Наяву лучше их не знать.
Неподалеку послышался перестук копыт. Влад немедленно юркнул под прикрытие ближайших кустов. Конными могли быть только бандиты. Об этом говорили выжившие ребята из Порт Луена. Справиться с кавалеристом парень не надеялся. По идее, в таких случаях надо оказаться поближе, схватить за ногу и сдернуть – или, напротив, бросить по другую сторону скакуна. Нет, еще можно поднырнуть и распороть лошади живот. Больше ничего на ум Владу не пришло, а пришедшее отдавало низкопробной фантастикой. В том смысле, что пробовать подобное на практике абсолютно не хотелось.
Перестук оборвался. Всадник или всадники остановились. Фыркнула лошадь. Что они рассматривали, кого разыскивали или элементарно отдыхали от кровавых забав, Влад определить со своего места не мог. Он вообще не видел никого, все происходило в стороне и было надежно отделено от него растительностью.
Приходилось ждать. В душе тихонько шевелился подлый страх. Вдруг бандиты спешатся и направятся сюда? Если один на один, какие-то шансы на победу будут, но если их двое? Или тот самый один будет с луком?
Влад то и дело посматривал на имеющееся оружие. Слабовато и ненадежно, но это не предлог сдаваться, раз другого оружия нет.
Но вновь послышался перестук копыт, звякнуло что-то из сбруи, и всадники стали удаляться.
Пронесло! Парень на всякий случай выждал еще немного, а затем осторожно двинулся туда, где, по его прикидкам, полигон быстрее переходил в обычные земли. Хорошо оказаться не в самом центре! Хотя и за полигоном безопасность наступит не сразу. Еще требуется выйти на дорогу, удалиться по ней и только тогда перевести дух…
Прорвемся! Как говорил отец? Главное – никогда не сдаваться. Никогда.
Глава 18
– Дима! – этот плащ, этот наряд и этого парня Диана не спутала бы никогда и ни за что. Сердце счастливо вздрогнуло, а на душе сразу стало легче. Нашел! Спасена! Даже внизу живота потеплело, будто было возможно нечто большее, чем простые объятия.
Парень обернулся, застыл в ожидании. С ним был еще кто-то, и неудивительно. Когда происходит что-то плохое, даже самые большие индивидуалисты стараются сбиться в стаю.
– Дима! – девушка пробежала разделявшее их небольшое расстояние и прильнула к своему мужчине. В его объятиях она всегда чувствовала себя комфортно и безопасно. О прочих удовольствиях лучше умолчать. Пусть другие смотрят и завидуют.
– Тихо ты! – шепнул Астальдо, оглядываясь. – Хочешь, чтобы нас нашли?
Он отстранился. Руки лучше иметь свободными. Однако вокруг, вопреки его опасениям, было пока тихо, и парень решил смягчиться. Хотя бы чтобы не вызвать неуместную сейчас истерику.
– Рад, что ты жива, зайка. Этим отморозкам все равно, кого мочить.
Девушке было приятно. Заботится, переживает, значит… И зайкой назвал. Это от ее фамилии – Зайцевская.
Остальные ждали, проявляя откровенное нетерпение. Нежности казались телячьими, и главное – несвоевременными. Выбираться надо, а кто с кем и чем займется потом, это уже абсолютно неважно.
– Пошли, – хороший лидер – это человек, умеющий первым выразить всеобщее желание и на пути к нему возглавить коллектив. Наверно, поэтому Дмитрия считали главным в компаниях.
На правах его женщины Диана попыталась пойти рядом, даже взять его под руку, однако парень чуть отстранился. Слабые в коллективе сейчас не нужны, а идти вместе, с его точки зрения, прежде всего неудобно. Это в одном из городских парков в спокойные времена приятно пройтись по дорожке в обнимку с красивой женщиной. В опасном лесу лучше иметь рядом крепких ребят. В идеальном случае – вооруженных. А девушки, даже самые красивые и самые боевые, вдруг превращаются в обузу. Есть случаи, когда представительниц слабого пола рядом лучше вообще не иметь.
В стороне среди деревьев мелькнули несколько человек в костюмах ролевиков. Окликать их не стали. По общему невысказанному мнению большая компания сейчас не требовалась. Одному в подобной ситуации страшно, однако множеству людей труднее остаться незамеченными. Предпочтительнее некий компромисс.
– Я рада, что ты меня нашел, – глаза Дианы словно излучали свет. – Мой самый лучший…
– Тихо ты! – вновь оборвал лирику Дмитрий. – В лесу звуки разносятся далеко. Слышишь?
Где-то вновь послышался девичий визг. И, как не раз уже бывало сегодня, резко оборвался. Еще кому-то не повезло.
Судьба неудачников никого не волновала, однако служила напоминанием, что может ждать каждого из компании, если фортуна отвернется и от них. Лес вдруг словно стал бесконечным. Сколько ни иди, все равно не выберешься. Хоть в леших верь, водящих людей по кругу!