В голове у Озерова вообще творилось непонятное. Страх порождал сумбур в мыслях, и парень лишь частично пребывал в реальности, другая же его часть словно оказалась в мире всяких страшных историй и книжных ужасов. За каждым деревом мерещился то зомби, то вурдалак, то какой-то вообще невероятный монстр из фэнтези. И это уже не говоря про ведьм, охотником на которых объявил себя Озеров в начале игры.
Кругом враги, и некуда деваться.
В конце концов силы окончательно оставили парня. Они же не беспредельны, даже у молодых и как бы здоровых. Ноги перестали держать. Пришлось прислониться к дереву, опуститься рядом с ним на траву и тупо ждать своей участи. Если все равно умирать, какой смысл суетиться и пытаться сбежать от неизбежного? Было бы куда! Лес оказался заколдованным, не имеющим ни конца, ни края. Вроде бы целую вечность Озеров то бежал, то брел, но вокруг по-прежнему оставались те же деревья и кусты.
Перед глазами все плыло. Потом в поле зрения вдруг появился силуэт какой-то ведьмы на лошади. Куда-то пропал врожденный дальтонизм, и на общем сером фоне волосы наездницы полыхнули рыжиной. А раз волосы у девушки рыжие, кем же еще она могла быть?
Парень с трудом поднял игрушечный пистолет, надавил пальцем спусковую скобу, которую по незнанию именовал курком, и слабо щелкнул ненастоящий выстрел. Наверное, промахнулся. Во всяком случае, ведьма не упала, а неторопливо соскочила с коня и направилась к нему.
– Сгинь, а? – вяло промолвил Озеров.
Не сгинула. Сверкнул клинок, и конец лезвия полоснул парня по горлу. Озеров захрипел, забулькал, а затем на него опустилась тьма.
Амазонка вытерла испачканный меч о костюм убитого, вложила оружие в ножны и вернулась к скакуну.
Еще один. Дополнительные баллы в игре. С учетом того, что сама девушка еще не потеряла ни одной жизни, можно считать, что по баллам она пока побеждала всех прочих участников игры.
Здорово!
– Сейчас выйдем на поляну и посмотрим, – Володя, по общему согласию мужчин, вел сборную команду туда, где Андрей уложил двух всадников. Надо же выяснить, делись ли куда тела, воскресли или так и продолжают валяться под облачным небом!
Да и нет особой разницы, с какого места начинать поиски уцелевших. Ведь парни и девушки разбежались по всей территории полигона. В условных городах никого быть не должно, чащоба укрывает лучше палаток. Разве что кто-то мог рискнуть пробраться туда в поисках еды. Все началось перед обедом, люди должны давно ощутить голод, тот самый, который не тетка и порою подвигает отдельных представителей человечества и на преступление, и на подобие подвига. Но все это на считаные минуты. Нашел, схватил и побыстрее убрался с добычей подальше, пока добычей, только иной, не стал сам. Хотя и в лесу подловить кого-то тяжеловато. Народ пуганый, старается или убежать, или спрятаться, и к любому встречному наверняка отнесется с подозрением.
Крики давно стихли. Время массового злодейства закончилось. Ролевики рассеялись, вряд ли на полигоне существовали большие группы, а нападавшие понесли потери. Пусть даже убийцы этакими материальными призраками являлись вновь и число зловещих загадок возросло, но не могли же они поспеть везде и всюду! С какой точки зрения ни подходи, подобное воскрешение требовало некоторого времени. Следовательно, каждое выведение противника из строя давало людям дополнительные шансы на выживание.
Прочесать и зачистить большой полигон небольшими силами – дело достаточно сложное. Тем более, если учитывать непрерывные взаимные перемещения. И чем меньше народа остается в игре, тем больше усложняется задача. В первую очередь для тех, кто зачищает. Для тех, кто прячется, главное остается неизменным и во многом зависит от судьбы и удачи. Это в бою еще важны присутствие духа и мастерство. Мастерство у некоторых какое-то имелось, но духа не было точно.
Вместо криков теперь изредка гремели выстрелы. Не в каком-то одном месте, а перемещаясь довольно быстро, с явно не пешеходной скоростью. Или же стрелков было много. Ну, пусть относительно много, и они двигались отдельными группами на широком фронте. Только вопрос: в кого они стреляли? Все-таки бандитов было не так уж много, даже с учетом их воскрешения.
– Это не спецура, – тихо, только своим и Володе сказал Андрей.
– Так думаешь? – Женя был серьезен. Он привык доверять командиру, но сейчас очень хотелось, чтобы непогрешимый ротный ошибся в оценке ситуации.
– Пожалуй, ты прав, – в противовес бывшему бойцу согласился Володя. – Не в кого им так стрелять. Не детвору же нашу зачищают. Хотя если на всякий случай… Все равно – нет. Потом такие разборки грянут!
Мужчины понимающе переглянулись. Наличие у противника огнестрельного оружия резко меняло весь расклад. Тут уже никакие трофейные клинки помочь не могли. Собственно, всю молодежь не стоило принимать в расчет. Никаких навыков боя у игроков не имелось. Но и у ветеранов оставалось мало боеприпасов. Если у бандитов несколько групп, то рано ли, поздно патроны закончатся. И рано – гораздо скорее.
– Отправлять молодежь надо. Мы-то ладно, – Андрей привычно закурил. Во рту от сигарет было погано, только что делать? Вдруг последняя?
– Надо, – на сей раз сразу согласился Володя. – Только до поляны уже рукой подать. Взглянем разок…
– Слушай, Зайцевская, – по фамилии обратилась Кристина к подруге, – этот твой знакомый кто?
– Ветеран, офицер, – рассеянно отозвалась Диана.
– Он в тебя случайно не влюблен? – Кристина улыбнулась едва ли не в первый раз после нападения на поляне.
– Да ну его! Он же старик! Мне в отцы годится, – Диана вновь вспомнила Дмитрия. Вот это настоящий мужчина, с которым по крайней мере не скучно. И подруги завидуют, что Астальдо бросил свою предыдущую ради нового бурного романа. Забылось все. Месяца два Диана ни разу не ужинала дома. А иногда парочка целыми днями не вылезала из постели. А какой он красавец! И богатый к тому же. Тачка такая крутая. С таким мужчиной можно прожить всю жизнь. А тут непонятно кто. Да разве можно их сравнивать?!
– Положим, в отцы не в отцы, а мужчина хоть куда, – лукаво улыбнулась подруга. – Надежный. Как он на помощь прибежал! И ведь сумел найти! Офицер.
В последнем слове не было ни капли издевки. Понятно, в их компании принято иногда издеваться над военными. Дурацкая профессия, и идут туда одни дураки. Только, оказывается, и от военных бывает немалая польза. И ничего он не старый. Не толстый, довольно подтянутый, особенно по сравнению со своими товарищами. В чем-то весьма интересный.
– Нашел, – вынуждена была согласиться Диана. Вспомнилось поведение Димы, а тут еще подруга безжалостно выдохнула:
– Твой-то первым убежал! И тебя бросил.
– А что ему оставалось делать? С дюралевым клинком против настоящих! Если бы у него было оружие, он бы всем показал! Вот…
Почему-то Кристина усомнилась в этом. Однако возражать не стала. Остальная молодежь сбилась стайкой, и любые слова были бы услышаны теми, кому они не предназначались. Не обсуждать же публично мужиков и их достоинства!
Поляна действительно была рядом. Высовываться с ходу на нее не стали. Мужчины быстро вспомнили старые навыки, остальные пока следовали их примеру. Одно из простейших правил: по возможности как можно меньше находиться на открытых местах. Тем более сейчас, когда вдалеке временами кто-то постреливает.
Трупы лежали там, где упали. И всадников, и двух неосторожно подставившихся ребят. Никто не исчезал, чтобы затем воскреснуть. Нет, покойники вели себя весьма прилично, как, впрочем, и полагается покойникам. И лучники, две девушки и мужчина, тоже тихо лежали неподалеку. Те самые, которых убили бывшие армейцы. Двух мнений тут быть не могло. Лица лучников еще свежи в памяти. Как в память впечаталось воспоминание о том, что за одежда была на них и какое имелось оружие. Другими показались разве что раны, но и убивали налетчиков разными способами.
– Ну и? – спросил Володя.
– Мать твою! – выдохнул Евгений.
Он до последнего не верил в зловещие чудеса. Только против фактов не попрешь.
– Да… – протянул Андрей. – Какие варианты случившегося?
Вариантов ни у кого не было, если же были, то настолько фантастические, что ничего не объясняли, а лишь запутывали еще больше.
– Дурдом на выезде, – подвел итог Андрей. И добавил: – Страшненький дурдом.
Однако лицо его оставалось спокойным, при взгляде на Диану глаза мужчины начинали светиться, и чувствовалось: для него ничего особо страшного не произошло. Непонятное – да. Но мало ли непонятного в жизни?
– Ротный, ты не прав, – возразил Юра. – Это еще не дурдом. Туда мы обязательно попадем, как только расскажем полиции или журналистам, чему были свидетелями. Вот тогда точно упрячут на неопределенный срок.
Но кое-кто в здешнем лесу сейчас согласился бы и на дурдом. Там тепло, кормят, заботятся, а главное – ничего не угрожает твоей жизни.
Что еще надо для счастья?..
Глава 28
Борис вздрагивал от каждого выстрела. Он не имел перед тем дела с лучниками или меченосцами и поэтому перехода террористов на новое оружие не заметил. Вернее, как бы не имел. Случившееся в самом начале успело выветриться из памяти, оберегая психику от слома. Ведь если не помнишь, то этого как бы и не было. Да, в толпе поговаривали о неких бандитах, орудовавших клинками, но ведь, по слухам, чеченцы тоже резали головы попавшим в плен солдатам. Так и тут, наверное, неведомая банда забавлялась в своем ключе, желая не просто убить, но и порубить на куски застрявшую в лесу молодежь. Всех рубить долго, любая рука устанет, потому для ускорения процесса многих просто постреляли и постреляют еще.
Пока ему везло. И обязательно необходимо сплюнуть через левое плечо, хотя почему через левое, Борис понятия не имел. Он ничего не знал об ангеле-хранителе и об искусителе, которые якобы постоянно и незримо находятся рядом с каждым человеком. Есть ли они? Если есть, почему хранители сегодня отвернулись от подопечных, а искусители перестали нашептывать различные непристойности?