Пришлось соскрести всю волю в кулак, чтобы просто толкнуть дверь. Понятия не имею, зачем пришла сюда сегодня, ведь не собиралась же… однако когда извозчик уточнял направление, без запинки назвала адрес магазина. И теперь топталась уже с четверть часа у входа, не решаясь переступить порог.
Черт знает что такое творится!
Разозлившись на себя, я прикусила губу и решительно шагнула в полумрак торгового зала.
Сегодня внутри царила тишина, пахло пылью, и на том же месте, где я ее вчера оставила, дожидалась свою создательницу незаконченная кукла.
Ничего необычного не было.
Я выдохнула.
Но уйти так сразу не получилось, даже мысленное напоминание о запланированном вечере с женихом не подстегнуло. Одно за другое цеплялись какие-то мелкие дела: сначала возникла потребность закончить вчерашнюю работу — терпеть не могу оставлять недоделанные изделия, почему-то всегда возникает ощущение, будто я их предаю. Когда с куклой разобралась, взгляд зацепился за тонкий слой пыли на полках, и мне это не понравилось. Пришлось потратить еще час на уборку.
Зато нашлось время разобраться в себе. Давно заметила, когда руки заняты механической работой, думается гораздо легче. Вот и сейчас, пока орудовала влажной тряпкой, мысли упорхнули далеко. Сначала к сплошной проблеме, в которую превратилось мое доселе относительно спокойное существование, но тут все было уже по десятому кругу обдумано и передумано, и без толку, а потому отпущенный на свободу разум больше занимал иной вопрос. А именно моих взаимоотношений.
Вечером меня ждет романтический ужин с женихом, но домой я как-то не стремлюсь. То есть хочу, конечно, но при этом вижу более важные дела. Это нормально вообще? У меня отношения разваливаются, а я тут пыль протираю?! Подумала, рассмотрела эту мысль и так, и эдак и пришла к выводу, что вполне нормально. Не разводить же в магазине грязь. Иначе через неделю сюда вообще не зайдешь.
К тому же над отношениями должны работать двое, а я что-то взаимных шагов навстречу от Гиля в последнее время не наблюдаю.
Да и нужно ли оно ему? А мне? Нам обоим?
Не без удивления я заметила, что получить заветное колечко и новую фамилию хочется уже значительно меньше.
С другой стороны — Дегейр. Тот разговор принес отчужденность и какой-то холодок в наше приятельство. Однако не могу не признать, внимание такого мужчины мне льстило. Сильный, видный, даже Лика на него пару раз облизнулась, в начале знакомства, когда они еще не успели продемонстрировать друг другу характеры так явно и понять, что этим характерам даже в одном городе тесно, не то что в одном помещении. Приятно, что внимание такого экземпляра задержалось на мне. Хотя… мужчинам свойственно хотеть то, что недоступно. Как и людям вообще.
Нужно ли оно мне — вот главный вопрос. И над ответом долго думать не пришлось.
Нет.
Совершенно, абсолютно, непоколебимо.
Та симпатия, которую я испытывала к красавчику следователю, предмету воздыханий половины женщин Эмшира, носила исключительно дружеский характер.
Осознала это, и на душе стало легко и свободно. Хотя бы тут нет проблемы.
Покончив с уборкой, я уже собралась уходить, но тут зазвонил телефон. Я нехотя сняла трубку:
— «Кукольный дом».
Первым слух уловил тяжелое дыхание.
— Ксилена Гарав, я полагаю. — Голос звучал глухо и сипло, будто через плотный шарф.
Единственное, что сумела понять, так это то, что со мной говорит мужчина.
Опять из управления, что ли?
— Слушаю вас, — повторила обреченно.
— Правильно делаешь, — прохрипели с той стороны. Так старательно, что в мою голову закрались нехорошие подозрения — а не специально ли этот кто-то искажает голос?
— Что вам нужно? — немного нервно осведомилась я. — Если не прекратите кривляться, я заканчиваю разговор.
Зябко что-то стало… И вообще предчувствие у меня нехорошее.
— Из-за тебя кое-кто оказался в вынужденной изоляции. — Неизвестный послушно заговорил по делу, но легче мне от этого почему-то не стало.
Речь, конечно, о Сано Аржисе. Кто бы сомневался.
— Можете не беспокоиться, его уже отпустили, — буркнула я и собралась повесить трубку, но… почему-то не сделала этого.
— Главное, что в Эмшире его нет, — прозвучало с той стороны. — Но у него припрятано кое-что, нужное мне.
Угу. Вот всю жизнь мечтала об этом узнать.
— Меня в ваши делишки не впутывайте, — довольно грубо бросила я.
И опять собралась завершить разговор.
И снова мне что-то помешало.
Вернее, не абстрактное «что-то», а вполне конкретные и оттого особенно пугающие слова таинственного собеседника:
— Поздно, красавица, ты уже влезла в это по самые ушки. — Кажется, на той стороне пытались смеяться. — И теперь, если хочешь увидеть своего женишка живым, пойдешь в дом Аржиса и достанешь то, что я скажу.
Пол будто покачнулся и ушел из-под ног. Колени ослабли, чудо еще, что я не рухнула мимо стула.
— Вы с ума сошли?! — взвыла я. — Только попробуйте тронуть Гиля! Я сейчас же сообщу об угрозах следователям!
— Деточка, ты даже не знаешь, кто я. — Надо мной откровенно потешались.
Пожалуй, это проблема… Но есть же способы!
— Звонок отследят магически! — Меня била крупная дрожь.
— И что? Твоему мертвому жениху это как-то поможет? — хмыкнули на том конце провода.
Свободной рукой я обняла себя за плечи. Было так холодно, будто жаркое лето вдруг сменила зима.
А еще страшно. За Гиля. Очень. Я тут пытаюсь спасти отношения, но может статься, что спасать будет нечего. И не с кем. Нет, я так не согласна!
— Пожалуйста, не трогайте его, — прошептала в трубку, сама не своя от ужаса.
Несколько мгновений и прорву сил потратила, борясь с подступившими слезами. Потом вспомнила, что видеть меня собеседник никак не может, и позволила двум теплым капелькам скатиться на щеки.
— Как раз это будет зависеть от тебя. — Искаженный голос зазвучал серьезнее. — Когда стемнеет, пойдешь в контору Аржиса. В его кабинете, за верхним правым ящиком стола спрятан ключ. Пока все понятно?
Меня окутало чувство полной нереальности происходящего. Будто я попала в нелепый сон и никак не могу из него вырваться.
— Мне нужно взять ключ, — прошептали губы, словно в отдельности от остальной меня.
— Умница, — одобрил неизвестный шантажист. — Потом с этим ключом пойдешь на погост, сдвинешь старое надгробие Оаморы Кель, откроешь тайник и заберешь содержимое. Завтра я с тобой свяжусь и скажу, как мне это передать.
Кошмар наяву. А я-то, наивная, еще недавно полагала, что хуже уже быть не может!
— Стойте, а как же Гиль?!
Но в ухо уже неслись противные гудки.
Настенные часы громким тиканьем отмеряли улетающие мгновения, но я на них не смотрела. Просто сидела, уставившись в одну точку, и надеялась, что это безумие действительно окажется всего-навсего сном. Глупым, кошмарным, дурацким сном!
Только когда за окном стемнело, встрепенулась.
Само ничего не решится. Придется все-таки пойти туда.
Не в пример большинству нормальных людей отправиться впотьмах на кладбище я не боялась. Опыт имелся. Испуганные, недавно образовавшиеся тени иногда прятались в таких местах, что приходилось их искать. Или ловить улепетывающих. А потом долго ходить кругами и убеждать, что хочу помочь. В общем, в самой вылазке ничего необычного не было.
Погребальная контора пугала куда больше. И работники. Аржис нанял работников. Или привез с собой, не суть.
А еще были подозрительные типы, иногда ночами околачивающиеся возле конторы… Сама я не видела, но люди говорили.
От магазина до нужного места было недалеко, но пока шла, как раз успела разложить все по полочкам.
Страшно мне все-таки было. В основном за Гиля, но и за себя немного. Необходимость посетить погребальную контору не радовала. И как я войду в кабинет, который занимал хозяин? Также не внушала энтузиазма и возможная встреча с местными работниками. Кстати, однажды я уже имела удовольствие столкнуться с ними. Я тогда ловила особо упрямую тень. Дело было на рассвете, и гробовщики как раз копали яму.
И ведь я им почти не помешала! Подумаешь, свалилась вниз… Свое же платье испортила и бровь об лопату рассекла. Так они меня так обругали… повезло еще, что я половины оборотов вообще не поняла. Большей. Потом, правда, изволили вытащить, посветили фонарем в лицо и узнали, даже про цель визита все поняли. Но отношения это не изменило. Меня обругали еще раз, правда, уже исключительно приличными словами, пустили в подсобку умыться, но после этого запретили появляться на их территории в неурочное для посещений время. Под угрозой жалобы в управление.
Создавать проблемы ни себе, ни Дегейру с Викторией я не хотела, поэтому честно придерживалась правил. До сегодняшнего дня.
Эмширское кладбище начиналось в пяти кварталах от «Кукольного дома» и широким прямоугольником тянулось до самых городских окраин, а в последние годы разрослось и дальше. Ограждения не было. С одной стороны им служил старый сквер, с противоположной — дом Аржиса и несколько пустующих соседних. А вот вокруг погребальной конторы забор был, и замок на воротах висел внушительный, но еще по тому разу, когда ходила умываться, я помнила, что если идти с погоста, там есть калитка, и вот как раз ее не запирают.
Вероятность натолкнуться на кого-нибудь и увеличить число своих проблем была высока, но разве у меня есть выбор?
Почему загадочный незнакомец сам не пришел сюда и не забрал то, что ему нужно? Зачем было впутывать в это дело меня?
А если Сано Аржис все же вернулся в город?
Не стоит об этом думать, и так поджилки трясутся…
Фонарей в этой части города было мало, и между сквером и погостом разница особенно не ощущалась. Понять, что один сменился другим, можно было разве что по низким надгробным камням, и то лишь когда луна выглянет из-за облаков.
Ее бледный серебристый луч как раз осветил ежевичный куст и поросшую мхом статую рядом. На последней было выгравировано имя и даты.