Прочих драгоценностей там уже не было. План с поимкой убийцы себя не оправдал, никто не явился за сокровищами, и Сано их унес, чтобы передать доверенному человеку шефа. А кулоны оставил. Что с ними делать, он не сказал, обмолвился только, что по сравнению со всем остальным ценности они не представляют.
Вот ведь странность, еще недавно я жаждала оставить все это себе, а теперь… вовсе не надеялась на возвращение причитающейся мне части. Все равно. Хотят — пусть забирают.
А еще в груди холодком поселилось ощущение, будто что-то пошло не так…
Стук в дверь заставил меня вздрогнуть.
Только через секунду до разума дошло, что призраки не стучат, их дверью не остановишь. Я выдохнула. Круглый светло-синий камень блеснул и будто бы затих, нашел удобное место и сделался совершенно неприметным. Хотя это, конечно, всего-навсего игра моего воспаленного воображения. Просто кулон гармонировал с платьем цвета индиго, украшенным черным кружевом на талии, и сапфирами в серьгах.
Дверь открылась, звякнул колокольчик.
Я инстинктивно отступила и уперлась спиной в полки, заставленные симпатичными безделушками.
О, это всего лишь посыльный…
— Леди Ксилена Гарав? — взгляд мальчишки остановился на мне.
— Да.
Я уже видела, что он принес цветы. Роскошный букет белых орхидей.
— Вам доставка. Распишитесь, пожалуйста. — Он положил на прилавок бланк.
Выводя закорючку в указанном месте, я позволила себе закономерное любопытство:
— И от кого такая красота?
— Там есть карточка, — дружелюбно улыбнулся парнишка.
Глядя, как он уходит, я думала о том, как полезно, оказывается, без приглашения являться на праздники: шороху навели, веселье подпортили, пищу для разговоров дали, собственные дела поправили… репутацию еще больше подпортили, но это уже нюансы! Незначительные.
Стоило посыльному скрыться, я нащупала среди листьев и украшений небольшой, сложенный вдвое листок.
Честно сказать, претендент на роль дарителя был всего один…
Тем сильнее я удивилась, когда, развернув послание, увидела знакомый почерк.
Прости. Я не хотел, чтобы из-за меня у тебя были проблемы.
Цветы сразу же перестали казаться такими уж восхитительными.
Я отложила записку, нашла вазу, набрала воды и поставила букет. На все про все ушло несколько минут, но даже этого времени не хватило, чтобы определиться с отношением к ситуации. Допустим, с Ликой сразу было все ясно. И с бывшим женихом тоже, до недавнего момента. Мы давно охладели друг к другу, да и мне становилось все труднее жить под гнетом правил его сестры. Расставание было вопросом времени. Но мы могли остаться друзьями! Если бы Гиль не показал себя инфантильным болванчиком, послушно двигающимся под дудку деспотичной сестры, и вступился за меня. И не спутался с полузнакомой девицей лишь для того, чтобы более выигрышно выглядеть в глазах общества. Я-то думала, между нами и вправду что-то было, а так получается, что меня Лика ему тоже навязала.
Ну и к чему цветы?
Долго всматривалась в букет, но ответа так и не нашла. Зато окончательно убедилась, что чувств к бывшему жениху не осталось. Даже приятные воспоминания померкли.
Непонимание как раз сменилось тенью досады от того, что знак внимания не от Сано, когда дверь магазина опять распахнулась.
Прозвенел колокольчик.
Я ойкнула, не сдержав изумленного возгласа.
— Здравствуйте. Госпожа Ксилена Гарав? — На пороге опять стоял посыльный, только униформа была другого цвета и букета я не заметила.
— Да, это я, — подтвердила очевидное.
За последнее время газеты напечатали столько моих фото, что скрывать свою личность бессмысленно.
— Вам доставка. Распишитесь, пожалуйста, в получении.
На прилавок лег бланк, точь-в-точь такой же, как я сегодня уже видела. А рядом с ним — обтянутая красным бархатом коробочка.
Настроение стремительно поползло вверх. А внимания ко мне сегодня с избытком!
Я быстро поставила подпись и, прежде чем взять подарок, бдительно уточнила:
— Отправитель назвался?
— Да. — И, видимо, не просил хранить его личность в секрете, раз парнишка ответил. — Там в бланке написано. Это был мужчина, который мелькает рядом с вами в газетах. Я сам видел. Запоминающийся тип.
Ага. Такого точно не забудешь и ни с кем не перепутаешь.
Улыбку прятать не стала, еще и дала мальчишке пару монет в качестве чаевых.
А как только он ушел, дрожащими пальцами открыла коробочку. И меня омыла новая волна восторга!
Кольцо.
Это следует воспринимать как ухаживания? По-другому не получается.
Вытянув руку вперед, я поднесла подарок к свету. Интересная вещица. Золото чуть темнее и тусклее, чем на новых побрякушках. Это более ценное. Сразу видно, оно хранит в себе память времени. И круглый красный камень загадочно мерцает.
Красивая вещь. Взгляд сразу цепляет.
Кто-то решил компенсировать мне потерю драгоценностей? Я сильно не страдаю, но все равно приятно.
Посыльного расспрашивала я зря, внутри коробочки вместе с кольцом нашлась короткая записка:
Прислали из столицы. Камень вернет тебе то, что ты потеряла. Надень и не снимай дня три.
Так и почувствовала, как поникли крылышки. Ну вот… и никакой романтики. А я уже размечталась, дурында! Не в силах справиться с захлестнувшей досадой, я надела кольцо на палец.
С дальнейшими действиями реальность определилась за меня.
Послышался звон разбиваемого стекла… и в каком-то сантиметре от моего носа просвистел камень. Я вскрикнула и отпрянула, уронив телефон с прилавка. Громоздкий аппарат, падая, зацепил статуэтку на одной из полок, и та повлекла за собой еще несколько предметов.
Естественно, все разбилось.
Чуть не разрыдалась с досады!
И то исключительно потому, что к магазину уже бежали Ланшер и некстати оказавшийся поблизости владелец здания. Нужно было сохранять достоинство.
— Вот хулиганье! — пропыхтел Квитан, вкатываясь внутрь. — Леди Ксилена, вы не пострадали?
Дышать стало чуточку легче. Я обозрела валяющийся у стены камень, разбитую витрину и сломанный телефон, после чего все-таки покачала головой:
— Нет. Вы видели, что произошло?
— Да мальчишки какие-то! — в сердцах выдохнул мой помощник. — Всыпать бы им!
Выходит, в городе меня все-таки недолюбливают. Глупо было ожидать иного.
— Не волнуйтесь, господин Квитан, витрину я заменю. — Я достала из подсобки метлу и принялась сгребать осколки, но руки дрожали, и не прошло и минуты, как метла выскользнула из пальцев и тоже очутилась на полу.
Прошипев сквозь зубы ругательство, я потянулась за ней… но Ланшер успел первый.
— Как раз в этом нисколько не сомневаюсь, — улыбнулся домовладелец. — Вы очень ответственный съемщик, леди Ксилена.
— Спасибо, — прошептала, борясь с подступающими слезами.
— Милочка, да на вас лица нет! — всплеснул руками пожилой мужчина. — И руки трясутся. Испугались? Не трогайте здесь ничего, еще поранитесь! А лучше пойдемте со мной, я живу здесь недалеко. Угощу вас обедом, с дочерью познакомлю. Заодно успокоитесь.
— А я тут пока приберусь и найду в справочнике, куда обращаться за ремонтом витрины, — вызвался Ланшер. — Тем более что поесть я все равно не принес. Увидел, что тут творится, и побежал вам на выручку.
— Ну… — Я все еще сомневалась. — А это удобно?
Одутловатое лицо Квитана озарила дружелюбная улыбка.
— Вполне. Я ведь обещал Сано приглядывать за вами, — напомнил он. — К тому же моя Тереса болеет сильно и вот уже который год никуда не выходит. Она только обрадуется гостье, совсем зачахла от тоски, бедняжка.
Отступать он не собирался, а у меня не осталось сил спорить. В конце концов, Сано не приставил бы ко мне дурного человека. Напомнила себе об этом, и сомнения улеглись. Я согласно кивнула.
Но по дороге настояла на том, чтобы забежать в кондитерскую и купить пирожных. Все же в гости с пустыми руками идти как-то неприлично.
Жил мой соглядатай действительно недалеко, всего лишь через улицу. Там он тоже владел целым зданием. И пока мы преодолевали это небольшое расстояние, болтал без умолку, отвлекая меня от испуга. В основном рассказывал о себе. Видимо, ему тоже недоставало собеседника.
— Я ведь один дочку воспитывал, жена всего неделю после родов прожила, — поведал Квитан. — Зараза какая-то приключилась, и вся их хваленая медицина не помогла.
— Сочувствую, — вежливо пробормотала я.
Признаться честно, не люблю, когда малознакомые люди вдруг начинают выворачивать душу. Всегда в такие моменты чувствую себя крайне неловко. Будто притаилась под окном и бесстыдно подглядываю за чужой жизнью.
Сердце сразу же откликнулось сочувствием к домовладельцу, но от ощущения неловкости отделаться никак не удавалось.
— Азарию свою я любил, заменить ее так никем и не смог, — продолжал тем временем мужчина. — Да и кому нужен жених с ребенком на руках, пусть даже и обеспеченный? И времени на романы как-то не было. Дела, дочка… А как она заболела, совсем худо стало.
— Судя по всему, вы прекрасный отец. — Я смущенно переместила из руки в руку коробку с пирожными.
— Тереса у меня замечательная, — не без гордости сообщил друг Сано. — Почти не встает, а все равно держится. Доктора на ней еще два года назад крест поставили, но я мага нашел, прорву денег ему отдал, и до сих пор жива моя девочка.
Может, и правильно, что он меня предупредил. Так я примерно знаю, что ждет меня в гостях, не обижу бедняжку бестактным вопросом и сама не попаду в неловкое положение.
Мы как раз подошли к нужному дому. Это здание было раза в три больше того, где жила и работала я. Первый этаж занимали магазины, второй и третий — квартиры. В парадном за аккуратным столиком сидела пожилая консьержка. Рядом с ее стулом стояла кадка с фикусом.
— У нас новые жильцы, господин Квитан? — вскинулась она при нашем появлении.