— Вы давали ей ключи? — спросил у Насти Кирилл.
— Ха! Конечно же, нет! До этого я еще не дошла! Она убирала только в моем присутствии. И такая же тихая, ласковая, услужливая… Да! — спохватилась Настя. — Но она ведь ничего не украла!
— Ах, откуда ты знаешь! — раздраженно возразила Марина. — У Дениса столько вещей!..
Стрекот домофона возвестил, что прибыла оперативная группа.
Первым в дверях показался недовольно усталый Леонид.
— Ну, что тут у тебя? — поздоровавшись, сразу обратился он к Кириллу.
— Есть подозрение, что это сделала девушка, которая приходила сюда убирать под присмотром Насти.
Настя сокрушенно кивнула головой.
— Ключи Настя ей не давала, — продолжал Кирилл, — вероятно, она сделала слепок.
— Что пропало? — тяжело опустился в кресло Леонид.
— Настя утверждает, что ничего, но это на первый взгляд.
— Ладно… все ясно!.. Проверим отпечатки… А пока можно кофе? — взглянул он на Настю.
Домоправительница поспешила на кухню.
— Простите, устал!.. — извинился Петров. — Так… так… так… а как же сигнализация, охранник? Игорь! — обратился он к своему сотруднику. — Пойди выясни!
— Кофе, пожалуйста! — пригласила легким движением руки Марина к небольшому столу в форме расплывшейся капли.
Леонид поднялся и пересел на диван. Марина с Кириллом сели напротив. Розовые фарфоровые чашечки на позолоченном подносе напоминали цветки лотоса. Марина поднесла чашечку к губам.
— Простите, Настя, зная мой вкус, сварила кофе с ванилью, если вам это не нравится, я попрошу сделать черный!..
— Не волнуйтесь! — успокоил ее Леонид.
— А вы? — взглянула она на Кирилла.
— Обожаю ваниль! — иронично многозначительно ответил он. А мысленно добавил: «И вообще все, что исходит от вас, необыкновенная женщина!»
Эксперты приступили к своей работе, а Леонид, поймав за руку Настю, снующую по гостиной, попросил еще кофе, и покрепче.
— Два дня тому назад заходил в вестибюль какой-то мужчина, — докладывал, вернувшийся от охранника Игорь. — Интересовался неким Протасовым Сергеем Яковлевичем, якобы проживавшим в этом доме, но, узнав, что в настоящее время жильца с такой фамилией нет, ушел.
— Ясно! На вид что из себя представлял?
— Высокий, темноволосый, с маленькой аккуратной бородкой, лет тридцати… одет очень солидно.
— Так, теперь у нас двое фигурантов: девушка-горничная и солидный мужчина. Кто-то из них, открыв ключом дверь, снял квартиру с охраны. Сигнализация, как я понял, не сработала?
— Так точно, нет! — подтвердил Игорь.
— Значит, этому некто был известен код охраны.
— Но ведь тот мужчина не поднялся на этаж, — напомнила Леониду Марина.
Он улыбнулся.
— В самом деле… — и опять, поймав Настю за руку, лукаво заглянул ей в глаза и сказал: — Пойдемте-ка на кухню, поговорим о девушке!
— А что о ней говорить? Тварь неблагодарная, и все тут!
Но Леонид мягко обвил Настю за плечи и увлек за собой.
В гостиной воцарилось молчание, которое прервал тяжелый вздох Марины.
— Кто бы мог подумать, что я вот так буду пить здесь кофе…
— Вы хотите поскорее уйти? — сочувственно спросил Кирилл.
— Отсюда я уйду, а от мыслей?
«Какие противоречия! — подумал он. — А мне, наоборот, так хорошо здесь, с нею рядом… От нее исходит такой светлый покой, так пахнет фиалкой и ванилью…»
Воспользовавшись своим правом на утешение, он коснулся ее тоненьких, словно фарфоровых пальчиков. Они чуть вздрогнули, оказавшись на удивление теплыми.
«Я ваших рук рукой коснулся грубой…» — Так!.. Кажется, я уже основательно подпал под влияние театра, — усмехнулся про себя Кирилл. — Шекспир на память приходит…»
— Ну что, ребята, закончили? — спросил экспертов появившийся из кухни Леонид. — Тогда едем! Завтра с утра пошлю на квартиру к Репниной Кире. Это девушка, которая приходила убирать, — сказал он Мелентьеву.
— Судя по всему, здесь работали в перчатках, — доложил Петрову один из экспертов.
— На большее и не рассчитывал, — усмехнулся он. — Да, слушай, Кирилл, а у тебя что?
— Можно сказать одним словом — ничего!
— Весьма интригующее начало… Ну, а если?..
— А если есть время, то давай отвезем Марину, а потом поедем ко мне.
— На ужин! — поставил точку во фразе друга Леонид.
— Что может быть лучше пиццы?! — поддел вилкой Леонид кусочек, за которым потянулись нити расплавленного сыра.
— Хорошая отбивная! — ответил Кирилл. — Но сегодня у меня итальянская кухня.
Отдав должное не очень прихотливой итальянской кухне, друзья пересели на диван. Кирилл плеснул на дно двух широких бокалов коньяка.
— Хорошо быть холостяком! — без тени иронии протянул Леонид.
— Не жалуюсь!..
— И я!.. Ну представь, можно ли вот так, забыв обо всем, расположиться после работы дома, когда вокруг бегают дети и вечно ворчит недовольная жена…
Кирилл расхохотался.
— Ну а ты сделай, чтобы она была довольная. А к детям, чтобы не бегали, приставь няню.
— Няню! — передразнил его Леонид. — А где я столько денег заработаю? Нет, я уже один раз попробовал… хотя зарекаться не буду… Нравится мне у тебя: так все удобно, продумано, даже журчание каскада, который будто шепчет: «Спать, Ленчик, спать!..» — Он отчаянно замотал головой и попросил кофе. — А то и в самом деле усну.
Кирилл сварил кофе и поставил на стол поднос с чашками.
— Без ванили, надеюсь? — заволновался Леонид.
— А ты напрасно! В кофе с ванилью есть что-то…
— И в Марине Купавиной тоже. Я заметил, как ты на нее смотрел! — поддел он друга. — Ладно, балетоман, рассказывай!
— Рассказывать-то особенно нечего. Одним словом, на сегодняшний день главный фигурант — это Марина!
— Вот как?! — многозначительно протянул Леонид. — Значит, ваш интерес к ней был чисто профессиональным. Простите, коллега!
Кирилл, привыкший к ироничным высказываниям друга, спокойно продолжал:
— Только у нее был вполне здравый мотив отравить Дениса. Он все завещал ей!
— Да, меня этот факт тоже заинтересовал! — согласился Петров.
— У Марины с Лотаревым было все не так гладко, — продолжал Кирилл. — Они отложили свадьбу на неопределенное время… он постоянно кем-то увлекался… — Таким образом, отравив Дениса, которого она все равно бы не удержала подле себя, Купавина в материальном плане полностью обеспечила себе будущее.
— Логично! Ну, а как насчет не очень здравых мотивов, если можно так выразиться?
— А если насчет не очень здравых, то пока фигурирует только сам создатель яда, главный художник театра Валерий Павлович Дубов.
— А ему-то чем мешал Лотарев?
— Лотарев собирался воссоздать точную копию первой постановки балета «Спящая красавица» и оформлять спектакль пригласил не Дубова, а другого художника.
— Кирилл, но ведь за это не убивают!
— С нашей точки зрения — нет! Но с точки зрения художника, артиста… Может быть, воссоздание этого спектакля для Дубова было идеей-фикс, а Лотарев лишил его возможности воплотить ее.
— Да, это действительно сложно понять. Ну а кто еще?
— Больше никого, вернее наоборот, слишком много… Но зацепиться не за кого!
— Ладно, перечисли!
— Итак, — с сомнением в голосе начал Кирилл: — Марина Купавина, Алина Фролова…
— Фролова?! А она-то каким образом?
— Прошлая любовь Дениса, но не мешай!.. Леонелла Дезире, модель Наталья Гурская…
— Все, все… ясно! Их слишком много, чтобы что-то можно было понять. И все они, перечисленные и неперечисленные, как я понимаю, были вхожи в дом многоуважаемого алхимика Валерия Дубова?!
— Абсолютно все!
— Да, тебе придется встретиться с немалым количеством знаменитостей…
— Что весьма нелегко, — отозвался Кирилл. — Дезире, например, отказалась встречаться со мной. Частный детектив, приглашенный Купавиной, не вызывает у нее доверия.
— Хорошо! Тогда, несомненно, у нее вызовет доверие повестка в уголовный розыск. Пусть придет, посидит в нашем коридоре с часик. Я ей позвоню и посоветую тебя принять.
— Весьма признателен! — с улыбкой ответил Кирилл. — А то к этой ядовитой и прекрасной не подберешься.
— Так, — пробормотал Леонид, — по всему видно, что дело Лотарева имеет очень мало шансов на успех. Ох уж эти театральные интриги: улыбка на лице и яд в бокале… Ладно! — слегка ударил он себя по колену. — Ты пока разбирайся, а я подключусь попозже. Занят сейчас так, что лишний раз вздохнуть некогда! — Он посмотрел на часы. — Все, домой, и спать, спать!..
Кирилл спустился проводить друга. Леонид остановил попутную машину.
— Ну, до скорого! — протянул он Кириллу руку. — А этой… как ее?.. Дезире… Я позвоню!
«Странная у Леонида профессия, — задумался Кирилл. — Поддерживать баланс в обществе. Не отловит определенного количества преступников, баланс нарушится, и общество не устоит под натиском криминала…»
Лилово-серая грозовая туча заволокла все небо. Город утонул во мраке. И вдруг, будто в фильме ужасов, яркая вспышка осветила на мгновение причудливые очертания домов, раздался оглушительный грохот, деревья униженно склонили свои гордые кроны в неистовых порывах ветра и каждым трепещущим листком молили о пощаде.
Начавшийся ливень заставил Кирилла остановить свой джип у обочины.
«Как не вовремя, — пробормотал он, взглянув на часы. — В девять я уже должен быть у Леонеллы. А тут… чертовщина какая-то…»
Мелентьев невольно вздрогнул от грохота словно разломившегося пополам небесного свода.
«Но все равно, опаздывать не годится! — Он завел мотор и осторожно, почти на ощупь, проехал несколько метров. — Нет, ничего не получится. Придется ждать!»
Он включил магнитофон, и раскаты летнего грома растворились в божественных звуках «Casta diva». Словно заговоренный голосом Дезире ливень сменился дождем. Кирилл поспешил воспользоваться передышкой стихии. Но чертовщина продолжалась. Он плутал по знакомым улицам, которые в отблесках молний приняли странные очертания: крыши домов будто вытянулись, редкий свет в окнах дрожал, словно пламя свечей. Джип точно заколдованный кружился на одном месте. Кириллу с трудом удалось выехать за пределы Москвы.