Кирилл посчитал, что лучше всего привезти Ольгу к себе и завтра же отправить ее в Италию.
Пока девушка принимала душ, он приготовил весьма обильный ужин. Потом сам отправился под освобождающие от усталости упругие струи воды.
— А теперь кофе! Много кофе! — со значением произнес он, когда ужину было воздано должное.
— А поспать? — мягко протянула Ольга.
— Чем быстрее все расскажешь, тем быстрее я тебе предоставлю эту возможность.
Ольга прерывисто вздохнула.
— Итак, от орудия убийства, главного вещественного доказательства, мы избавились! — рассуждал вслух Кирилл. — Кто-нибудь видел, как ты приехала на дачу?
— Думаю, да!.. Хотя я никого не встретила… но знаешь, соседи наверняка слышали, как я подъехала.
— Что ж… потом подъехал я… потом мы уехали, но ты по рассеянности забыла ключи от городской квартиры и вернулась… Это для алиби, чтобы объяснить шум от машин. Если будут расспрашивать, соседи не смогут точно сказать, сколько раз отъезжала и подъезжала машина, скажут — приблизительно несколько раз…
— Ты считаешь, что меня все-таки вычислят?
— Будем надеяться, что нет. Но чтобы ни случилось, всегда должно быть алиби!
— Что же теперь со мной будет, Кирилл? Не могу же я всю жизнь скрываться от… — Она замялась, не решаясь произнести имя.
— От Константина! — подсказал он ей.
— Абсурд какой-то! Меня хотели убить!.. — все не могла поверить в реальность происходящего Ольга и осторожно провела пальцами по сине-красной полосе на шее. — До сих пор болит!.. Господи! — неожиданно всплеснула она руками. — Но ведь убила-то я! Я убила человека!..
— Оля, не стоит сейчас вдаваться в анализ случившегося… Как-нибудь потом под лучами неаполитанского солнца если захочешь — поразмыслишь.
— Что я должна тебе рассказать? — подняла на него обреченный взгляд девушка.
— Мы договаривались, что все!
— Все?.. С самого начала? — усомнилась она.
— Конец мне известен, так что лучше давай сначала! — с издевкой посоветовал ей Кирилл.
Ольга закурила сигарету, откинула со лба прядь волос и задумалась.
— Мы жили в одном доме… были соседями, — пожала она плечами, неуверенная в том, что это интересно Кириллу, но, почувствовав его внимание, продолжила: — Ходили в одну школу, но в разные классы. Константин на два года старше меня. Полюбили друг друга… целовались… Ну, потом однажды поехали к нему на дачу… и ничего не получилось… Константина тогда это потрясло. Еще бы!..
Все девчонки по нему с ума сходили. Я чувствовала себя избранницей принца! И вот этот принц так неожиданно оплошал! Через какое-то время мы попробовали снова, и опять ничего… полный провал!.. Позже Константин мне признался, что такое у него происходило со всеми девушками. — Ольга положила окурок в пепельницу и тут же вынула новую сигарету. — Налей еще кофе! — попросила она. — Дальше… Что же дальше?.. Лунев стал известным певцом, а я, окончив балетное училище, не могла найти себе места даже в кордебалете. Мы с ним не прерывали наших сложных отношений и любили друг друга духовно… потому что его плоть по непонятным для нас причинам не могла ответить моей взаимностью. Популярность Константина росла, но он понимал, что у «голубой звезды» не будет того вселенского размаха, как у просто «звезды». Поэтому окутал свою интимную жизнь тайной. Эту тайну знают только мажордом, гомик Валюша и я.
— А Гурская?
— Гурская — блестящая дура! Мажордом ей наплел, что Константин влюблен в жену какого-то высокопоставленного чиновника и для прикрытия ему нужна невеста. А кто же откажется от шикарной рекламы стать невестой Лунева?
— А что гомик Валюша?..
— Это все изощрения мажордома! — со злым отблеском в глазах произнесла Ольга. — Он предложил Константину попробовать гомосексуальные отношения… и к моему ужасу, Константин принял их, правда, как временные. Он никогда не переставал надеяться на свое выздоровление. Валюша снимал его стрессы, приводил в порядок нервы… одним словом, Константин на какое-то время обретал психологическое равновесие. Тогда-то я и стала слушать песню о Зиги. Оказывается, не одна я такая — безнадежно влюбленная в гомика… Знаешь, налей мне что-нибудь покрепче! — попросила она.
— Виски, водку с соком, джин?..
— Давай для начала водку с соком!
Кирилл достал длинный бокал и принялся готовить незамысловатый коктейль.
— Как я понимаю, после Гурской ты должна была стать невестой Лунева?!
— Да! — вздохнула Ольга. — Теперь он мог позволить себе взять в невесты неизвестную публике девушку… Откуда появилась эта стерва?! — в ярости вскричала она. — Откуда? Не иначе подстроил толстомордый!..
— Так, ну с этим ясно! — протянул ей бокал Кирилл. — Теперь давай о кордебалете!
— О кордебалете! — с иронией повторила Ольга и, вынув из бокала соломинку, сделала несколько жадных глотков. — После училища, как я тебе уже говорила, меня не брали ни в один театр. Устроиться мне помог Константин. — Она многозначительно помолчала и добавила: — Через Дениса Лотарева.
— Это уже интереснее! — поощрил ее детектив.
— Да, это все и впрямь очень интересно! — с какой-то злой издевкой согласилась она.
— Ты увлеклась Денисом?
— Представь себе!.. Константин — это только дух, а Денис — это великолепная плоть! Но Денис не заинтересовался мной, он вообще как бы не видел меня. Так… мы с ним переспали несколько раз… Он мог увлечься только неординарной, одаренной талантом женщиной, а я… прилежная посредственность во второй линии кордебалета. Марина Купавина — вот его греза наяву!.. — Налей еще! — протянула она бокал. — Мне надо тебе сказать то, что я ни в коем случае не должна говорить!
— То, из-за чего Константин ударил тебя, потому что узнал о твоей связи со мной, сыщиком?!
— Какой ты у меня догадливый, Кирюша! — хмельно улыбнулась девушка. — То, из-за чего, может быть, отравили Дениса!
Ольга выпила еще полбокала и, закусив орешками, продолжила:
— Константина и Дениса связывало дело: кража антиквариата и переправка его на Запад! — с пьяной отвагой произнесла она.
У Кирилла невольно вырвалось:
— Что?!.. Ты уверена в том, что говоришь?!
— Хм!.. — отозвалась с усмешкой Ольга. — Перед тобой — связной!
— Ну Оля, ты и запуталась!
— Да ничего я не запуталась, нужны были деньги, вот и все! А Денис? Он что, по-твоему, из-за интереса работал? Тоже были нужны деньги, это потом он наследство получил! Только Костик его из дела-то не отпускал!.. — хитро прищурилась она.
— Купавина тоже участвовала в этом? — настороженно, боясь услышать положительный ответ, поинтересовался Кирилл.
Ольга со злостью расхохоталась:
— А как же! В роли дурочки. Денис пользовался ее именем, оно же не имеет границ, и зачарованная таможня пропускала багаж без досмотра. Правда, он ее догнал в два счета, но это к делу не относится.
— И сколько лет это продолжалось?
— Лет пять, почти вплоть до убийства Дениса. Но не это главное, Костик, он ведь… — она хотела что-то еще сказать, но осеклась на полуслове.
— Оля, говори все! — пристально посмотрев ей в глаза, приказал Кирилл.
— Еще налей! — хриплым голосом попросила она.
— Только кофе!
— Ну давай! — безвольно махнула рукой девушка.
Кирилл заварил свежий кофе и поставил перед Ольгой чашку.
— Я точно не знаю… правда не знаю! — в ответ на угрожающий взгляд Кирилла подчеркнула она. — Но Костик, по-моему, помимо антикварных дел с Денисом имеет еще, значительно более крупные дела. По обрывкам разговоров я догадалась, что он как-то связан с Баркасом… А Баркас сам знаешь кто!.. Делец, каких мало!.. Даже скажу больше! У меня сложилось впечатление, что Баркас лебезит перед Костиком.
— С Баркасом? — невольно повторил вслед за Ольгой Кирилл. — Это серьезно!.. Но почему ты сказала, что Константин имел дело с Денисом почти вплоть до его смерти, почему почти?
— Потому что незадолго до гибели Денис категорически отказался от дел с Луневым.
— Почему?
— Ну, я думаю, во-первых, потому, что Денис приобрел мировую известность и не хотел больше рисковать, во-вторых, получил громадное наследство и, в-третьих, из-за иконы… как же ее? Какой-то там матери… Владимирской, что ли?.. Одним словом, когда Денис узнал, что ему, а он как раз собирался на гастроли за рубеж, перед отъездом передадут именно эту икону, он отказался. Я сама слышала их разговор. Денис убеждал Лунева, что эта икона — святыня России и что ее ни в коем случае нельзя вывозить из страны. Константин смеялся и называл астрономическую сумму, которую получит за нее. Но Денис все отказывался… отказывался… — Ольга задумалась и замолчала.
— Ну и что потом? — окликнул ее вопросом Кирилл.
— А потом согласился, — развела она руками.
— Это и вся их размолвка? — разочарованно протянул Кирилл.
— Нет, — покачала головой девушка. — Икона-то пропала!
— Пропала? — переспросил детектив.
— Да, и никто не знает, где она!
«Так вот что искали в квартире Лотарева — икону! — сделал для себя вывод Кирилл и тут же его опроверг. — Хотя это было бы глупо со стороны Дениса хранить ее дома».
— Вообще, запутанная история, — подчеркнула Ольга.
«Вообще-то да! — мысленно согласился с ней детектив. — Неужели надо было убивать Лотарева только затем, чтобы обыскать его квартиру? Гораздо проще было пригрозить ему переломом ноги, и он бы тут же вернул икону Луневу».
— А при каких обстоятельствах она пропала? — спросил он у Ольги, тщетно щелкающей зажигалкой.
— Точно никто не знает…
— То есть?..
— Очень часто я передавала Денису вещи для отправки за границу. Но эта икона была настолько ценной, что ее было поручено отвезти Пете-Боксеру. Он должен был передать икону Денису по пути его следования в Шереметьево, а до этого она хранилась в каком-то там тайнике. В день отъезда Денис ночевал на даче. В назначенное время он подъехал к месту, где его должен был поджидать в «Ниве» Петя-Боксер. Денису надо было лишь притормозить и приоткрыть окно, а Боксеру быстро опустить сверток. Но Боксера на месте не оказалось. Денис ждал его почти полчаса, потом уехал.