Константин тяжелым взглядом смотрел на него.
— Я тут думал и так и этак — Славика надо убрать! — невинным голосом пояснил он.
— Славика? — удерживая свой гнев в рамках, переспросил Лунев.
— Да-да!.. Понимаешь, МУР, оказывается, им заинтересовался. — Евгений Рудольфович понизил голос и с отеческой заботой прошептал: — И Верой!
— Что? — в сумрачных глазах Константина сверкнули молнии. — Так какого черта ты молчал?! Ее надо немедленно отослать за границу! — Он в бешенстве пронесся по комнате. — Кто? Какая сволочь заинтересовалась ее делом и почему?
— Пока точно не знаю. Позвонил мой человечек и предупредил: капитан МУРа Петров направил запрос в архив по делу гражданки Бокуновой, а этот Петров связан с Мелентьевым, детективом, помнишь?
— Помню! — прищурив глаза, прошептал Константин. — А Мелентьев связан с Ольгой… Но утечка информации вне всяких сомнений произошла от Баркаса…
— Я тоже так думаю! Упустили мы его! — резко взмахнул рукой мажордом.
— Ладно! Со всем этим я разберусь. А сейчас надо немедленно отправить Веру за границу!
— Да-да, я так и хотел сделать, — подобострастно подхватил Евгений Рудольфович, умело затаив недобрый блеск в глазах.
Константин насторожился. Он чересчур увлекся Верой, ослабил контроль, и с ним случилось то, что случается со всеми правителями, слишком доверившимися преданным слугам. Мажордом решил взять власть в свои руки и, не снимая «короны» с «повелителя», управлять им, а значит, и всей империей.
От этой мысли ладони Константина покрылись холодной влагой.
«Вера!.. Ведь мажордом лишь фальшивой улыбкой ретуширует свое презрение к ней. В его планы Вера как моя спутница, а тем более как жена никогда не входила. Он собирается моделировать мою жизнь и карьеру по своему усмотрению… А если не лгать самому себе, то он уже давно делает это. Однако спорить со мной из-за Веры он не будет, знает, что бесполезно, но и смириться с ней не захочет… Как же я об этом раньше не подумал?!.. Ай да мажордом!.. Оплел, обставил… Но ничего, склизкая жирнюка, я с тобой разберусь!»
Глаза Константина тревожно заблестели.
— Где Вера? — с отзвуком металла в голосе спросил он.
— Костик! — чуть отпрянул от него назад Евгений Рудольфович. — Я-то откуда знаю?
— Учти, если ты надумал что-то сделать с Верой…
Мажордом так проворно замахал руками, что не дал возможности Луневу договорить:
— Бог с тобой, Костик! Я не скрываю, что она, на мой взгляд, не подходит тебе, но покуситься на то, что тебе нравится… — он отлично сыграл благородное негодование, — я никогда бы не посмел!
И все-таки Константину что-то не нравилось в его словах.
— Немедленно отмени ликвидацию Вячеслава! — приказал он.
— Хорошо, хорошо! — суетливо согласился Евгений Рудольфович и набрал номер. — Ребятки, на сегодня все отменяется!.. Что? — в отчаянии замотал он головой. — Ну ничего не поделаешь… Опоздали… — не смея взглянуть Константину в лицо, тихо произнес он. — Славика током убило… в ванной!..
Константин пристально посмотрел ему в глаза.
«Ну, жирная сволочь! Я тебя предупредил!» — совершенно верно интерпретировал его взгляд мажордом.
«Упустил момент, Костик, упустил… У тебя в подчинении теперь люди мажордома! И они выполняют только его приказы!» — ответили водянисто-зеленые глаза Евгения Рудольфовича, но Лунев не захотел этого понять.
Его рука потянулась к телефону. Сотовый Веры не отвечал.
— Какого черта?! — Он вновь набрал номер.
Евгений Рудольфович спокойно сел в кресло и принялся рассматривать рекламные буклеты. Его ребятки позаботились, чтобы телефон Веры неожиданно сломался.
— Ну, смотри, Женя! — Константин угрожающе повысил голос. — Если с Верой что случится!..
— Костик, не грози! — с разоружающей мягкостью произнес мажордом. — Я до Веры даже в мыслях пальцем не дотрагиваюсь.
Лунев выскочил в коридор.
— Костик, ты куда?! — поспешил за ним Евгений Рудольфович.
— За Верой, в клуб!
«Вот дьявол!» — зло прикусил свою толстую губу мажордом и, вернувшись в комнату отдыха, торопливо набрал номер. — Ребятки, поторопитесь, но только чистенько!
Через несколько минут Евгений Рудольфович с придворным фотокорреспондентом сели в машину.
— Поезжай! — бросил он шоферу и указал пункт назначения.
В заходящих лучах солнца «Мерседес» Веры на предельной скорости мчался в сторону дачи Лунева. Настроение у девушки было почти отличное, только вот ночью опять полезет со своими охами да криками неистощимый в вечном желании трахаться половой слабак Лунев. «Хотеть — значит мочь!» Константину удалось полностью опровергнуть это устоявшееся правило.
«Если бы он так мог, как хотел, цены бы ему не было! — расхохоталась Вера и, немного сбавив скорость, обратила внимание на стоявшего у обочины высокого парня. — Что он тут делает?» — подумала девушка и вдруг с изумлением увидела, как тот странно взмахнул рукой, и какая-то глыба, пробив лобовое стекло, влетела в машину. Вера пронзительно вскрикнула. «Мерседес», потеряв управление, глухо ухнул и съехал с шоссе. Его несло к оврагу. Он несколько раз перевернулся, но, зацепившись о камни, остановился.
Константин примчался в клуб и, узнав, что Вера уже с полчаса как уехала, поспешил за город. Его сердце стукнуло с такой силой, что он весь содрогнулся, когда увидел стоявшие у обочины машины и суетливо бегающих людей. Лунев резко затормозил и выскочил из джипа. Внизу он заметил перевернутый «Мерседес» Веры. Голову пронзила острая боль. Не сводя обезумевшего взгляда с машины, он бросился вниз.
Авария произошла совсем недавно. Веру еще не успели вытащить из кабины. Константин, расталкивая любопытно-сочувствующих, бросился к ней, как заклинание повторяя:
— Вера!.. Вера!..
— Он ее знает! — разнеслось в толпе. И тут же: — Да это же Константин Лунев… Вера!.. Это, должно быть, его невеста!.. Какой ужас!..
Константин с помощью двух мужчин извлек Веру из кабины. Вся левая сторона ее лица была в крови. Он положил ее голову к себе на колени и в отчаянии закричал:
— «Скорую»!!!
— Вызвали уже! — раздалось несколько голосов.
Из толпы, плотным кольцом окружившей Лунева с Верой, осторожно выглянул мажордом.
— Отличный кадр! Давай! — подтолкнул он фотографа. — А следующий, когда приедет «скорая»!..
— Вера!.. Вера!.. — шептал, склонившись над ней, Константин.
Кто-то щупал ей пульс и уверял, что она жива.
Раздалась сирена «скорой помощи». Константин помог санитарам уложить Веру на носилки и побежал рядом с ними.
— Отлично! Отлично! — удовлетворенно бормотал Евгений Рудольфович. — Потрясающий репортаж о трагически закончившейся любви знаменитого певца. — «Траур придаст Костику роковое очарование, когда мы поедем на гастроли в США, — размышлял он. — Во всем мире обожают любовные истории с печальным концом… Красиво погибла… по-королевски… Грейс Келли, принцесса Диана, невеста Константина Лунева!.. Можно обыграть и этот нюанс!..»
Евгений Рудольфович последовал за Константином, который, не желая покидать Веру, сел в машину «скорой помощи». Он дал Луневу минут пятнадцать на выход горя и ярости и появился в больничном корпусе, протягивая ему навстречу руки.
— Костик! Какой ужас!..
Глаза Константина были застланы слезами. Он попытался что-то сказать, но из-за спазм в горле не смог произнести ни одного звука.
— Костик, все будет хорошо, успокойся! — обнял его Евгений Рудольфович.
— Если… если… это сделал ты… — заикаясь, с трудом начал он.
— Как ты можешь такое говорить и даже думать!! — воскликнул мажордом. — Прекрати! Я пойду поговорю с врачом! — И деловито вихляя бедрами в необъятных брюках цвета переспелой вишни, он направился к главврачу.
Поговорив с хирургом, Евгений Рудольфович выяснил состояние пострадавшей и громко молил сделать все возможное для ее спасения.
«А, сука!.. Живучая!» — недовольно морщась, в то же время подумал он.
Подойдя к Константину, курившему сигарету за сигаретой, мажордом, тяжело дыша, упал на стул и пробормотал:
— Ну, все в порядке! С врачами договорился!..
Константин не спускал с него напряженного взгляда.
— Да успокойся! Жива и будет жить! Сутки-двое подержат в реанимации. Да успокойся! — повторил он в ответ на недоверчивый взгляд Лунева. — Отделалась, можно сказать, царапинами да легким сотрясением мозга…
— А кровь?!.. Было много крови!.. — произнес Константин, все еще находясь в заторможенном состоянии.
— Я же сказал, поцарапалась, не без того…
— Я хочу ее видеть!
— Пожалуйста, сейчас распоряжусь.
Мажордом прошел в кабинет главврача. Через минуту к Константину подошла медсестра и повела его в палату реанимации.
— Не волнуйтесь так! — сказала она. — Ваша невеста в рубашке родилась, пустяками отделалась!
Константин прижался к стеклу, за которым лежала Вера… его вера в жизнь, в любовь… Он тут же распорядился поставить охрану.
Через двое суток Веру перевели в обычную палату. Говорить ей было трудно, быстро утомлялась. Константин гладил, целовал ее руки.
— Верочка, это был несчастный случай, ты не справилась с управлением? — задал он мучивший его вопрос.
Губы Веры вздрогнули, выпустив страшное слово:
— Нет!
— А что это было?
Вера долго собиралась с силами:
— Какой-то парень бросил что-то тяжелое в лобовое стекло!
— Ты уверена?!
— Да! — Она удержала его за руку. — Не оставляй меня одну. Меня хотят убить!.. Не знаю кто… может, твой мажордом… может, Баркас…
— Ничего не бойся! — Константин слегка коснулся ее пересохших губ. — Я поставил охрану. Вот! — Он положил ей под руку пульт. — Если что почувствуешь, нажимай, и сразу же появится охранник. Поняла?
Вера прикрыла глаза.
— Врач сказал, что ты очень скоро поправишься, и я заберу тебя домой!.. А с мажордомом, Баркасом и… — он запнулся, не желая произносить имя Ольги, — я разберусь!