Рано или поздно она смирится, и тогда все наладится. Пройдет какое-то время, и она обязательно примет эту идею, сроднится с ней.
— Ты… Ты… — шипела на меня змеей, но мое лицо невольно расплывалось в улыбке. — Я тебя просто ненавижу!
— Продолжай, — бросил ей и специально отвел глаза, осматривая территорию сада.
Поблизости не было ни одного волка, все занимались своими делами. За нашими спинами был прекрасный палисадник с черемухой, а за ним пруд с густыми ивами, что скрывали своими пушистыми ветвями берег.
— Ты грязный, гнусный лгун! Я не буду с тобой! Не буду твоей парой! Верни меня домой!
— Нет у тебя больше другого дома, кроме Вольфторна.
Я еще раз обвел взглядом сад, убеждаясь, что мы одни, и не обращая внимания на возмущенные крики, забросил Лину на плечо, свешивая головой к земле.
— Пусти! Пусти меня, животное!
Она стучала по моей спине своими малюсенькими кулачками и кричала, проклиная меня на чем свет стоит. Но моя добыча тепло грела руки. Именем первого волка! Эта женщина настоящее проклятие!
У меня гудела голова от ее возмущений, но сердце в волчьей груди радостно стучало от нетерпения и желания как можно быстрее смять ее, зацеловать, обнюхать с головы до ног.
Ооо, мой ночной кошмар! Как же я тебя люблю!
Даже запнулся от собственной мысли. Голова засомневалась, а вот тело мягко сдавило женские бедра на плече, не собираясь отдавать ее кому бы то ни было.
— Отпусти! — вскрикнула и укусила меня за ягодицу.
— Э-эй! Осторожнее, волчица, я могу расценить это как прелюдию! — рассмеявшись, объяснил ей, погладив мягкую половинку рядом со своим лицом. — Я же и ответить могу!
— Только попробуй! — прорычала, и я наконец поставил ее на землю под стволом одной из самых кустистых ив, которая надежно укрывала нас от лишних глаз.
Девушка пошатнулась, но обнять себя не позволила, упираясь ладонью в дерево.
— Не смей ко мне подходить! Не смей меня трогать!
— Ты уверена? Совсем никак?
— Нет! Никак! Не прикасайся! — Выставила ладонь передо мной, но я, сделав один только шаг, смял ее, сближая наши тела и вжимая девушку в крепкую древесину.
— Лина-а-а…
— Прекрати…
Сопротивление в ее голосе сошло практически на нет, и малышка посмотрела на меня так затравленно, будто ее саму невероятно угнетало то, как просто она сдается.
— Не могу. Ты моя пара, я без тебя погибну…
— По мне, так лучше бы ты облез!
Не дал ей договорить, подхватывая под округлые бедра и заставляя чертову ткань юбки задраться. Лина, движимая инстинктами, обхватила мой торс ногами, впиваясь ноготками в ворот рубашки. — Так и будешь капризничать?
— Капризничать?! — сверкнула глазами. — Ты мне лгал. Все это обман и ложь!
— А ты о причинах не думала?
— У тебя одна причина — твое собственное эго.
Усмехнулся, приподнимая аккуратный подбородок пальцами, вынуждая девушку смотреть на себя. Склонился к самым губам, шумно вдыхая, и потерся лбом о ее висок. Лина замерла, как испуганный зверек, но дергаться перестала, тихо и часто дыша.
— У меня одна причина — ты. Знай ты все с самого начала, что бы ты сделала?
— Я бы…
— Не ври хотя бы себе. Лина, я хотел, чтобы все было честно, чтобы ты сама тянулась ко мне, не нарекая наш союз обязательством. Тебя тянет не только потому, что ты моя пара, а потому, что я — твой волк. Слышишь, девочка? Я — твой волк.
— Неправда…
— Правда. И ты это знаешь. Поэтому так злишься. Только не начинай сгребать все в одну кучу. Между нами будет продолжаться то, что есть, этого уже не изменить. Только осознай, как можно быстрее, что это не просто так.
— Я не хочу-у-у, — жалостливо протянула она и ткнулась мне лбом в лицо, тихо всхлипывая.
— Захочешь, — зарылся пальцами в ее волосы на затылке, не смея отказать себе в этом удовольствии, и поцеловал пшеничные волосы, так сладко пахнущие яблоками. — Я могу пообещать тебе лишь одно, Лина. Я не отступлю.
— Герд, отпусти меня домой.
— Нет. Не пущу. Ты моя.
Заставил ее поднять голову, потянув за волосы, и впился поцелуем в сладкий, желанный рот, тараня языком. Сопротивления не было, и зверь внутри довольно урчал от близости своей пары, от того, как мучительно страстно можно пить ее дыхание. Ладони сами опустились на ее нежные ягодицы и мягко сжали, требуя продолжить путешествие по ненаглядному телу.
— Герд!.. — всхлипнула на полустоне и вскинула голову, стоило прижать пальцы в заветному местечку и мягко надавить.
Не ответил.
Язык во рту не ворочался от пленительного видения перед глазами. Девушка закатила глаза, стоило погладить доступные влажные складочки, и прикусила губу на рваном выдохе.
Еще… Ближе…
Трогая подушечками пальцев нежную кожу, готов был взвыть от их мягкости, чувственности и отзывчивости. Нащупал упрямый бугорок, чуть сдавливая его, и член в штанах запульсировал от того, как моя пара выгнулась навстречу, прижимаясь к груди сладкими сочными грудками, обнятыми тканью.
— Ты меня… убиваешь… — прошипела, поджимая бедра и окончательно выключая мое сознание этим признанием.
— Скажи, что попробуешь.
— Что? — медленно подняла веки и я протолкнул палец в истекающий соками вход, заставляя ее глубоко вздохнуть.
— Дашь мне шанс. Скажи это, — задвигал рукой, проникая в темную влажную плоть, видя, как мурашки пробежали по тонким рукам.
— Я… Я…
— Скажи, Лина!
— Да! Хорошо! — вскрикнула, и я протолкнул второй палец, растягивая узкие стеночки, чувствуя каждый их изгиб.
Меня лихорадило, ребра хрустели от напряжения и ожидания. Я впитывал каждый ее стон, каждый вскрик, насаживая желанное тело на свои пальцы и, когда она вздрогнула и затряслась, хватаясь за мои плечи, едва не кончил. Самообладание вернулось, только когда она требовательно засучила ногами, прося поставить ее на землю.
— Ты шантажист.
— Я еще и не на такое готов. Понимаешь? — не в силах отступить от нее, отойти, замер, рассматривая радужку пьяных от страсти голубых глаз. — Продолжим позже, у нас куча дел.
Девушка только удивленно приподняла брови, но я уже нес ее обратно к замку, вновь перекинув через плечо и губами кусая за ягодицу.
Селина
Безвольно покачиваясь на плече Герда, я поверить не могла, что произнесла эти слова. Шанс? Шанс?! Какой, к Повелителю Теней, шанс?!
Настоящее безумие! Нельзя давать такую власть над собой и своим телом мужчине, к тому же волку. Совершенно недопустимо! И почему я каждый раз превращаюсь в безвольную куклу, стоит ему прикоснуться ко мне?
«Я ведь не люблю его?» — мелькнула мысль.
Я со страхом прислушалась к своим чувствам. Нет, совершенно определенно не люблю. То, что я испытываю, когда Герд прикасается ко мне, это совершенно точно не любовь. Влечение, страсть, желание, зов плоти, колдовское наваждение, что угодно, но не то возвышенное чувство, про которое я читала и столько слышала. Он дикарь, зверь, что он знает о любви? И эти его слова про пару… Да мне дела не должно быть до этих волчьих повадок! Тогда отчего же так сильно бьется сердце, а внутри все сладко сжимается от одной только мысли о том, что Герд несет меня в спальню?
Притворившись, что совершенно разомлела в сильных руках Герда, я неожиданно для него и себя самой ловко вывернулась и, скатившись с плеча и вскочив на ноги, рванула назад, в спасительные заросли кустов и деревьев. Я думала, что Герд сразу же побежит следом, но услышала лишь его смех.
— Я знаю твой запах, Лина, играть в прятки не имеет смысла! — донесся веселый голос Герда. — Тем более с волком!
— Это мы еще посмотрим, — проговорила я себе под нос и, пригибаясь, быстро миновала аллею низких кустарников, обсыпанных мелкими белыми цветами.
— Что ж, если ты хочешь поиграть, я принимаю вызов, — громко крикнул Герд, а потом все стихло. Только стук собственного сердца отдавался в ушах.
«А вдруг он решил оставить меня в покое?» — подумала я, но тотчас же отмела эту мысль. Нет. Герд не из тех, кто легко сдается.
Мой замысел был прост — запутать следы и добраться до замка, чтобы спрятаться там от настойчивых ласк Герда. Да, это глупо, все равно я не смогу убежать, но хотя бы сейчас, после так нелепо данного обещания, мне хотелось таким способом отстоять свою свободу и подумать в одиночестве.
Я миновала палисадник с пышными сиреневыми кустами, надеясь, что сильный запах цветов собьет Герда с моего следа. Сад странным образом опустел. Нигде не было видно слуг или других членов стаи. Я не двигалась, прислушиваясь к малейшим шорохам, но все было тихо.
Выглянув из-за дерева и убедившись, что Герда нигде не видно, я рванула к пруду, спрятавшись за одним из широких стволов окружавших его деревьев. Потом перебежала за другой ствол, надеясь, что мои шаги не слишком слышны, а чуть мокрая от росы трава скрадывает следы.
Передвигаясь таким образом, я почти обошла пруд, когда угодила прямо в руки того, от кого пыталась убежать. Одной ладонью Герд притягивал меня за талию, другой за шею, удерживая несильно, но властно.
— Попалась, — выдохнул он мне в волосы, прижимая к своему обнаженному телу.
Значит, искал меня в облике волка, кто бы сомневался!
— Отпусти, Герд! — попыталась я отстраниться.
— Никогда, Лина, — жарко прошептал он, покрывая мою шею игривыми поцелуями-укусами. — Никогда. Я ведь нашел тебя, разве мне не полагается награда?
— Ты говоришь, что я свободна, но держишь меня здесь будто пленницу, заставляя… — Я замерла, подыскивая подходящее слово и отмечая, что тело становится странно тяжелым, отвечая на ласки Герда. — Ублажать тебя всякий раз, как тебе вздумается!
— А для тебя это разве не удовольствие? — справедливо заметил Герд, одной рукой расправляясь с завязками платья, запуская руку в вырез и лаская мою грудь. — Почему ты каждый раз сопротивляешься так, будто не хочешь меня?
— Это все мое тело, что с него, глупого, взять, — дернулась я, пытаясь высвободиться, но Герд держал крепко.