Игрушка альфы — страница 28 из 37

Я чуть не задохнулась от возмущения.

— Вы же сами советовали мне пить траву! Зачем?

— Ты что-то не так поняла, Селина, — вскинула брови Латиса, удивляясь так естественно, что я засомневалась, а был ли на самом деле разговор в саду. — Я никогда тебе такого не говорила.

— Вы хотели поссорить меня с Гердом! — озарило меня. — Ну конечно, в этом все дело.

— Совершенно не понимаю, о чем ты говоришь, — покачала головой Латиса. — Я никогда не пойду против желаний сына.

Я развернулась, чтобы уйти, но Латиса быстро преградила мне путь.

— Постой. Я позвала тебя, чтобы предупредить.

— И о чем же?

— Ты смертная. Альфы других стай не примут тебя, ты только опозоришь моего сына, — зеленые глаза Латисы сверкнули. — А я не позволю навлечь позор на стаю Эверик. Я слишком долго добивалась ее величия.

Я тряхнула головой. Так вот о чем говорила мне Сати. Латисе не удалось помешать собственной дочери, и она решила взяться за меня.

— И что же вы предлагаете? — мне вдруг действительно захотелось узнать.

Грудь Латисы тяжело поднялась. Ее голос звучал тихо.

— Предлагаю сделку. Я помогу тебе сбежать и вернуться домой, если ты так этого хочешь. А ты навсегда забудешь сюда дорогу. Согласна?

Латиса с таким нетерпением ждала ответа, что я слышала, как она постукивает носком туфли по полу.

— А что же скажет на это Герд? Вряд ли он так легко позволит обмануть себя.

— Это моя забота. Так ты согласна?

Я опустила глаза, лихорадочно соображая. Принять помощь от матери Герда? Я еще не совсем сошла с ума! Она скорее закопает меня под первым же деревом в лесу, чем выполнит свое обещание. А Герд никогда меня не отпустит, я вдруг поняла это слишком явно. Найдет даже за морем, отыщет где угодно.

Я не успела ничего ответить. Дверь распахнулась, вошел Герд.

— Матушка, — он сдержанно кивнул Латисе, потом посмотрел на меня и его глаза словно вспыхнули изнутри. — Лина. Что здесь происходит?

Герд

— Я всего лишь успокаивала твою матушку, Герд. Она была обеспокоена настроением Сати, — поспешила объяснить Лина.

— Спасибо тебе, дитя мое, — елейно протянула матушка, сверкая глазами в сторону Лины.

— Всегда рада помочь, — сквозь зубы ответила моя пара, стараясь выглядеть равнодушной.

Только вот от моего взгляда не укрылся лихорадочный румянец, побледневшие губы и затравленный взгляд. Латиса точно наговорила что-то, что задело Лину, этого не скрыть. Только вот что?

Внимательно обвел комнату взглядом, не заметив ничего необычного и, протянув руку, переплел наши с Линой пальцы, глядя на то, как плавно звереет матушка от этого жеста. Моя женщина робко захлопала ресницами и мягко ответила, будто бы боясь осуждения, и опустила глаза. Ясно. Все ясно.

— Раз уж разговор шел о свадьбе, хотел бы поставить тебя в известность, мама, — смотря прямо на нее, сказал я. — Как только закончится торжество Сати, мы с Линой пройдем обряд, а после я возьму ее в законные жены. Она станет альфа-волчицей этой стаи и как положено войдет в семью.

— Герд, но как же…

— Жду твоего благословения, мама.

Не дожидаясь ответа, вывел девушку из комнаты и плотно закрыл за собой дверь, уводя пару в темный коридор до ближайшей ниши, в которой можно было спрятаться от лишних глаз.

— Герд…

— Ш-ш-ш!

Шикнул на нее и прислушался. Никого вокруг. Отлично. Задвинув не особенно сопротивляющуюся девушку в темный провал, завешенный гобеленом, крепко прижал ее к стене, блокируя слабые попытки отхода.

— Что она тебе сказала?

— Да ничего особенного… — начала она, не понимая перемены моего настроения. Но я был зол, как тысяча волков.

Как только обращу Лину, как только объявлю ее главной самкой стаи — отправлю матушку к троюродному брату во Влостен, на севере Вольфторна. Эта женщина умела выводить из себя, но если раньше я закрывал на это глаза, то сейчас, когда на кону стоит мое счастье с парой, этому больше не бывать.

Я не собирался испытывать судьбу и ждать, когда Латиса найдет слова, чтобы уколоть мою Лину максимально больно, чтобы оцарапать маленькое сердце под тонкими ребрами как можно глубже.

— Прежде чем ответишь — подумай, стоит ли мне врать, Лина, — наклонился к ее розовому ушку и опалил дыханием нежную кожу. — Что она тебе сказала?

Пара молчала, закрыв глаза и устало уткнувшись мне лбом в грудь. Она ровно вдыхала воздух, решаясь на ответ, и, дабы ускорить его, я ловко приподнял ткань ее юбки ладонью, с моментально проснувшейся страстью касаясь нежной кожи.

— Герд…

— Поиграем в правду или действие.

— Что? — немного пьяно спросила девушка, наконец поднимая на меня взгляд.

— Ты говоришь мне, что она тебе сказала, и если это правда — хорошо, если ложь — я дам тебе знать, что не поверил. Начнем. Что она тебе сказала?

— Спрашивала про Сати.

— Не верю, Лина. Ты уже пытаешься мухлевать.

Нырнул ладонью назад, накрывая мягкую ягодицу и чуть сжимая ее пальцами, давая понять, что игра уже началась и провести меня не удастся.

— Еще одна попытка.

— Герд, она правда…

— Лгунья, — перебил девушку, запуская пальцы ей под белье.

Удостоив меня красноречивым взглядом, Лина задышала тяжелее, чем раньше, и к ее молочной коже прилила возбужденная краснота. Мягко поглаживая подушечками пальцев нежные местечки, спускался все ниже, и в конце резко рванул вперед, сразу же чувствуя выступившую на сладких складочках влагу.

Лина вздрогнула и разомкнула розовые губы, глядя на меня как на чудовище и искусителя одновременно. Рисуя спирали на желанном входе в ее горячее тело, с восторгом и трепетом ощущал, как набухает бугорок, и девушка от моей ласки начинает мелко подрагивать.

— Герд… Не надо здесь, прошу.

— Скажи правду, и я прекращу.

— Великая Богиня!.. — горячо выдохнула она, со свистом втянув воздух, стоило пальцами проникнуть в сокращающийся и жаждущий вход.

— Говори, Лина.

Костяшками пальцев чувствовал, как мучительно сокращаются мышцы нежных стенок.

— Она… — задыхаясь, прошептала девушка, закрывая глаза, и, тихонько застонав, прикусила губу. — Она…

— Да-а-а?

— Она… Предлагала мне…

— Ну же, Лина? — наклонился к ее сочным губам, зависая в миллиметрах от поцелуя. — Что предлагала?

Пара зашипела, хватаясь пальцами за мои плечи, и выгнулась, позволяя брать ее пальцами еще глубже, но я притормозил, заставляя девушку мучительно застонать.

— Что?

— Вернуть меня домой, — наконец призналась Лина, от бессилия роняя лицо на мою грудь и впиваясь ноготками в руки.

— Здесь теперь твой дом, любимая. Запомни это.

Совершив пару поступательных движений, с голодным восторгом ощутил, как побежала смазка по ладони, как начали сокращаться измученные ожиданием удовольствия стеночки, и Лина, взвыв мне в рубашку, застонала, закрывая рот ладонью.

Дождался, пока она отдышится, и проглотил собственное желание, обещая наверстать позже, ведь Маркус приближался к нашему укрытию и, судя по скорости походки, — с новостями.

— Ты молодец, что рассказала, — поправил на ней юбку, помогая прямо стоять на ногах, и, поймав секунду, все же не отказал себе в поцелуе, жадно тараня языком спелые губы и нежный рот.

— Что-то важное?

Лина взглянула на меня с удивлением, но стоило Маркусу подать голос, как она испуганно распахнула глаза, спешно расправляя замявшуюся ткань платья.

— Важно. Новости с того берега, — расплывчато ответил он, не заглядывая за гобелен.

Отлично.

— Иди в зал. Праздник уже совсем скоро. Дойдешь сама или тебя проводить?

— Сама. Я сама дойду.

— Хорошо. Я скоро присоединюсь к тебе.

Еще раз прижался ко рту своей пары, заглушая желание унести ее в спальню, и отпустил, приподнимая край гобелена, чтобы она смогла выйти.

Девушка ловко выскользнула из ниши, приветственно кивнула Маркусу, который искренне делал вид, что не знает, чем мы там занимались, и, шустро перебирая ногами, убежала, скрываясь за поворотом.

— Приставил бы ты к ней хоть кого-то, — задумчиво протянул волк.

— Не думаю, что она будет в восторге.

Маркус хмыкнул и продолжил:

— Тебе станет все равно, особенно после новостей, что принес тебе работорговец.

— Где он?

— Сидит у меня в следственной. Ждет тебя.

— Хорошо. Пошли к нему. Расскажи в двух словах, чего ждать?

— В двух словах — у нас проблема.

— А если точнее?

— Жених твоей пары сбежал из-под слежки. Как думаешь, где он сейчас? — язвительно спросил волк, и его мысль об охране для Лины уже не казалась мне такой уж неважной.

— Скажи караульным, чтобы смотрели в оба. Проникнет в замок — шкуру спущу.

— Поздно, он сидит в соседней камере с Коддаром. А ей скажешь? Не отвечай, вижу, что не скажешь.

«Даже не подумаю», — мысленно добавил, спеша в подвалы замка, чтобы встретиться наконец с моим единственным конкурентом.

Селина

— Сюда, сюда, Лина! — помахала мне рукой Сати, когда я пробиралась через толпу незнакомых волков, провожавших меня настороженными взглядами.

— Садись лучше со мной, малышка, — нагло предложил какой-то беловолосый волк, мимо которого я как раз проходила.

Стоявший с ним ткнул его локтем в бок, прошипев: «У нее метка альфы!», после чего беловолосый быстро потерял ко мне интерес, сделав вид, что его крайне заинтриговал гобелен на стене.

Я же двигалась, будто во сне, не замечая шума и гомона огромного количества гостей, которыми был наполнен главный зал замка.

«Как только закончится торжество Сати, мы с Линой пройдем обряд, а после я возьму ее в законные жены. Она станет альфа-волчицей этой стаи и как положено войдет в семью. Войдет в семью… Войдет в семью…» — звучал в голове голос Герда.

Выходит, он все решил без меня. Без моего согласия. Не дав мне даже права выбрать. Бешенство затапливало меня изнутри. Я злилась на собственную беспомощность, которая нападала на меня всякий раз, стоило Герду оказаться рядом.