Король остановился, и глаза у него защипало.
— Ян… — сдавленным голосом произнес он. — Я узнал тебя… Это ведь ты… — Он зашатался.
Ян бросился ему навстречу, и они крепко обнялись после невероятно долгой, ненавистной разлуки…
Королева вскочила на ноги и, прижимая руки к груди, вся в слезах, смотрела на них.
— Тиса, — обернулся к ней король, — я не знаю, радоваться мне или пугаться.
— Радоваться, конечно, радоваться… — задыхаясь от волнения, повторяла королева.
Молодая и красивая, как тогда, когда король впервые встретил ее, такая красивая, что при виде нее у него кружилась голова, она обнимала мужа, а он без конца, не стесняясь, целовал ее мокрое от слез лицо.
— Я не сошел с ума? — спрашивал он ее, и Ян белозубо смеялся, с любовью и нежностью глядя на эту красивую пару.
Звук чьих-то приближающихся шагов прервал их радостные восклицания.
Король обернулся и в дверях зала увидел троих странно одетых мальчиков. Самый высокий из них, рыжеволосый, довольно фыркнул и подмигнул онемевшему королю. Самый маленький, черненький, с глазками, как вишенки, счастливо улыбался. И только у третьего мальчика, прислонившегося к двери, был хмурый вид. Он потянул высокого за рукав, что-то тихо сказал ему, и странная троица удалилась.
Король, обнимая королеву за плечи, ошеломленно заглянул ей в глаза.
— Я все тебе объясню… — счастливо прошептала она, пряча лицо у него на груди.
2.
— Дорогой мой, мне самой трудно поверить в то, что случилось с нами, но ничего не остается… только верить… и радоваться… — глядя на мужа сияющими глазами, говорила королева. — Я так счастлива…
Деревца в саду, по которому они бродили, обнявшись, шелестели ветвями и роняли им под ноги желтые и красные листья.
Мягкий, переливчатый, как у мурлычущей кошки, голос Тисы волновал короля сейчас больше, чем смысл ее слов. Король чувствовал, как горят его щеки, и улыбался. Остановившись, он отстранился, чтобы в который раз оглядеть ее всю, прекрасную, как волшебница из сказки…
Нежная, удивительная красота Тисы повергала каждого, кто впервые видел ее, в состояние глубокой ошеломленности. Король сам долго не мог привыкнуть к ее восхитительному облику и поверить, что эта женщина живая, настоящая, а ее белая, как лунный свет, кожа — теплая…
И сейчас он любовался ею, озаренной осенним солнцем, и не мог отвести глаз. Тиса щебетала без умолку, и вдруг смысл ее слов стал доходить до короля.
— Подожди, — перестав улыбаться, сказал он. — Прошло пятьсот лет?
— Это сказка… Мы снова живем, мы молоды… И Ян тоже жив!
— Кто те дети, которых я видел?
— Мне кажется, это им мы обязаны… своей новой жизнью… — запинаясь, проговорила королева.
— Ты боишься сказать мне прямо, Тиса? Это нынешние хозяева замка?
— Наверное, да…
В больших голубых глазах королевы затрепетало смятение. Король пристально смотрел ей в лицо.
— Я воин, Тиса, а ты ведешь себя со мной так, будто я сейчас упаду в обморок. Скажи мне правду.
— Мы здесь чужие, и нас только трое из прежней жизни… — глотая слезы, прошептала королева. — В этом мире другая жизнь, и мы должны привыкать к ней… Я верю, что мы сможем начать все сначала…
— И здесь нет Аны?… Кора?… — глухо выговорил король.
Королева побледнела и прижала руки к груди.
— Прошу тебя, Властислав, пообещай мне, что ты никогда не будешь напоминать мне о прошлом… Его больше нет… — Она смахнула слезы и устремила печальный взор куда-то вдаль, сквозь толщу каменных стен, окружающих замок. — Мы должны смириться с этим, иначе боль раздавит нас…
Король обнял ее. Королеву трясло, как в лихорадке. Под тихий шорох падающих листьев они пошли по исполосованной неяркими лучами солнца дорожке, не замечая, что из окна башни за ними наблюдают.
— Как я ее ненавижу… — прошептал Дизи и отвернулся.
— Не плачь, — сказал Тики.
Во второй раз за этот долгий день король обошел замок. Он печально оглядывал крутые своды галерей, украшенные каменной резьбой, огромные пустынные залы, комнаты, будто только что покинутые людьми, и ему снова казалось, что он видит сон. Король без королевства… в не принадлежащем ему замке…
Полный горьких дум, он вошел в тронный зал.
В высоких окнах уже умирал закат. Жарко пылал огонь в огромной изразцовой печи. На троне, закутавшись в длинную королевскую мантию из горностая, сидел молодой мужчина и с интересом прислушивался к разговору двоих мальчиков, стоявших у окна, — их король уже видел сегодня утром.
Заметив короля, дети прервали беседу. Рыжеволосый, прищурившись, доброжелательно поглядывал на вошедшего. Второй с недовольным видом отвернулся.
Король остановился посреди зала и некоторое время хмуро рассматривал незнакомых ему людей в странной одежде — грубых синих куртках и штанах.
— Мы только что говорили о том, можно ли обычного человека научить вещам необычным, — прервав неловкое молчание, весело сказал рыжеволосый. — Не попробуете ли, король, сдвинуть с места этот сундук, не прикасаясь к нему? — И он указал на большой кованый сундук у стены.
— Я не чародей… не волшебник… — выдавил из себя король.
— И все же, прошу вас, попробуйте. — Неожиданно для короля рыжеволосый мальчишка схватил его за руку и увлек за собой, к сундуку. — Посмотрите на него попристальней, и, я уверен, сундук сейчас зашатается.
Король взглянул на сундук и собрался было возразить, но сундук вдруг затрясся, его крышка с грохотом откинулась, и во весь рост в нем встал маленький черноглазый мальчик. Король вздрогнул от неожиданности. Мальчик беззлобно рассмеялся, выскочил наружу и принялся бегать по залу. Все вокруг захохотали.
Король сильно покраснел и, резко повернувшись на каблуках, пошел к двери, но рыжеволосый догнал его и положил ему руку на плечо.
— Шутка не удалась, извините… Я хотел развеселить вас, и только. — Король остановился. — Если позволите, мы побудем вашими гостями еще некоторое время. — Рыжеволосый обернулся к стоящему у окна мальчику. — Дизи, помоги мне. — Они подошли к трону, склонились над человеком и, подхватив его, перенесли в кресло у печи. Полы мантии разлетелись в стороны, и король увидел, что у человека нет ног… — Прошу вас, король, садитесь.
Король подошел к мальчикам, взглянул на пустой трон, но садиться не стал.
— Называйте меня Властиславом, — сказал он.
Рыжеволосый задумчиво посмотрел на короля.
— Вы мне нравитесь, Властислав, — серьезно сказал он. — Меня можете называть Александром, моего друга — Дизи. Это тоже наш приятель, Федор. — Он поискал глазами. — А где Рики?…
— Наверное, к Павлику побежал, — сказал парень без ног.
— У вас сегодня трудный день, Властислав, — продолжал рыжеволосый, — но уже завтра вам станет легче. Вы мужественный человек, и примете все, что послано вам судьбой. На вашем поясе меч — в этом времени он тоже может пригодиться. Я дам вам один хороший совет. Не пытайтесь понять все сразу. И доверьтесь нам. — Король слушал эти странные речи, и на душе у него почему-то стало спокойнее. — И еще… — Рыжий мальчик подошел к королю вплотную и как-то особенно доверительно и просто произнес: — То, что произошло с вами, — чудо. И на вашем месте я радовался бы этому.
Король неуверенно кивнул, повернулся и медленным шагом вышел из тронного зала.
3.
Рассвет выдался серым и холодным. Ветер гнал над замком тучи, они быстро мелькали на небе, роняя тяжелые редкие капли. Тоскливая тишина, прерываемая только свистом ветра, наводила на Яна уныние, и ему отчаянно захотелось увидеть отца и мать.
Напрасно потратив на их поиски целый час, он спустился во двор и, повинуясь какому-то безотчетному порыву, вошел в покои Кора, занимающие весь первый этаж северной башни. Осторожно и неслышно ступая в полумраке, Ян миновал две комнаты и оказался у большой залы, некогда служащей брату и гостиной, и спальней одновременно.
Словно ледяная рука сжала его сердце…
Сквозь неплотно задернутые бархатные портьеры на окнах, выходящих во двор, струился мутный свет, и все здесь было, как прежде — тяжелый спертый воздух, пробирающий до костей холод, тусклое сияние множества золотых и серебряных вещей, которые всегда имели над Кором особую власть… И едва уловимый, опасный, устрашающий запах зверя…
Посреди залы, скорбно застыв на стуле с высокой резной спинкой, сидела королева. Она разговаривала с королем, который расхаживал вокруг нее, скрестив на груди руки. Ян замер в дверях и, оставаясь незамеченным, прислушался.
— Ты говоришь, волка убили почти сразу после… моей смерти? — Голос короля был хриплым. — Кто его убил?
— Любомир, — не поднимая глаз, очень тихо ответила королева. Ее бледное прекрасное лицо сияло в полумраке, как луна среди туч.
— Дорогой друг… — воодушевляясь, пробормотал король. — Я надеялся на тебя, Любомир… И что? Это действительно был оборотень?
— Какие глупости! — неожиданно горячо возразила королева. — Самый обычный волк, только черный и крупнее других. Мертвым его долго возили по деревням, чтобы успокоить крестьян…
— Это правильно, — кивнул король. — Кор правил долго?
— Долго и мудро, — подтвердила королева. — Твои опасения были напрасными. У Кора оказался настоящий талант. Никогда еще наш народ не жил в таком достатке…
Король просветлел лицом.
— На ком он женился?
— О, ты же знаешь Кора — он всегда был непрост… Он выбрал себе в жены настоящую принцессу. Очень горда, даже высокомерна, не в меру самостоятельна — но красавице, да к тому же еще и королеве, не пристало быть простушкой…
Король рассмеялся.
— Представляю ваши перепалки…
— Ну, нет, до этого дело не доходило, — улыбнулась королева. — Я не вмешивалась в их отношения.
— Внуки?…
— Двое… мальчик и девочка…
— А как… Ана?…
Ян не сводил с матери глаз и видел то, чего не замечал отец — королева очень волнуется, хотя изо всех сил скрывает это. Ей плохо, страшно. И ей все труднее говорить. Он выступил вперед и громко произнес, стараясь, чтобы его голос звучал весело: