Апокалипсисы
Итак, закон против христиан был принят Сенатом еще при жизни Тиберия, умершего в марте 37 года, иными словами, в 35–36 годах.
Нетрудно понять, какой удар это утверждение наносит по теории «маленького ручейка». Теория «маленького ручейка» утверждает, что распятие Иисуса было ничтожным событием, не замеченным его современниками. Но если Сенат — не провинциальный служака Пилат, не Синедрион, не сирийский наместник, даже не лично Тиберий, а целый сенат, двести почтенных римских аристократов с родословными, восходящими ко временам Ромула и Рема, — принял постановление, запрещающее христианство и позволяющее предавать христиан казни за одно только имя, то о «тоненьком ручейке» и «ничтожном лузере» и речи быть не может.
Христиане удостоились от Сената документа, которого не удостоился от Сената ни один последующий иудейский бунтовщик, включая даже лидеров Иудейской войны!
Но как это возможно? — спросите вы. Конец тридцатых годов было временем, когда римскому владычеству угрожала кровожадная «четвертая секта». Как получилось, что Римский сенат, вместо того чтобы бороться с террористами-зилотами, принял постановление против мирных христиан? И как получилось, что тест, впоследствии применяемый им к сикариям и зилотам, был тот же самый, что и тест, применявшийся к христианам?
Чтобы ответить на этот вопрос, обратимся к другим христианским текстам.
Мы только что подробно разбирали Евангелие от Марка, которое мы назвали первой биографией Христа. Это правда — никаких текстов, подробно рассказывающих о земной жизни Христа и написанных раньше Марка, до нас не дошло.
Однако до нас дошли другие тексты, в которых о земной жизни Христа ничего не говорится, но сам Христос описывается яркими, даже незабываемыми красками. Один из этих текстов входит прямо в состав Нового Завета и называется «Откровение Иоанна Богослова».
С него и начнем.
Откровение Иоанна Богослова
«Откровение Иоанна Богослова» представляет собой описание чудовищной череды катастроф, обрушивающихся на мир. Если кумранская «Война сынов тьмы против сынов света» — это римейк Книги Иисуса Навина, то Откровение Иоанна — это римейк Исхода, точнее, десяти казней египетских, которые Моисей обрушивает на египтян.
В Торе Моисей превращает реку в кровь (Исх. 7:17), и в «Откровении» третья часть моря делается кровью (Откр. 8:8); в Торе Моисей насылает жаб, мошек, моровую язву, град, саранчу и тьму, и в «Откровении» ангелы трубят и насылают на мир моровую язву, град, саранчу и тьму.
«Откровение» отличается от исходного текста, как голливудский блокбастер со спецэффектами — от скромной классической пьесы.
У Моисея была просто саранча, а у Агнца — саранча с золотыми венцами, человеческими лицами и скорпионьими жалами. У Моисея людей жалят «песьи мухи», а у Агнца — конские хвосты, кончающиеся змеиными головами, и на конях этих сидят всадники, «которые имели на себе брони огненные, гиацинтовые и серные; головы у коней — как головы у львов… а хвосты их были подобны змеям, и имели головы, и ими они вредили» (Откр. 9:17–19).
Невнимательный читатель может подумать, что все эти тотальные бедствия — моря, превратившиеся в кровь, звезду Полынь, всадника по имени «смерть», мор, голод, язвы и саранчу — насылает на мир Сатана.
Но на самом деле их насылает Христос. Это по велению Христа поражается третья часть солнца и третья часть звезд, и умирает третья часть тварей, живущих в море, и жалит саранча с броней и золотыми венцами, и гибнут все язычники и все грешники.
Гибели избегают только сто сорок четыре тысячи избранных, по двенадцати тысяч из двенадцати колен Израилевых, запечатанные печатью Христовой. Печать Христова — это крещение, и это выражение, «печать», автор «Откровения» заимствует прямиком из «Дамасского документа», где сообщается, что в день Последнего Суда избранные будут отмечены «метой на лбу», а все остальные «будут преданы мечу»[412].
Автор «Откровения» ничего не знает о том, что Христос пришел проповедовать язычникам. Наоборот: он считает, что последователями Иисуса могут быть только евреи.
Христос в «Откровении» ничего не знает о всепрощении и любви. Точно так же, как и кумранский Мессия, он — сверхъестественное существо, задача которого — поражать грешников.
«Глава Его и волосы белы, как белая волна, как снег; и очи Его, как пламень огненный; и ноги Его подобны халколивану, как раскаленные в печи, и голос Его, как шум вод многих. Он держал в деснице Своей семь звезд, и из уст Его выходил острый с обеих сторон меч; и лице Его, как солнце, сияющее в силе своей» (Откр. 1:14–16).
Слова «христианин» Иоанн не знает. Он не употребляет его никогда. Как и обитатели Кумрана, он называет последователей Мессии «святыми». Он называет их «царями и первосвященниками» (Откр. 1:6) (ср. в «Дамасском документе»: «Бог назвал их князьями, ибо они искали его»). Более того, он называет глав семи малоазиатских церквей «ангелами».
Именно эти главы семи церквей, ангелы и святые, трубят в трубы и выплескивают чаши гнева Божия на землю. Мы здесь видим точно такое, как у кумранитов, мистическое представление о людях-ангелах и людях-святых, которые сражаются плечо о плечо с Мессией.
Иоанну свойственно очень высокое представление о роли этих святых.
«Побеждающему дам сесть со Мною на престоле Моем» (Откр. 3:21), — говорит Иисус. Это то самое представление, которое жестоко высмеет Марк, изобразив Сынов Громовых, Иакова и Иоанна, жестоко препирающимися по поводу будущих небесных чинов: «Дай нам сесть у Тебя, одному по правую сторону, а другому по левую в славе Твоей» (Мк. 10:37). В «Откровении» то же самое обещание: смертный сядет на Престоле рядом с Господом — звучит совершенно всерьез.
Но даже и троны еще не предел! В «Откровении» содержится удивительный по силе рассказ о двух мучениках Иисуса, «двух светильниках», «двух маслинах» Божиих.
Эти две маслины наделены необыкновенной силой. Они умеют извергать из своих уст огонь, наводить мор, язву и засуху.
«Они имеют власть затворить небо, чтобы не шел дождь на землю во дни пророчествования их, и имеют власть над водами, превращать их в кровь, и поражать землю всякою язвою, когда только захотят» (Откр. 11:6). «И если кто захочет их обидеть, то огонь выйдет из уст их и пожрет врагов их» (Откр. 11:5).
Огонь, который выходит из уст «двух маслин», сразу напоминает нам о знаменитой сцене в Евангелии от Луки. В этой сцене два ученика Иисуса, Иаков и Иоанн, хотят поразить огнем самарийскую деревню: «Видя то, ученики Его, Иаков и Иоанн, сказали: Господи, хочешь ли, мы скажем, чтобы огонь сошел с неба и истребил их, как и Илия сделал?» (Лк. 9:54). На это Иисус отвечает, что Сын человеческий пришел спасать живые души, а не губить.
Сцена в Евангелии от Луки не только является прямой полемикой со сценой из «Откровения Иоанна Богослова». Она непонятна без него. В самом деле, ведь что просят в Евангелии от Луки Иаков и Иоанн? Они не хотят истребить деревню мечом — это было б несложно. Они даже не просят, чтобы Иисус дохнул на деревню огнем из своих уст. Они просят Христа дать им силу уничтожить деревню огнем из их уст. Немудрено, что Иисус, к которому они пристали с такой просьбой, уходит от темы.
Их просьба совершенно непонятна без бэкграунда в виде идеологии, которую демонстрируют кумранские тексты и «Откровение»: ученики Мессии сами являются магическими существами. Они сами суть ангелы и святые. Они сами являются частью царства святых Царя святости. Они сами могут совершать чудеса. И эти чудеса выражаются в истреблении их противников. «Если кто захочет их обидеть, тому надлежит быть убиту» (Откр. 11:5).
Дальше — больше.
Иоанн, пророчествуя задним числом, описывает дальнейшую необыкновенную биографию «двух светильников».
Они будут убиты Антихристом — зверем, вышедшим из бездны. Трупы их будут оставлены посереди Иерусалима, и народ будет глазеть на них три дня. Через три дня они оживут на глазах своих врагов, раздастся Бат Кол (Небесный Голос), и «два светильника» вознесутся на небо на облаке, а город содрогнется от землетрясения.
«Откровение», так же, как и кумранские тексты, ничего не говорит о земной биографии Мессии. Его Христос — это сверхъестественное существо, из его уст выходит острый меч, а его глаза — это семь звезд, семь ангелов, семь начальников церквей. Странно было бы такому существу умереть, хотя бы и для того, чтобы воскреснуть.
Зато умирают и воскресают в «Откровении» верующие в Иисуса! И эти верующие, как и в Кумране, обладают гигантскими, невероятными, мистическими способностями: они выдувают огонь из уст, они превращают воды в кровь, они наводят на людей саранчу с золотыми венцами, они возносятся на небо, и — наконец, отметим этот момент и вернемся потом к нему — они сидят на небе на престолах в белых одеждах и золотых венцах (Откр. 4:4).
Когда было написано «Откровение»? Традиционная датировка церкви, следующей в данном случае за Юстином Мучеником, писавшим в 160-х годах, гласит, что оно было написано во времена императора Домициана (81–96 гг. н. э).
Однако эта дата не выдерживает никакой критики. Это легко видеть из трех обстоятельств. Во-первых, Иерусалимский храм упоминается в нем как еще стоящий. Во-вторых, Антихриста, который описывается в нем, легко идентифицировать с императором Нероном.
В греческом и древнееврейском буквы использовались также в качестве чисел, и греческое «Нерон Кесарь», транслитерированное на иврит, давало в сумме именно число шестьсот шестьдесят шесть. Для целевой аудитории «Откровения», знавшей в большинстве своем оба языка, особого шифра в числе «шестьсот шестьдесят шесть» не было. Соответствующий текст после минимальной расшифровки гласил: «Здесь мудрость. Кто имеет ум, тот сочти число зверя, ибо это число человеческое. Число его НЕРОН КЕСАРЬ» (Откр. 13:18).