Юго вспомнил, что в бассейне Алиса сказала ему, что уезжает из Валь-Карьоса в среду.
– Но отвожу-то всех я, – возразила Лили. – Она не могла добраться туда сама.
Юго указал на шкаф:
– Или сбежала, или ночует у кого-то напоследок. Она была близка с кем-то из парней?
Заглядывая в ящики прикроватной тумбочки, Лили покачала головой. Возможно, я только фантазирую, но, судя по тому, что вчера она была готова пойти на небольшое водное приключение со мной, Алиса не из пугливых… Она вполне могла с кем-то сойтись, чтобы с размахом отметить свой отъезд. Выбор невелик. Если не любить стиль викингов, то из соревнования сразу же выбывает Эксхел, Людовик может помериться сексуальностью разве что с полурастаявшим снеговиком, а что касается трио Арман – Поло – Мерлен, то они с Алисой точно из разных профсоюзов. Деприжан и Макс: немыслимо. Оставался А. С. Или Джина… Девушки вроде бы неплохо ладили… Если не считать того, что Джина ужинала с ними.
– А. С. сегодня тоже не было за столом, ты можешь представить их вместе? – спросил он.
– А. С. почти никогда не ужинает с нами, чаще всего он уходит к себе.
– Но ведь он мог ее пригласить? У меня создалось впечатление, что… она не отказалась бы пофлиртовать напоследок… Короче, мне так показалось…
Лили была последним человеком, которому Юго хотел бы рассказать о своих вчерашних сомнениях и колебаниях. Наконец она вяло кивнула:
– Возможно.
– Если не может уехать сама, где она тогда, по-твоему, сейчас находится? У кого-то еще есть ключи от машины?
– Да, но обычно так не бывает…
– Могу поспорить, что она у А. С. Или у Джины…
Прежде чем выйти в коридор, Лили в последний раз окинула взглядом квартиру:
– Наверное, ты прав. Лучше бы она меня предупредила.
Пока они молча шли по коридору, мозг Юго работал в полную силу. Ему хотелось быть оптимистичным, успокоить Лили, но теперь и он должен был признать, что исчезновение Алисы – если это действительно исчезновение – тоже начало его беспокоить. Допустим, она собралась хорошо провести время или хотя бы ночь с подругой – почему бы и нет, или надраить до блеска квартиру, чтобы не возиться с уборкой в день отъезда, это он мог себе представить. Но зачем она собрала все свои вещи? Чтобы чемоданы стояли у выхода и не нужно было возвращаться наверх. Чтобы сэкономить время. Такое предположение имеет смысл.
– У вас здесь есть камера хранения? – спросил он.
– Есть, и не одна. Но, в конце концов, если она решила опоздать на поезд, это ее дело, тем хуже для нее. Я пошла спать.
Юго прекрасно понимал, что Алиса и Лили не партнерши и не обязаны информировать друг друга о том, где проводят ночь. Так почему же он не мог избавиться от этого неприятного чувства? Что именно его волновало? Он был не в состоянии выразить это словами. И не успел ничего сказать, как Лили пожелала ему спокойной ночи и в плохом настроении стала спускаться по лестнице.
Он так и остался стоять на площадке, погруженный в свои мысли, пока не сработал таймер и лестница не погрузилась во тьму. Я не боюсь темноты. Я спокоен. Он вытянул руку, нащупывая на стене выключатель. В темноте нет ничего страшного, по крайней мере в реальности.
Кроме глухого, ехидного голоса, который сладострастно нашептывал:
Сожрать.
Тебя.
Вторым выходным для Юго стала среда. Воскресенье было общим для всех, а еще один свободный день давался в соответствии с расписанием каждой команды. Он выбрал среду, чтобы разделить неделю на две части.
Выходя после завтрака из столовой, он столкнулся с Эксхелом.
– Ты увлекаешься играми?
– Какими именно?
– Настольными, стратегическими, какими угодно.
– Ну… иногда «Time’s Up!»[21], пьянка с приятелями, это считается?
Эксхел буркнул:
– Хочешь попробовать?
Юго был не слишком склонен к играм, тем более в девять утра, но не знал, как выйти из положения, не обидев рыжего великана, и понимал, что рано или поздно тот может стать его союзником.
– Разве тебе сейчас не нужно ишачить?
– Я отвечаю за информационные технологии, так что ишачу, когда захочу, лишь бы ничего не ломалось.
Боже, если ты существуешь, подари мне вирус, чтобы я мог отправить его на сайт лыжного курорта…
– Хорошо, только не слишком долго, я утром собирался на пробежку.
Эксхел посмотрел на него так, словно Юго только что его укусил:
– Ты собираешься на пробежку? По горам?
– По дорожке, в тренажерном зале.
– Зачем?
Юго хотел было в ответ предложить ему просто сравнить их внешний вид, но промолчал, и они уселись на белые диваны лицом к окнам. Эксхел попросил подождать и вернулся с небольшой колодой карт. Юго опасался, что он притащит огромную коробку, набитую миниатюрами, – такая игра по инструкции длится четыре часа, а в реальности – шесть.
– «Звездные империи»[22], вот увидишь, это несложно. Тактика и развлечение. Идеально для новичков.
Юго дважды заставил его повторить правила; ему хотелось повеситься, и он не питал иллюзий: играл он из рук вон плохо.
Увидев через окно Лили, которая спешила к Материнскому кораблю по заросшей травой эспланаде, он ухватился за этот шанс:
– Прости, я только что вспомнил, что обещал Лили помочь ей, а она вон как раз прошла мимо…
Торопясь покинуть комнату походкой, свидетельствующей о том, что мышцы у него все еще ломит, он поклялся себе, что придумает дюжину отговорок, чтобы в следующий раз отвертеться.
Когда он добрался до Материнского корабля, Лили уже скрылась внутри. Юго несколько раз окликнул ее, и логика повела его на верхний этаж, в административный отдел – царство Адель и Деприжана. Представить себе, что они трахаются, было невозможно. Зачем я это воображаю? Какое-то извращение…
– Лили?
Он услышал доносившиеся из кабинетов голоса и постучал в дверь секретарши. Женщины разговаривали.
– Я за нее беспокоюсь, – сказала Лили.
– Не о чем беспокоиться – ну что, по-твоему, с ней могло случиться? – возразила Адель, поздоровавшись с Юго.
Он спросил Лили:
– Так и не нашлась?
– Нет, и вчера весь день ее никто не видел. Я спрашивала.
– Машина на месте?
Адель рассмеялась:
– Алиса не стала бы угонять машину! Может, плачет где-то в укромном уголке, что пора уезжать, а может, ей захотелось совершить какое-то безумство и переночевать в одной из квартир Большого Б или… Кстати, вы не проверяли, не пропал ли ключ от какого-нибудь шале? Если бы мне было двадцать пять и у меня оставалась последняя ночь в Валь-Карьосе, я бы точно устроилась там, наслаждалась бы видом, валялась бы все утро и завтракала в постели!
– Проверю, – согласилась Лили.
– А еще загляни в концертный зал в Башне, Макс рассказывал, что А. С. тайком водил туда девушку или даже двух смотреть кино, так что, возможно, она знает про этот вариант…
Лили снова кивнула, а Адель все не могла остановиться:
– Я тоже постараюсь разузнать, хорошо? Она где-то недалеко. Во сколько у нее поезд?
– Не знаю, вчера мы должны были встретиться, чтобы рассчитать время выезда отсюда.
– Скорее всего, в тринадцать пятьдесят. – Адель взглянула на часы. – Но ей придется поторопиться, если она не хочет опоздать.
Юго настоял на том, что пойдет искать Алису вместе с Лили. Они направились в другой конец этажа, в коридор, куда выходили мансарды служащих. Везде было пусто. Затем сошли вниз, и Юго предложил заглянуть в бассейн.
– Она говорила, что обожает это место, как знать?
Но никаких следов девушки там не обнаружилось.
– Этой зимой Алиса большую часть времени работала в зоне проката оборудования. А вдруг она вернулась туда в приступе ностальгии? – предположила Лили.
Она привела его в помещение, заставленное стеллажами, которые были забиты лыжными ботинками, издававшими малоприятные ароматы; Юго не удержался и бросил свою любимую присказку:
– Воняет, как в спортзале!
Лили не обратила на это внимания: то ли не смотрела фильм «Балбесы»[23], то ли посчитала, что сейчас не самый подходящий момент для острот, и была права, заключил Юго, сообразив, что выступил не по делу.
Они протискивались между десятками шкафчиков, затем оказались в соседней почти такой же большой комнате, где, задрав к небу носы как копья, словно готовясь покорить Савойю, стояли шеренгами тысячи лыж.
– Алиса? – окликнула подругу Лили. – Алиса, ты здесь?
Ответа не последовало. Лили встала у входа, уперев руки в боки.
– Шале – это хорошая идея, – вдруг заключила она и, забежав в комнатушку за стойкой регистрации, осмотрела металлический шкаф, полный ключей.
– Абсолютно все на месте. Значит, не в шале.
– Ты же говорила, что летом вы ничего не запираете?
Лили надула губы:
– Нет, запираем. Иди сюда.
Они были на пороге, когда сверху раздался голос Адели:
– Все в порядке, мы нашли ее!
Они бросились к лестнице и, запыхавшись, вбежали в кабинет Филиппа Деприжана, который прижимал к уху трубку стационарного телефона. Он покачал головой.
– И она вам звонила? – спросил он. – Очень хорошо.
Деприжан одними губами произнес слово «такси» и нагнулся, чтобы включить громкую связь. На другом конце провода мужчина с протяжным местным говором разъяснял низким, хрипловатым голосом:
– Да-да, я высадил ее вчера у гостиницы напротив вокзала, еще не было и трех часов дня.
– Невысокая блондинка? – уточнял директор.
– Ну да, я же вам уже говорил, симпатичная девушка.
– Где она к вам села? – вмешалась Лили.
– Э-э, здравствуйте, мадам… Ну, там, наверху, конечно, в Валь-Карьосе.
Лили не смогла скрыть изумления:
– А она не сказала, почему уезжает вот так, на такси?
– Я не спрашивал, клиенты делают, как им лучше. Но мы с ней немного поболтали по дороге, она сказала, что терпеть не может прощаний, если я правильно понял.