– Да-да…
Но ее тон свидетельствовал об обратном. Юго придвинулся ближе:
– Эй, Лили, что-то не так?
– Ничего, глупость какая-то…
– Я король глупости, в этом меня не переплюнешь, уж ты мне поверь. Выкладывай. Я что-то не то сказал?
Она покачала головой:
– Вы решите, что я совсем дебилка.
Джина и Юго почувствовали, что атмосфера внезапно изменилась, шутить расхотелось. Юго поставил стакан.
– Страфа? – вполголоса спросил он.
– Просто… Джина, когда ты сказала про…
– Вампира?
– Что легко найти жертву. Ну и…
Лили наблюдала за их реакцией, чтобы понять, стоит ли ей продолжать, или ее поднимут на смех.
– Выкладывай, – нетерпеливо произнес Юго; выглядел он куда серьезнее, чем раньше.
– Вы обещаете, что не станете параноиками?
– Я уже и так параноик. Давай.
По ее лицу Юго видел, что она все-таки не до конца уверена, что стоит продолжать.
– За эти годы здесь, в Валь-Карьосе, исчезло довольно много людей.
– Довольно много? Типа больше, чем в среднем по статистике?
Лили переводила взгляд с одного на другого:
– До приезда сюда никто из вас не проводил никаких расследований насчет курорта, верно? Схожу-ка я за компьютером.
Усевшись на диван, Джина взяла подушку и теперь закрывалась ею, как щитом. Лили поставила перед собой принесенный из своей комнаты ноутбук и включила его.
– Для сотрудников это не секрет, – объяснила она, – но они не любят обсуждать эту тему. Особенно Филипп – его раздражает, когда кто-то считает его «маленький рай» не таким уж прекрасным. Когда я приехала, мне впервые рассказал об этом один сезонный рабочий, который уже много лет проводит на курорте каждую зиму.
– Не уверена, что мне это понравится, – предположила Джина.
– До сих пор я просто старалась об этом вообще не думать. Задвигала подальше в сознание с надписью вроде «подозрительные вещи, о которых лучше забыть». Но меня это по-прежнему тревожит, ничего не могу поделать.
– Это не похоже на уход мужа или побег ребенка? – спросил Юго.
Лили покачала головой, не зная, что ответить.
– Я запретила себе зацикливаться, не продолжала поиски, но вот что мне попалось в интернете за эти годы. Череда несчастных случаев. Похоже, в долине нас называют «курортом невезения».
– Поэтому ты больше всех волновалась из-за Алисы?
– Совру, если скажу, что мне это не приходило в голову.
– Ой, вы меня пугаете, – призналась Джина. – Это не шутки, вы серьезно?
Подключившись наконец к вайфаю, Лили ввела в поисковую систему название курорта и задала «поиск пропавших людей». Появилось несколько страниц результатов. Похожие названия. Вот только даты не совпадали. 2017. 2015. 2010. 2006… Юго даже заметил в середине 1998 год.
– Давай, открой любую.
Лили послушно нажала на ссылку, и они наткнулись на статью в газете «Дофине либерэ» под заголовком «Тревожное исчезновение в Валь-Карьосе». Семнадцатилетняя девушка не вернулась домой после вечера на дискотеке с друзьями. Она устала и, бросив компанию вскоре после полуночи, отправилась домой одна, а родители, проснувшись и не найдя дочь, забеспокоились и заявили о ее исчезновении. Дальше Юго прочитал вслух:
– «Жандармы обнаружили машину отца, припаркованную у станции Мондофен-Гийестр, а родители сообщили, что из дома пропал чемодан и некоторые вещи дочери, что дало основания предположить, что она сбежала, хотя родители решительно отрицали эту версию и утверждали, что ничего не предвещало побег…» О’кей. Вернись назад и открой другую страницу, давай посмотрим.
В следующем сообщении говорилось о трех лыжниках, пропавших в горах над Валь-Карьосом. Местный проводник-альпинист заявил, что если они решили покататься за пределами горнолыжной трассы, то их тела будут найдены, только когда растает снег и кто-то возьмет на себя труд искать их в отдаленных долинах. В статье не говорилось, была ли предпринята такая попытка.
– Тебе как лыжному инструктору это кажется правдоподобным? – спросил Юго.
– Здесь отличная горнолыжная зона, но многие предпочитают так называемое внетрассовое катание. Пока эти смельчаки остаются на теневом склоне, все более или менее в порядке, они спускаются сюда, и в худшем случае мы можем поискать и найти их. Но иногда попадаются отчаянные, которые отправляются на южный склон… А если окажешься на вершине горы, будешь спускаться по неправильному склону и заблудишься, то там вообще ничего нет – ни деревушки, ни живой души, и уж тем более места, где можно спрятаться от схода снега или переночевать без специального снаряжения. В сезон мы проводим большую предупредительную и профилактическую работу, и в большинстве случаев люди соблюдают правила…
Джина указала на другую статью, озаглавленную «Лавина в Валь-Карьосе, трое пропавших без вести». В тексте их ждали сюрпризы: ни одно тело не найдено из-за многочисленных глубоких расщелин, затрудняющих доступ даже специализированной бригаде жандармов. В последующие годы было совершено несколько самоубийств. Чаще всего постояльцы вешались в квартирах, несколько человек бросились со скал или балконов, а одна женщина среди ночи забралась на вершину горы, после чего сняла с себя всю одежду и замерзла, – по крайней мере, к такому выводу пришло следствие, обнаружив ее обнаженное обледеневшее тело.
– И ты говоришь, что не стала параноиком? – прокомментировала Джина. – А вот я уже начинаю сходить с ума. Серьезно, куда мы попали?
– Надо проверить, что говорит статистика: больше ли здесь смертей, чем в других местах… – попыталась успокоить ее Лили. – Я это все время себе говорю.
– Мне не нужно знать статистику, чтобы понять, что это выше нормы, – возразил Юго в нарастающей тревоге. – Исчезновения и побеги, лавины, потерянные и не найденные туристы, самоубийства… А сколько того, о чем мы еще не успели прочесть! Все это взаимосвязано. То есть ненормально.
Джина помрачнела:
– Мы не спорим, а ищем объяснение большому числу… «несчастных случаев». Это не похоже на нечто сверхъестественное.
Джина сделала акцент на последнем слове, чтобы подчеркнуть его неуместность.
– Разве не ты говорила о «вампирах»? – возразила Лили с легким сарказмом.
Джина указала на Юго:
– Это все он. Я просто прикалывалась…
Виновник почесал затылок, снова переместился к ближайшему окну и махнул рукой в сторону освещенного особняка.
– Если вам нужен настоящий псих, то вот он.
– Ты знаешь, сколько ему лет? – парировала Лили.
– Не важно, но там что-то нечисто. Ты поднималась к нему?
– Нет, но однажды столкнулась с ним здесь…
– А надо бы. И обязательно пройди через лес!
– Из-за тотемов? Из-за рож на стволах?
– Так ты о них знаешь?
– Слышала от А. С.
– Это он их вырезал?
В таком случае он приступил к делу очень давно, потому что некоторые лица вырезаны не меньше двадцати лет назад, подумал Юго.
– Нет, но он мне рассказывал. Он говорил, что фермеры ставят пугала на полях, чтобы отпугивать птиц, а Страфа – чтобы прогнать любопытных.
– Готов поверить, что это помогает, но способ какой-то уж больно извращенный!
– О чем речь? – спросила Джина.
Юго объяснил, и девушка еще крепче прижала колени к груди, сминая подушку. Они задумались и умолкли, слышалось только потрескивание пламени в камине.
– За три года ты не заметила здесь ничего странного? – обратился Юго к старожилу в их трио.
– Никаких исчезновений, если ты об этом. Скажу еще раз: давайте без паранойи, я просто хотела поделиться с вами своими ощущениями и не собиралась пугать так, чтобы вы в ужасе лезли на стены.
Джина совсем погрустнела:
– Ты серьезно? Мы сидим здесь, в тепле, и… размышляем о том, что, возможно…
– Ну-ну, говори, произнеси это слово, – подначил ее Юго.
В ответ Джина отрицательно помахала указательным пальцем.
– Это несчастные случаи, – тихо повторила Лили, как бы убеждая саму себя.
Юго оставался при своем мнении. Он произнес то самое слово:
– Убийца. Вот о чем мы сейчас думаем.
Девушки переглянулись, готовые вот-вот расхохотаться нервным смехом, догадался Юго, и не потому, что им смешно, а просто чтобы снять сильное напряжение. Юго нанес решающий удар:
– А что, если в Валь-Карьосе скрывается психопат? Уже много лет? Он действует тайком и остается незамеченным.
После его слов в Аквариуме повисла свинцовая тишина.
– Нельзя делать такие выводы, почти ни на чем не основываясь, это явное преувеличение, – после минутного размышления сказала наконец Лили.
– И любой полицейский от души посмеется, если ты ему это скажешь, – согласился Юго. – Но я задаю вопрос вам.
Джина резко тряхнула головой:
– Я люблю страшилки, но это же просто жуть.
Юго взглянул на Лили, которая явно думала так же.
– Но мы же просмотрели всего несколько статей, – напомнил он, – а их немерено.
– Инциденты – согласна, но ничего криминального, – ответила Лили.
– Настораживает их количество.
– Интригует, – тут же поправила его Лили.
– И их регулярность, – вмешалась Джина. – Я хочу сказать, что они случаются постоянно.
– Но уже три года ничего не происходило, – заметила Лили.
Юго уточнил:
– Ничего, что привлекло бы внимание СМИ, – это не совсем одно и то же.
– Алиса… – начала было Джина.
– Алиса уехала домой, – оборвала ее Лили.
Юго пристально взглянул на нее:
– Ты уверена? Ты с ней говорила?
– Нет, а Деприжан – да, и таксист…
Все трое снова замолчали; тишина нарушалась лишь потрескиванием огня в камине.
– Но ведь думаем мы об одном и том же? – спросила Джина.
– Нет, я не верю, – ответила Лили. – Филипп и мухи не обидит, даю голову на отсечение. Кроме того, вы их видели? Неужели они с Аделью – пара психопатов? Чушь собачья.
– Хорошо, допустим, не Алиса, – согласился Юго. – Но как насчет остальных? Когда «несчастные случаи» происходят с такой регулярностью, поневоле задумаешься… А что, если за всем этим стоит чья-то злая воля?