— Хитро придумано, боярин. Очень хитро. Но ведь среди них могут быть и умные, которые раскусят нашу игру?
— Вот для этого ты и нужен, — я допил свой чай и поставил подстаканник на стол. — Будешь следить за каждым, вычислять опасных, подбрасывать каждому свою версию «правды». Справишься?
— А то! — Коршунов выпрямился. — Устрою им такой цирк с конями, что до конца жизни не разберутся, где правда, а где морок!
Мы ещё с полчаса обсуждали детали — кому какую информацию скармливать, как организовать слежку за самими шпионами, как использовать их рапорты для дезинформации конкурентов. Коршунов делал пометки в блокноте. Конкуренты, надеясь помешать, сделали нам неожиданный подарок.
Оставив дом Коршунова, я велел Гавриле ехать на стройплощадку будущей фабрики. День выдался на редкость продуктивным, но расслабляться было рано.
Совсем недавно Угрюм оказался счастливым обладателем полумиллиона рублей. После недолгого обсуждения, вложить их я решил в строительство фабрики по переработке Реликтов.
Цены на них после гона упали на 20%. А вот на готовую продукцию даже наоборот, немного выросли. Производители крепко держали рынок не позволяя друг другу демпинговать. Поэтому, сбывать сырьё было хоть и прибыльно, но недальновидно.
Фабрику решено было построить в Посаде. Там было легче и со строительством, и с монтажом оборудования, и с рабочими руками. Угрюм для такого строительства пока был маловат.
Проблемы с землёй и с лицензией не возникло. Мне хотелось бы верить, что князь Оболенский думал при этом о выгодах для своего города, а не о собственных прибылях по облигациям.
В любом случае, личная заинтересованность «сильных мира сего» в моих проектах давала первые плоды.
Фабрику решили строить в два этапа. Сначала разместить оборудование в снятом в аренду помещении старого склада. Там было тесно и не слишком удобно, но зато имелась возможность приступить к работе почти «с колёс».
Для второго этапа строились просторные новые производственные цеха. Туда оборудование «переедет» когда всё будет готово.
Муромец затормозил у ворот, подняв облако пыли. Навстречу мне вышли наши алхимики, Александр Зарецкий, и недавно прибывший из Московского Бастиона Евгений Аркадьевич Исаев.
Оба, вытащенные из мрака лабораторий на свет напоминали двух сов среди бела дня. Нахохлившихся и хлопающих глазами. Я выдернул их обоих на стройку из Угрюма, чтобы они профессиональным взглядом оценили монтаж промышленного алхимического оборудования.
— Ну как вам? — поинтересовался я первым делом.
— Колоссально, — покачал головой Александр. — Никогда не работал с такими объемами. Да там центрифуга по размерам больше, чем вся моя изба.
— Главное убедиться, что всё будет смонтировано правильно, — уточнил я. — Как только процесс будет запущен, можно будет спокойно вернуться в Угрюм. Уже решили, с чего начнём?
— Да, ваша светлость, — старомодно обратился ко мне Исаев. — Начать можно с переработки Жилотрава и Тенелиста. Они требуют довольно простых процессов и в то же время из них можно делать популярные средства. Например «Кровь земли» из Жилотрава укрепляет кровеносную систему и улучшает циркуляцию энергии. А «Чистый поток» из Тенелиста пользуется спросом среди магов, он очищает каналы от шлаков…
— Прохор Игнатьевич, хорошо что вы приехали! — подбежал ко мне вдруг молодой мужчина в строительной каске. — Там такое! Стройка может серьёзно задержаться.
Прораб, вспомнил я. Фамилия, кажется, Матюшин. Мне его порекомендовали как молодого, но очень грамотного специалиста. Интересно, что же его так разволновало?
Я поспешил за ним. Мы пересекли стройплощадку, добрались до огороженного колышками и лентами участка. Прораб молча указал вниз.
В траншеях вырытых под фундамент стояла вода. Она же брызгала из-под сваи, которую забивали по сути в жидкую грязь. Вся территория под строительство новых корпусов быстро превращалась в болото.
— Твою ж… — выругался я. — Кто делал экспертизу участка перед стройкой?
Прораб потупился:
— Чиновник из городской управы. Клялся, что всё проверено…
— За сколько клялся? — спросил я, уже догадываясь в чем дело.
— Э… триста рублей просил, — покраснел Матюшин. — Сторговались на двухстах.
«Вот сукин сын», — мысленно выругался я. — «Дал разрешение на стройку, даже не проведя экспертизу»
Я достал из кармана трубку, набирая номер Трофимова.
— Владимир Сергеевич! Мне нужно разрешение, на проведение магических работ в черте города.
— Платонов, погодите, — слышно было, как собеседник поморщился от моего напора. — Я понимаю, что вы хотите всего и сразу. Но есть правила и они едины для всех. Работы в Посаде проводятся местными строительными организациями имеющими муниципальную лицензию. Магов среди них я что-то не припомню.
— Владимир Сергеевич, — не стал я вступать в дискуссии. — Вы приезжайте к нам на стройку, посмотрите сами.
Трофимов появился спустя сорок минут. За это время строители сумели спасти из котлована ручную бетономешалку, а сейчас пытались вытащить наружу тяжелый молот для забивания свай. Мне пришлось укреплять почву под строительной техникой, чтобы она не ушла в глубину образующегося болота.
Личный порученец князя Оболенского был как всегда элегантен и невозмутим. Правда, когда он подошел к ограждению и заглянул вниз, спокойствие покинуло его.
Как раз в этот момент прораб Матюшин тоже узнал Трофимова. Он застыл с открытым ртом, моментально забыв, что под его руководством рабочие выравнивали высокую башню парового молота.
— Бултых!
Трофимов отступил от грязевых капель с грацией опытного фехтовальщика. Я просто не позволил им до себя долететь. А вот прораба окатило с ног до головы.
— Что тут у вас происходит? — изумился Трофимов.
— Похоже, ваши чиновники решили, что я планирую построить не фабрику, а бассейн, — я протянул ему акт экспертизы с печатью и витиеватой подписью.
На нем значилось, что уровень грунтовых вод на участке настолько низок, словно место располагается в засушливой пустыне.
Трофимов стиснул челюсти так, что по ним забегали желваки.
— Геомантов привлекать будете? — уточнил он.
Я кивнул.
— Князь будет осведомлен о вашей просьбе, — сообщил Трофимов.
— Просьбе? — я удивлённо поднял бровь, — мне кажется это больше похоже на исправление чужих ошибок.
— Хорошо, — Трофимов на мгновение задумался. — Князь будет осведомлен, но работы можете уже начинать.
— Вира! — заорали из ямы. — Вира, твою мать!
Трофимов опасливо сделал два шага в сторону.
— Позвольте забрать у вас акт экспертизы? — он протянул руку.
— Заметаете следы? — подшутил я.
— Скорее собираюсь провести воспитательную работу, — он взял у меня листок, сложил вдвое и засунул во внутренний карман. Удачи вам… — он неопределённо кивнул в сторону котлована, — со всем этим.
Я зашагал к Муромцу сразу же вслед за Трофимовым. Ситуация в городе была ясна, и чтобы её решить, надо было отправляться домой.
В Угрюм я вернулся уже в сумерках. Муромец с урчанием преодолел последний подъём, выкатился на центральную площадь.
Войдя в дом воеводы, я с удовольствием уселся в кресло вытянув гудящие от усталости ноги. Без малого сутки без отдыха. Все дела на завтра, а теперь спать.
В этот момент дверь распахнулась. Никакой охраны перед моим домом не имелось. От профессионального убийцы охранники не спасут. А почётный караул, который будет останавливать пришедших ко мне со срочными делами жителей, мне не нужен.
Правда, сейчас посетитель был сильно взволнован. Я увидел молодого дружинника. Судя по экипировке один из тех, что стоял на въездных воротах в острог.
— Воевода! Господин воевода! — вскрикнул он.
— Что случилось? — удивился я.
Если б случилось нападение, система оповещения уже сработала бы. Бил колокол, орали сирены. А сейчас всё было тихо.
— Там какой-то дядька на воротах наших парней строит, — выпалил дружинник.
— В каком смысле «строит»? — не понял я.
— Ну, отчитывает, — пояснил боец. — Они его на въезде проверять стали. А он из машины вылез, и говорит: «Проверяете не так, досматриваете неправильно… Откуда мол олухи такие взялись на его голову…» А мы его и не знаем совсем. При чем тут его голова?
Если изначально в мою голову закралась одна идея, то после описания, «странного дядьки» которое дал боец, она окончательно укрепилась.
Григорий Мартынович Крылов прибыл в Угрюм.
Глава 11
Я вскочил с кресла, отбросив усталость. Если мои подозрения верны, нужно срочно вмешаться, пока ситуация не вышла из-под контроля.
— Веди, — коротко бросил я дружиннику.
У ворот острога царило напряжение. Легковой автомобиль стоял перед воротами, а вокруг него собралась небольшая толпа. Григорий Мартынович — в той же потрёпанной, но чистой одежде — методично отчитывал двоих постовых.
— … и днище не проверили! Там могла быть взрывчатка, прицепленная снизу. Я же мог оказаться диверсантом. А багажник? Заглядывали? Нет! — его голос звенел от возмущения. — Документы спросить догадались только после того, как я сам напомнил. И что вы в них увидели?
Младший из постовых, паренёк лет восемнадцати, растерянно пожал плечами:
— Так всё вроде в порядке было. Печать стоит, подпись…
Крылов выхватил из рук дружинника удостоверение и потряс им:
— В порядке? Тут написано «Хан Золотой Орды»! С моей фотографией, но чужой фамилией!
Старший постовой покраснел, младший опустил голову. Я понял — читать они не умеют. Увидели официальную бумагу с печатью и пропустили.
— Что здесь происходит? — громко спросил я, подходя ближе.
— Прохор Игнатьевич, — Крылов повернулся ко мне. — Решил проверить, как у вас организована охрана. Результаты неутешительные.
На шум прибежал командир дружины, запыхавшийся и встревоженный: