Утром услал своих с поручением найти телегу и, забрав рабыню, двигаться к яхте. Что брать из запасов погреба Бурхес сам решит. А у меня ещё был разговор с королем, но приняли меня не сразу. Только в обед пригласили за стол короля.
— Ну как, граф, Вам моя коронация? — прожевав кусок оленины, вопросил Парий.
— В жизни ничего лучше не видел, — сказал я чистую правду. — Хотел пообщаться по поводу школы, у вас посол в столице есть, пусть узнает про все столичные школы для магов, но годичные только.
— Сегодня же дам команду и через Остина сообщу тебе. Как тебе твой новый участок, тот, что у мага отнял? Будешь строится?
— Да, но дел там много, оставил часть припасов и рабов, но дом строить некогда, — сознался я.
— Могу помочь, есть у меня резервы, — серьезно ответил король, — но, я так понимаю, есть у тебя и ещё желание, ты обещал подумать, — напомнил он. — Договор готов.
Я думал, время было, пока сидел на трибуне во время вассальной присяги и понял, что для меня важнее денег — моя безопасность. Глядя на кучу аристократов, я понимал — всего через четыре года, любой может попробовать на прочность меня, а ещё и с кочевниками граничу. И я решил потребовать договор о защите со стороны королевства при любом нападении. Не взаимный, а только их помощь мне. В самом деле, моя поддержка Пария может увеличить число врагов моего графства. И хорошо, что я не стал торопиться, ведь на эмоциях я хотел попросить кусок земли, тоже конечно большую ценность в этом мире, но ценность материальная.
— Да, подумал, подпишем договор, в котором ты обязуешься помогать в случае нападения на меня, — отвечаю королю, смотря ему в глаза.
— Хм, серьезная просьба, у тебя есть же защита императора пока. Ты хочешь после четырех лет безопасности ещё какое-то время иметь гарантии с моей стороны? — прикинулся дурачком король.
— Нет, не с твоей стороны, с любой! Хоть кто нападет, хоть кочевники, — начал раздражаться я.
— У меня с ними мир, — напомнил Парий.
— Я помню, — настаивал я.
— Ну хорошо, но только в оговоренных пределах, скажем не буду пропускать через свою территория твоих врагов, ну и при нападении в течение трех дней выставлю две сотни солдат. И ты не должен нападать первым, иначе защиты со стороны королевства не будет, — подумав немного, ответил король.
— Последнее сразу принимается, первое — тоже, а вот две сотни солдат — это помощь ни о чём. Один из двух сильнейших магов королевства, и не три дня, мы же рядом совсем тут, а два, или раньше. Ну и не двести, а пятьсот солдат, — начал торговаться я.
— По магу — согласен. Но откуда цифру в пятьсот рыл ты взял? Нет такой возможности, ладно триста, но это максимум. Смотри — у меня весь постоянный состав армии восемьсот человек на всё королевство плюс сотни четыре на таможнях и столько же в городах стража, но страже я не хозяин, им города платят. Собрать я могу и пять тысяч, но не сразу, — делал выкладки уже не мальчик, а государственный муж.
— Ладно, я понял. Но триста это в течении двух дней. Если война затянется, то собирай ополчение. И маг! — согласился я под тяжестью аргументов.
— На сколько лет делать договор защиты? Тоже на четыре? — деловито стал делать пометки король.
— Чего на четыре? — не понял я. — Наш договор? То есть я, бессрочно отказываюсь от прав на престол для сына короля, а ты защиту всего на четыре года? А если кто из твоих вассалов, которые с престолом пролетели, зло затаит? Бессрочный договор!
— Не бывает такого, канцелярия императора больше, чем на сто лет не фиксирует договора о мире и взаимной защите.
— Никакой взаимной защиты! Я же отказываюсь от прав на престол! Бессрочно! А ты взамен обеспечиваешь мою безопасность! Хорошо, пусть сто лет защиты, — предложил я.
— Ты опекуном ребенка можешь быть максимум шестнадцать лет, ну шестнадцать с половиной, пока он родиться — тоже пройдет время. А потом, сын короля сам будет решать, и с чего мне тебя защищать в таком случае? — напомнил мне Парий, что не я претендент на престол, а возможный сын рабыни.
— Ладно — ты прав, защита до совершеннолетия сына короля, — сдался я.
— Договор! — подвел итог спора собеседник.
— И за имением присмотри, а то там одни рабы у меня, — попросил я.
— Помощь с постройкой дома будет, что надо скажешь и присмотрю за участком, — наливая вино и улыбаясь, ответил глава государства.
Подписав три экземпляра договора, я через час с одним из них поехал в сторону моря. Ещё один пойдет в имперскую канцелярию, на утверждение. Но это формальность. С королем мы достаточно тепло простились, судя по довольному виду Пария, он не сомневался, что у Гвинереи будет мальчик и эти два голоса ему были реально важны. По пути обогнали две телеги с грузом из погреба имения, Бурхес набрал кроме вина, много тканей и кое-какую мебель.
— Что решили с садом? Погибнут же растения, — вспомнил я.
— Вытащили цветы, мальчики присмотрят, — бойко пискнула Гасна. — Светильники сами гаснут. Ах, как хорошо снаружи, под небом.
— Ты три года в подземелье просидела? — покосился на довольную девчонку я.
— Несколько раз выходила вместе с магом, а сейчас море увижу опять, я до попадания в королевство была служанкой на торговом корабле, привыкла к морю.
— Хм, у меня на яхте некомплект служанок, может тебя там оставить? — задумался вслух я.
— Я была бы рада! Я море люблю!
Два часа дороги, полтора часа погрузки, два часа пути по морю, и вот мы уже вечером в порту. Гасну я всё-таки оставил на яхте, чему та была так рада, что с большим желанием предложила меня отблагодарить по-женски. Я не отказался — вчера мне не хватило секса. На прощание дал ей десяток серебрух, чем немало изумил её, ведь рабыням деньги не положенны, всё их имущество принадлежит хозяину. Я отправил повозки в имение с наказом — рано утром ехать в графский замок. Сам заночевал на яхте и с утра поехал на рынок рабов прикупить рабов и рабынь для таверны, борделя и прочих дел. Я твердо решил расширять своё торговое и лечебное дело. А рабынь из борделя отпустить замуж, раз уж есть желающие из крестьян. Три молодые женщины, уже кое-что умеющие в сексе и даже с деньгами! Деньги, я разрешил им выдавать понемногу на покупки разных нужных вещей, опять же изумив этим других рабов, но давали, на мой взгляд, им немного, а вот на взгляд сельского жителя, суммы были огромными.
Прошлись по рынку рабов, и нам повезло! Буквально с утра завели двенадцать девиц, имеющих опыт работы в борделе, вместе с их бандершей — тоже рабыней. Одна из графинь королевства, лишившись мужа, быстренько стала продавать уже ненужный личный бордель графа! На мой вопрос: «А наследнику как же, не требуется?», мне пояснил, что тому два года всего, титька иногда ещё нужна, но он и мамкиной обойдется.
Просили несусветно большую сумму в пятьсот золотых, но после торговли, где главную роль играл мой главный специалист по платным услугам сексуального характера — старик Бурхес, они скинули немного. Тринадцать обученных девушек мне обошлись в триста десять золотых. Не знаю, как окупать такую сумму, разве, что цены задрать — например по пять серебренных марок поставить. Четырех девочек вместе с бандершей, я отправлю в бордель к Эриобе, там всего три девушки, а трафик движения большой, и явно спрос есть. Остальных заберу с собой. Решив половой вопрос для будущих гостей графства, я закупил почти весь состав рабского рынка мужчин. Десять работников разной квалификации и возраста мне обошлись в полторы сотни. Из них почти половину отдал за мебельщика из того же графства, что и девочки. Он работал и с кожей и с деревом и, по уверениям продавца, стоил своих денег. Пришлось опять покупать повозки, но они не сильно нас задержали — пусть прибудут позже на день.
В дороге обогнали три повозки с припасами, их сопровождали два охранника из имения. После обеда прибыли на мой хутор и попали на праздник — женился один из сыновей главы семейства, причем на девушке свободной, где он её склеил — не ясно, хотя они иногда в город выезжают. Отказаться от угощения было никак невозможно, слезно просили нас. Тут ещё некстати догнала нас телега и нам пришла в голову мысль попробовать трофейное вино. В общем утром, когда я проснулся, хутор уже проехали и телеги с рабынями, и нам пришлось их догонять. Догнали, перегнали и после обеда заехали в наш торговый пункт. Да, уже не таверна, а целый хуторок. Буквально за три дня мои крестьяне, свободные от работы на поле, подняли ещё три дома. Навстречу мне вышла моя управляющая Маликна. Вид у неё был встревоженный.
— Господин граф, у нас конфликт в таверне, что делать?!
— На нас напали? — сразу напрягся её муж — Ригард.
Глава 12
— Конфликт! Милый, конфликт! Поссорились два влиятельных аристократа, — с укоризной поглядела Маликна на мужа паникёра.
— Так это разве проблема? — расслабившись, спрашиваю у неё.
— Их маги всё разнесли внутри! А кое-что и подожгли! — коротко ответила управляющая. — А сейчас они собираются на мечах выяснять кто прав.
— Ну-ка, посмотрим на гостей, — попытался проехать первым я, но Ригард успел раньше.
Спешиваемся и, слыша шум конфликта, заходим внутрь таверны, первый Ригард, я следом, а за мной гуськом остальные. Видим две группы людей с оружием, стоящих друг против друга и полный разгром помещения. Сломаны пара столов, они буквально разбиты в щепки, красивая ажурная стойка почернела от огня, лавки перевернуты, разбитая посуда и несколько посетителей рангом пониже, с испугом взирающих на происходящее. Набираю воздух в грудь и ору:
— Прекратите конфликт, я граф Гарод Кныш хозя…
В меня врезалось сразу два магических удара, и, если первый погасила защита артефакта, то второй опрокинул меня на пятую точку, да так, что в голове зашумело. Слава богу, убить меня не хотели, но приложили не по-детски. Тут же какой-то ушлый военный попытался ткнуть в мою ногу мечом, причем с такой силой, что меч Ригарда подставленный под удар вылетел у него из рук, а его самого повело. Но и удар нападавшего прошел мимо. Сзади краем глаза вижу, как заходят мои гвардейцы и Бурхес.