- Нет-нет, никого, ни единой души, - не стал я посвящать его в некоторые детали.
- Это хорошо… слушайте и запоминайте, что вам надо будет сделать дальше…
И голос вывалил на меня целый водопад того, что мне надо делать дальше – если вкратце, то надо было выйти с территории могильника по той самой дороге, ведущей к гаражам, там в ограждении будет ещё одна дыра, через дыру строго на восток восемь с половиной километров (голос добавил, чтобы я был осторожным, там могут встретиться ядовитые змеи), упираешься в узкоколейку на берегу реки Ветлуги, по которой вывозят торф в район поселка Керженец. Надо дождаться очередного состава и запрыгнуть в последний вагон с крутого косогора (там никто ничего не охраняет, так что это будет несложно, но на глаза машинисту всё же попадаться не стоит), затем доехать до Керженца, а когда по левую руку увидишь водокачку с надписью «50 лет Советской власти», надо спрыгнуть и спрятаться в пещере, она прямо возле приметной сосны с раздвоённым стволом будет. В 18.00 включить телефон и ждать дальнейших инструкций.
- Всё понятно? – уточнил голос.
- Кажется всё, - ответил я, - а если что-то пойдёт не так?
- Тогда включайте телефон не в 18 часов, а каждый нечётный час и звоните на этот номер, он у вас должен был определиться.
На этом голос отключился, а я спросил у Игната:
- Слышал наверно всё?
- Да, слышимость хорошая была, - подтвердил он.
- Как тебе план, годится?
- План как план, - нехотя ответил он, - только я слышал, что по той ветке товарняки недавно отменили, свернули заготовки торфа на Ветлуге, так что не дождёшься ты ничего, дяденька…
- Ну тогда значит применим план Б… а теперь давай так – ты иди домой, про меня можешь рассказывать, можешь нет, это уже всё равно будет, пока ты там доберёшься-то, а я пошёл в другую сторону, к Ветлуге.
- Договорились, - скупо обронил Игнат, - хочешь, я тебе Челыша своего оставлю, вдруг пригодится?
- А он пойдёт ли со мной? – усомнился я, - всё-таки почти дикий зверь.
- Если я попрошу, то пойдёт… человек ты вроде хороший, надо тебе помочь…
И я согласился, тогда Игнат пошептал что-то на ухо волку, тот выслушал, глядя своими выпуклыми глазами в окно, потом встал, перебрался поближе ко мне и лизнул мою руку.
- Он согласен, ну давай что ли прощаться…
И мы попрощались, я забрал свой пакет и отправился на восток, а он взял сумку с грибами и потопал в другую сторону…
Челыш некоторое время посидел, глядя то в мою спину, то в игнатову, и наконец принял решение, встал и потрусил вслед за мной.
- Ну что, брат Челыш, - сказал я ему, - спасибо за компанию. Про змей-то ничего не знаешь, их мне советовали остерегаться по телефону…
Ничего он видимо про них не знал, потому что никак не прореагировал, а просто нехотя перебирал лапами, слегка занося вперед и влево свой зад. А я попытался вспомнить, что мне известно про змей средней полосы России… ну гадюки, ядовитые конечно, но не сказать, чтоб сильно, с красивым рисунком в клеточку, ну ужи с двумя красными точками на голове, вообще безопасные, но кусаются больно конечно, ещё кажется какие-то медянки есть, но это большая редкость из Красной книги. И какие-то медяницы тут тоже обитали, но это даже и не змеи вовсе, а безногие ящерицы, если я правильно запомнил пояснения на уроках биологии. Чего тут опасаться, я не очень понимал, но раз предупредили, надо конечно прислушаться…
Дыру в заборе я очень быстро обнаружил, через неё мы и покинули территорию ставшего почти родным могильника. Определил, где тут восток (вон там, в противоположной стороне от солнца, верно, Челыш?) и зашагал по не очень густому подлеску довольно скорым шагом. Нормальный лес, не загущенный, восемь км отмахаю меньше, чем за два часа, еще темнеть не начнёт. И что особенно было мне непривычно – лес не был загажен отходами человеческой жизнедеятельности, не было этих извечных куч мусора от туристических пикников, и это дополнительно радовало глаз.
Челыш вёл себя достаточно самостоятельно, часто отбегал в стороны и вперёд, а потом садился и ждал, пока я до него дойду. Судя по его поведению, ничего подозрительного вокруг не присутствовало… пару раз он только сделал стойку возле здоровенных сосен, но это скорее всего белки были или эти… бурундуки. А вот чего вокруг море было разливанное, так это грибов – за полчаса можно было набрать багажник Волги, причем не мусорными сыроежками там или валуями, а отличными белыми грибами и груздями. С сожалением проходил мимо, потому что у меня не было под рукой не только Волги, но даже и копейки.
Неожиданности начались примерно через час нашего пешего марша – Челыш вдруг встал, как вкопанный и замер на целую минуту. Я осторожно приблизился к нему и спросил, чо за дела, дружище? Он не заметил моего вопроса… и тут я заметил некое движение впереди и чуть справа, неуловимое, но всё же движение. Быстро расчехлил свой ПМ и затаился за сосной, выглядывая оттуда раз в несколько секунд. Сначала всё было тихо, потом шуршание приблизилось, и когда я в очередной раз выглянул из-за дерева, то аж обомлел – к нам приближалась здоровенная волосатая обезьяна… ростом явно больше двух метров, руки ниже колен опускаются, на лице тоже сплошь волосы серо-белого такого цвета, у козлов такие растут. В мозгу сразу вспыхнуло слово «йети», срифмовавшееся почему-то с «мать его ети»… это же миф, сказал мне тут внутренний голос, нету никаких снежных человеков, и ты сам это хорошо знаешь… ну тогда, объясни мне, спросил я у голоса, чо это за хер такой и как от него обороняться. Голос замолчал, видимо обдумывая глубину возникшей перед нами проблемы… а я выставил перед собой пистолет, не забыв снять его с предохранителя, и произвёл предупредительный выстрел в сторону бело-серого хера, сопроводив его воплем «Ты кто такой, сука? Не подходи, убью!!».
Помогло это мало, на выстрел и вопли хер никакого внимания не обратил, как шёл по прямой, так и продолжил, но тут вступил в дело Челыш – он вылетел пулей из-под коряги, где прятался до поры до времени, и жутко завыл, приблизившись к йети на расстояние в пару метров. Тот с удивлением остановился и быстро сменил направление своего движения в сторону Челыша, одновременно выбросив одну руку в его сторону… ну и реакция у него, однако, явно лучше моей, но Челыш тоже оказался не лыком шит, он моментально поменял дислокацию, отступив на безопасные три метра, выть он при этом продолжал, не переставая.
А я чего, я разрядил обойму в это чудище, целясь в голову и грудь – один патрон таки про запас оставил, а шесть (первый-то из ствола в молоко ушёл) попали в цель, мысленно похвалил себя за ударную стрельбу. И тут оно наконец заревело дурным голосом, до этого-то всё молчком делало, развернулось и быстрыми, но какими-то неуверенными шагами скрылось из видимости. Я подошёл к волку:
- Ну спасибо тебе, брат, спас ты меня, - сказал я ему и сделал попытку погладить его по голове.
Погладить он не дался, но руку мою лизнул, видимо благодаря меня за то, что и я его спас.
- Перекур десять минут, потом быстроходный марш, у нас ещё половина пути не пройдена, - сказал я, - как думаешь, что это за хрень такая волосатая была?
Челыш, если что-то и думал, то мне не сообщил, тогда я начал размышлять вслух:
- Ведь не бывает же их, снежных, мать их, йети – популяция вида, чтобы ему выжить и размножиться, должна быть не менее ста особей, а такое количество никак не могло не оставить следов. Значит это что-то другое… может такой же, как я лагерник, сбежавший из ИТЛ, а потом одичавший? Или вообще это нам с тобой почудилось? Или это старовер-раскольник какой, мутировавший от радиации из нашего могильника? В общем хер его знает, тщ волк… на вот тебе остатки шоколада и давай дальше двигаться.
Возвращаемся в конец марта 1979 года, город Горький, Автозавод
Итак в дверь комнаты председателя сначала зашёл капитан милиции Дубов, а за ним Андрюха Кузин, и оба они были серьёзными и озабоченными так, что дальше некуда.
- Тэээк, - сказал капитан, оглядев всю нашу компанию, - все на месте, все в сборе и это очень хорошо.
- Не все, тщ капитан, - вякнул из угла Андрей, - грузина и Инны не хватает.
Упоминание Инны в этом контексте мне очень не понравилось.
- Ладно, с ними мы потом разберёмся, а пока, дорогие мои автозаводцы, на всех вас сейчас мы оформим подписку о невыезде, - и он вытащил из папочки, которая торчала у него из-под мышки, кучу лиловых страничек. – А что касается конкретно тебя, Сергей эээ… ну неважно, ты сейчас пойдёшь со мной, будем оформлять задержание.
- Какое ещё задержание? – хмуро справился я, - мы же всё с утра выяснили.
- По вновь открывшимся обстоятельствам, - ответил капитан, раскладывая листочки на столе, - подходим, не стесняемся, подписываем, - это он уже остальным оттранслировал.
Народ хмуро переглянулся и молча начал сначала выбирать свой листочек, а потом ставить закорючку в углу, ручку любезно капитан предоставил.
- Очень замечательно, - сказал капитан, собрав все бумажки обратно в папку, - из города не выезжаем, остаемся в поле зрения правоохранительных органов, а ты, Сергей эээ… ну неважно, пойдёшь со мной.
- Стоп-стоп, - сказал тут я, - у меня, если я не ошибаюсь, есть право на один телефонный звонок.
- Грамотный, - с уважением ответил Дубов, - ну звони, только быстро, у меня ещё дел много.
И я тут же вытащил свою черненькую трубку и набрал намертво сидящий в памяти телефончик Виктора свет Сергеича, кого ж ещё… а вот и не ответил он, восемь долгих гудков в тумане издал только.
- Всё, нету у тебя больше никаких прав, идём, - взял меня за рукав капитан.
- Ненене, - попытался покачать права я, - если не ответили, это нещитово. Разговора-то не было, значит можно вторую попытку сделать, я считаю…
Капитан нехотя разрешил ещё один звонок, и тогда я подумал и набрал Гальперину, вдруг поможет. Она ответила на втором звонке, я кратенько обрисовал ситуацию, без подробностей о случившемся, но очень подробно, где я буду сидеть в ближайшее время. Она немного подумала, а потом ответила: