Надо ли говорить, что за меня проголосовали единогласно… хотя нет, Славик таки воздержался, но это несущественно. Кавун Семён Прокофьич долго тряс мне руку, благодаря за избавление от лишней заботы, а бухгалтерша передала мне печать и ключи от правления, на этом общее собрание народных представителей и завершилось. Хотя нет, не совсем – Слава подождал меня у выхода на улицу и таки высказал всё, что у него наболело, а наболело там много. Я выслушал это в пол-уха и ответил, что обязательно приму к сведению все его замечания, вот на этом точно всё закончилось… оператор со звукорежиссёром смотали провода и удалились, напоследок сказав, что материал вроде бы интересный, но что там руководство скажет, они предсказать не берутся. Инна, когда мы поднимались в квартиру, заметила мне, что ношу я взвалил на себя немалую, но она мне поможет конечно.
А утром мне звонок был от Лиозновой (занятия-то в политехе у нас во вторую смену были, так что утро свободное), заходи мол на чашку чая, посидим, поговорим о делах наших скорбных. Оделся, предупредил Инну, что чай я в другом месте попью, и подался на студию имени Алексей-Максимыча Горького, тут пешком быстрее получается, чем обруливать наши буераки на машине. Там у них пока всё по-простому было, даже вахтёром не успели обзавестись, заходи, кто хочешь – я и зашёл.
В коридорах было темно, сыро и пахло извёсткой, недавно ремонт был, не успело ещё выветриться. И первого же, кого я встретил в этих коридорах, был Александр Абдулов, он сидел на подоконнике в углу первого этажа и сосредоточенно курил сигарету.
- О, Саня, - обрадованно сказал я, - ты как тут оказался?
- Привет, Серёжа, - отозвался он, - вот сослали, понимаешь, в ваши горьковские ипеня, кино тут доснимаем.
- Что за кино-то? – поинтересовался я.
- «С любимыми не расставайтесь», мелодрама такая жестокая.
- Аааа, слышал… там ещё с тобой Алфёрова должна вроде играть…
- Точно, а вот и она сама.
К нам из-за угла подошла Ирина Алфёрова и тоже достала сигарету из пачки.
- Это Серёжа Сорокалет такой, - сказал ей Абдулов, - познакомься.
- Очень приятно, - скромно сказал я и пожал ей руку, - мне всегда нравилась ваша игра, особенно в «Хождении по мукам».
- Не хочу об этом вспоминать, - нехотя ответила она, - про тебя я тоже много чего слышала… а теперь-то ты что делаешь?
- Да вот, сослали в Сибирь… как декабристов, но ничего, и в глубине сибирских руд можно жить… проект новый вместе с Лиозновой поднимаем.
- Что за проект? – спросил Абдулов.
- Реалити-шоу… - сказал я и, видя непонимание в глазах собеседников, уточнил, - ну сериал, максимально приближенный к жизни. «За стеклом»-то видели?
- Честно говоря нет, ни одной серии не видела, - за обоих ответила Ирина, - но представление имеем. А на какую примерно тему-то сериал будет?
Я вкратце обрисовал им ситуацию и по ходу дела у меня появилась одна мыслишка:
- Может засветитесь у нас? Ну хотя бы на пять минут – играть надо будет самих себя, как это называется… камео что ли. Ну чисто мимо проходили и пару фраз обронили, я бы вас сегодня же в сценарий и вставил, а завтра бы например и отсняли… с меня будет бутылка хорошего виски… даже две бутылки…
- Ладно, мы подумаем, - ответил с небольшой задержкой Абдулов, - а сейчас извини, у нас перерыв закончился, надо продолжать.
И они скрылись за большой черной дверью с надписью «Студия №1», а я пошёл вглубь продолжать поиски Татьяны Михайловны. Она оказалась на третьем этаже рядом с кабинетом директора студии, которым оказался (тым-ды-дым) Сергей Аполлинарьевич Герасимов. Постучал в дверь, на которую мне указали, внутри действительно оказалась она самая, Татьяна Михайловна. Из подробностей её личной жизни я, пока шёл сюда, вспомнил только, что она вдрызг разругалась с Юлианом Семёновым и Таривердиевым после съёмок «Мгновений» - она хотела добавить себя к сценаристам, а эти двое были резко против и не позволили ей этого… ну ещё, что замужем она никогда не была, но воспитывала приемного сына примерно моего возраста. Негусто…
- Здравствуйте, Татьяна Михайловна! – с порога жизнерадостно начал я, - не помешаю?
- Нет-нет, - быстро отозвалась она, - заходи, поговорим.
И достала пачку сигарет – да что ж они тут все дымят-то, как паровозы…
- Просмотрела вкратце вчерашний материал, вроде бы и нормально, но нет изюминки… скучновато народу будет. Вот у тебя там появился серьёзный антагонист, блондинчик такой…
- Слава Яшин, - ввёл её я в курс дела, - мы с ним на одном курсе в политехе учимся.
- Вот-вот, Славик… но одного противника мало, надо ещё хотя бы парочку… плюс любовную интрижку хорошо бы какую-нибудь закрутить… рядом с тобой девочка черненькая сидела…
- Инна Керимова, моя невеста…
- Ну пусть Инна будет – если она невеста, надо наверно показать ваши отношения покрупнее… и чтобы они действительно отношениями были, а не сюсю, это неинтересно… слушай, а пусть она с этим Славиком закрутит чего-нибудь? Не на самом деле, а для сценария, а ты потом страдать будешь, а ещё дальше у вас драка со Славиком случится, а потом Инна вернется к тебе со слезами? Это сюжет будет…
- Да я не против, с Инной только поговорить надо.
- Поговори… ещё какие идеи есть? Чтобы поживее действие шло…
- Встретил сейчас в коридоре Абдулова с Алфёровой, они вроде не против поучаствовать… ну в ролях самих себя…
- Неплохо для начала, а ещё?
И тут я разозлился и вывалил первое, что пришло в голову:
- А ещё Высоцкого планирую снять в 4-5 сериях, он мне обещал.
- Да ты что? – охнула Лиознова, - Владимир-Семёныча?
- Его самого, мы же как бы друзья уже год целый.
- Высоцкий тоже самого себя играть будет?
- Естественно, это ж реальная жизнь, в киноролях его народ много видел, а вот какой он на самом деле, думаю, почти никто не знает, это реальная бомба будет.
- Это конечно хорошо, - задумчиво протянула она, - но этого недостаточно, ещё что-то у тебя там припасено?
Тут уж я разозлился окончательно.
- А ещё, Татьяна Михайловна, у меня в проекте вытащить из финансовой дыры наш ТСЖ. Я вообще-то туда пришёл в первую очередь за этим…
- Так-так, - ответила она, улыбаясь, - в эффективные менеджеры намылился?
- Откуда вы знаете этот термин? – с недоумением спросил я, - оно как будто у нас не в ходу.
- Откуда знаю, оттуда и знаю, - не стала она раскрывать мне свои секреты, - значит давай договоримся так – серия про твои менеджерские примочки, серия про отношения, пойдёт?
- В принципе нормально… давайте ещё пару серий отснимем, сценарий вот, - и я передал ей два листочки в косую клеточку, - в третьей как раз Владимир Семёныч будет задействован в первый раз, а далее надо везти материал к высокому московскому начальству за визой.
- Не надо ничего везти, я вчера с Герасимовым договорилась – если ему понравится, то у него достаточно прав на запуск в производство.
- Ещё лучше, - обрадованно заявил я, - как здоровье-то у Сергея Аполлинарьевича?
- Да вроде держится пока… готовится к съемкам дилогии про Петра Первого, но это ещё не очень скоро будет.
- А я ведь совсем забыл, я ж подарочек для вас приготовил, - хлопнул себя по голове я.
- Так-так, - заинтересовалась она, - и что за подарочек?
- Из двух частей состоит, первая это китайский значок с символом инь-янь, вот, - и я дал ей здоровенный такой значок, купленный мной по случаю в Гонконге.
- И что это означает? Вот эти две улитки?
- Это не улитки, Татьяна Михайловна, а символы двух противоположностей, из коих и состоит наш мир. Светлый-тёмный, женский-мужской, негатив-позитив, Луна-Солнце, мягкое-твердое, теплое-холодное, далее можете сами продолжить. Они хоть и противоположности, но друг без друга существовать не могут, ну сами посудите, как жить, если вокруг будут одни мужики без женщин? По-моему никак…
- Спасибо, - сказала она, прикрепляя значок к блузке, - но у тебя там кажется ещё вторая часть была?
- Да, я не забыл – вот, - и я выложил на стол мешочек с травой бабки Прасковьи, - волшебная трава от одной местной знахарки. Для себя берёг, да подумал, что себе я ещё найду…
- И от чего это помогает?
- Общеукрепляющее и тонизирующее средство, примерно как женьшень… заваривать по пять грамм кипятком, настаивать полчаса. Стакан в день – и через неделю вы себя не узнаете.
На этом я распрощался с Лиозновой и убежал готовиться к великим делам в нашем богоспасаемом ТСЖ. Хотя нет, посмотрел на часы – полдень скоро, а это значит, что пора бы и на учёбу собираться. Наскоро пообедали вместе с Инной, чего она там приготовила (это дело она не особенно любила, хотя некоторые рецепты татарско-башкирской кухни ей намертво в подкорку вбили ещё в младенчестве, так что воспроизводила она их на автопилоте), и вышли к гаражу, где моя копейка своего часа дождалась. Тут-то я и поведал ей о задумке Татьяны Михайловны насчет её роли в предполагаемом действии.
- А если я не хочу крутить с этим твоим… Славиком, а если мне его белобрысая морда совсем не нравится? Да и манеры не лучше, чем морда.
- Ты пойми, тебе не на самом же деле в него влюбляться надо, это просто роль такая…
- Ага, - вспомнила она цитату к месту, - эта роль ругательная и я прошу её ко мне не применять!
- И потом, в итоге же ты его бросить должна, можешь при этом внести в роль элементы импровизации, по его белобрысой морде например надавать…
- Ладно, подумаю я… да завтра например. Да, а сам-то Славик в курсе, что это игра будет, а не на самом деле?
- Я думаю, мы его втёмную использовать будем, так достовернее получится.
- Ну втёмную, так втёмную… - задумалась она, - слушай, а вот ещё какая идейка у меня появилась – давай что ли Веру привлечём к съёмкам, а то начинали-то мы вместе, а потом забыли её и забросили. Тем более, что у неё что-то там с Вовчиком было и это можно обыграть.
- Отличная мысль, спасибо, родная – прямо сегодня вечером и звякни ей.