На местах все решали суды (на основе «справок») — окружные, земельные, а также «партийный суд», если речь шла о члене НСДАП. У судов были свои «эксперты», а у ведомства — свои. Так, на общегерманской конференции по расовым вопросам в 1939 г. присутствовало 2800 судебных «экспертов» и 370 «экспертов» «Имперского ведомства по определению родства». В общем, была создана огромная бюрократическая машина.
Зейдлер и Ретт замечают: «Экспертизы ничего не говорят об испытуемых, ибо ни у одной из них («экспертиз». — Авт.) нет никакой научной базы, зато они многое говорят об экспертах». Об их жестокости, шарлатанстве, добавим мы.
Однако речь шла не о «науке», а о реальной политике нацистов. Поэтому практика выявления расово «неполноценных» все расширялась — народ надо было держать в страхе. В 1936 г. по указанию имперского министра юстиции было объявлено, что девяти специальным (антропологическим) институтам вменяется в обязанность определять расовую принадлежность испытуемых. Дело доходило воистину до анекдотов — институты, в частности, занимались… подкидышами.
Вот перечень институтов: Берлинский (имени кайзера Вильгельма), институты во Франкфурте-на-Майне, в Бреслау (Вроцлаве), в Мюнхене, в Вене. Справка о расовой принадлежности, которая выдавалась отныне немцам, также получила определенное «фирменное» название: «Наследственное и расовое заключение экспертизы Имперского института по изучению родства». При составлении «расовой справки» следовало учесть от 120 до 130 «расовых признаков» — результаты обмеров и «морфологических» описаний. Плюс установление группы крови, которая, как признавали сами нацистские «ученые», была бесполезной: «широко распространенное мнение среди дилетантов о том, что, если установлена группа крови, можно определить расовую принадлежность испытуемого, ошибочна». Плюс фотографии головы, «сделанные при правильном положении» и «при сильном свете» (спереди, сзади, справа, слева). Плюс фотографии зубов, зрачка, языка, рук и ног, плюс отпечатки ладоней и ступней (их мазали специальным составом).
Параллельно с опросами, осмотрами и поголовной классификацией немцев по принципу «чистый», «нечистый» шла и законодательная деятельность гитлеровцев, направленная на все большее ущемление прав «нечистых», на их изоляцию.
Уже в 1935 г. был издан закон об «имперском гражданстве». В нем (§ 2) прямо говорилось, что гражданином рейха может быть лишь тот германский подданный, у кого в жилах течет «немецкая или родственная кровь…». И уже в первом, изданном два месяца спустя указе на основе закона было зафиксировано: «Еврей не может быть гражданином рейха. Ему не положено иметь право голоса в политических вопросах, он не может занимать административный пост…»
Куда важнее было то, что в окончательной формулировке закона о «Восстановлении профессионального статуса чиновничества» (сентябрь 1933 г.) говорилось, что все «нечистокровные чиновники, служащие и рабочие в пределах рейха подлежат увольнению». Сперва еще делались кое-какие исключения для участников первой мировой войны (их выводили на пенсию), а также для детей, чьи отцы погибли на фронте. Но расовое безумие скоро смело и эти крохотные преграды на пути тотального преследования всех неарийцев (это произошло уже в 1935 г.).
С чрезвычайной помпой был принят закон «О запрещении евреям вывешивать флаг со свастикой». Разумеется, он играл чисто символическую роль. Зато чудовищные практические последствия имел так называемый «запрет на браки», категорически не разрешавший браки между: 1) арийцами и евреями, 2) между «евреями на одну четверть» и евреями, 3) между «евреями на одну четверть» и «евреями на одну четверть». В «запрете» специально оговаривалось, что немец может жениться на немке, если она была до этого замужем за евреем и разошлась с ним или овдовела. Знаменательное разъяснение: стало быть, еврей не навек «осквернял» арийскую кровь. Чистое средневековье!
Но этого еще мало: запрещались и внебрачные связи между арийцами и неарийцами. В § 11, в пункте втором того же указа говорилось: «За преступление, выражающееся в расовом позоре, ответствен мужчина». «Расовый позор»! Вот какое новое юридическое понятие изобрели нацисты! Сожительство с негром, к примеру, считалось «расовым позором» и каралось концлагерем. В годы войны как «расовый позор» клеймилась также связь немки с поляком, с русским… Неарийца вешали, немку упрятывали в концлагерь… но в те времена, о которых мы повествуем, ни о какой войне и речи не было. На Западе царил мир. И изуверские «расовые законы» не помешали западным демократам принимать немецких дипломатов, писать об «обновлении Германии», приехать на фашистскую Олимпиаду, вести дела с гитлеровскими промышленниками и обвинять немецких антифашистов — коммунистов в том, что они «сгущают краски», «страдают манией преследования», не видят «здорового начала» в установлениях гитлеровцев…
Казалось бы, после «запрета на браки» и фактического запрета на работу пора было поставить точку, но как бы не так: законы и указы о «расе и крови» на всем протяжении господства нацистов продолжали сыпаться как из рога изобилия. Ведь «биологически-расовое сознание», сиречь расовую истерию, надо было все время подогревать.
Неарийцам запретили посещать концерты, доклады, театральные спектакли.
Запрещено им было также работать на частных предприятиях, торговать вразнос, на рынках, на ярмарках… А с января 1939 г, — и заниматься ремеслом.
В 1938 г. был издан специальный указ, согласно которому «евреи должны были иметь только еврейские имена и фамилии».
С 1939 г. «неарийцев» начали выгонять из домов и квартир, в 1940 г. их еще «уплотнили», поскольку «смешанные» дома стали столь же нежелательны, как и «смешанные» браки.
И наконец, все это венчал «указ о желтой звезде». В нем было три пункта. В последнем говорилось, что евреям запрещено покидать свои дома, даже нацепив желтую звезду, но не имея при себе специального разрешения местных властей на выход. А переезд из одного населенного пункта в другой и вовсе запрещался.
Итак, с неарийцами внутри Германии было покончено. Оставалось «немного»: всего-навсего — физически уничтожить их. «Теоретическая» база для этого была подведена. Остальное было вопросом скорее техническим, как утверждали на судах все военные преступники.
Но расовые «преступления» внутри рейха на сем вовсе не прекратились. Соответствующие органы все время выискивали новых «врагов». 70 млн — население Германии — надо было держать в напряжении ежедневно, ежечасно до самого конца. То и дело появлялись нежелательные прабабушки и прадедушки, доносы строчились, заводились досье, люди лихорадочно мчались за выписками из церковных книг, умоляли «экспертов» обмерить и «описать» их, заседали суды, — словом, громоздкая бессмысленная машина, запущенная в ход «расовыми ведомствами», функционировала.
Среди множества документов, которые приводят Зейдлер и Ретт, приведем письмо некоего верноподданного Гитлера, который, испугавшись насмерть, пишет в 1944 г.: «При сборе документов для выяснения родословной я узнал страшный, до сих пор совершенно не известный ни мне, ни моим родителям факт: половина моих предков (со стороны отца) были евреями.
Согласно Нюрнбергским законам, моя кровь считается немецкой, так что как чиновника это меня не затрагивает. Но как быть с членством в НСДАП и НСКК[58]… и как будет обстоять дело с моими детьми, если они появятся на свет? У них неарийской крови будет 1/16 часть?..»
Думается, что этот документ не нуждается в комментариях. Даже в ту пору, когда Германия уже стояла на пороге катастрофы, подданные «великогерманского рейха» пуще всего боялись, что их кровь окажется не стерильно «чистой».
Однако выяснение «расовой чистоты» самих немцев было лишь прологом — с самого начала не оставлял сомнения тот факт, что расовая теория была создана для агрессивных войн, для достижения мирового господства арийской расы. Уничтожение еврейского населения в Германии, а потом в чудовищных размерах на оккупированных немецким вермахтом и специальными отрядами СС территориях являлось началом переселения, перетасовки целых народов и их поголовного истребления — массовых казней или «убийства с помощью работы».
Глубоко не правы те западные историки, которые пытаются свести расовое безумие нацистов к антисемитизму в его, так сказать, крайних проявлениях. Расовая теория была идеологическим и политическим орудием гитлеровцев и их хозяев, наиболее оголтелых, агрессивных кругов германского империализма, проводивших политику агрессивных войн.
«Чистота» расы эти круги вообще не интересовала — они прекрасно сотрудничали с японскими милитаристами. Не говоря уж об итальянских фашистах.
Известно, что «Дранг нах Остен», поход на Восток, испокон веков был мечтой германских военных, промышленников, банкиров. Гитлер, Гиммлер и «расовые» специалисты вложили в их руки мощное идеологическое оружие. А молодчики Гиммлера, Гейдриха, Шелленберга, Кальтенбруннера отработали практику уничтожения миллионов людей, создали корпус профессиональных убийц в лице эсэсовцев.
Все это будет подробно изложено гитлеровцами в пресловутом «плане Ост».
Впрочем, предоставим слово «самому» Гиммлеру. В своих секретных, да и не только секретных, речах он довольно ясно и недвусмысленно изложил программу истребления славянства. Коротко перескажем «план-максимум» рейхсфюрера СС, подкрепив несколькими выдержками из его речей. «План-максимум» заключался в том, чтобы создать на Востоке — «от Познани до Урала» и от Прибалтики до Кавказа многомиллионный чисто «арийский» вал. А для этого, во-первых, надо было «очистить» соответствующую территорию от коренного, «неполноценного» населения, то есть от народов, проживавших на этих землях. Предварительно, разумеется, объявив славянские народы собранием «недочеловеков». Большую часть «недочеловеков» — миллионы — уничтожить по рецептам Освенцима, Майданека и т. д. А другую часть (это уже во-вторых) превратить в рабов, в илотов для германской промышленности и сельского хозяйства.