– Я за Клейтона под дулом пистолета не выйду. Он старый и сумасшедший.
– И кораблей мне все равно не вернет. Ладно, шутки в сторону. Найди мне каких-нибудь шишек, с которыми я мог бы устроить совет прямо сейчас.
– Это без проблем. Они целый день торчат в приемной и никуда не уходят. Ждут твоего просветления, так сказать.
– О, – сказал Юлий. Он даже почувствовал себя немного виноватым. – Тогда пригласи их в какой-нибудь кабинет. Я скоро приду.
Из доброго десятка собравшихся шишек Юлий знал в лицо только генерала Торстена, и.о. директора УИБ, и то только потому, что видел его мельком перед коронацией. Все остальные лица были незнакомые, и среди них не было ни одного человека моложе пятидесяти.
Юлий подумал, что ему в его двадцать шесть будет трудно найти с ними общий язык. С другой стороны, он был императором, а императору совсем необязательно находить с кем-то общий язык. Император может просто приказать.
Подсчитай выгоду, сказал он себе.
Юлий уселся во главе стола, поправил полы халата, прикрывая голые ноги, и хлебнул кофе.
– Извините, господа, но я вас в лицо не знаю. Который из вас главнокомандующий ВКС?
– Вообще-то это вы, сир, – заметил генерал Торстен. – Верховный главнокомандующий всеми военными силами Империи.
– Верно, это я, – сказал Юлий. Напоминание Торстена ему не понравилось. Формально оно было точным, но генерал не мог не понять, что Юлий имел в виду. А если он все-таки не понял, тогда он дурак. Значит, или он дурак, или он меня не уважает. Какой из этих двух вариантов предпочтительнее? – А я и забыл, что я теперь главнокомандующий. А после меня кто?
– Полагаю, что я, сир. Адмирал Круз, заместитель погибшего адмирала…
– Достаточно, адмирал Круз. Мы все тут заместители погибших, так не стоит об этом постоянно напоминать. А кто тут у нас представляет законодательную власть?
– Я, сир. Вице-спикер Палаты представителей. Моя фамилия Смирницкий.
– Многих вы потеряли?
– Нет, сир. Палата лордов потеряла куда больше.
– Назначьте довыборы и все такое, что положено делать в таких случаях, – сказал Юлий. – Палата лордов сама разберется, у них места наследуются проще, чем у вас. То есть у вас они вообще не наследуются, я это знаю… Ну, надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду. Вы же понимаете?
– Конечно, сир.
– Хочу сразу расставить точки над «ё», – сказал Юлий. – Сейчас не время для всех ваших законодательных выкрутасов. Империя находится в очень сложной ситуации, поэтому вы должны утверждать все мои указы незамедлительно и без разглагольствований. Иначе я объявлю чрезвычайное положение и распущу вас всех к чертовой матери – это вам тоже понятно?
– Да, сир.
– Значит, мы сработаемся. Моя сестра Пенелопа назначается моим секретарем. Иными словами, в мое отсутствие она говорит моим голосом и слушает моими ушами. Если вам что-то от меня потребуется, связывайтесь с ней. Но лучше бы вам ничего от меня не требовалось. Это вам тоже доступно?
– Да, сир.
– Тогда идите и займитесь своими делами.
– Да, сир.
Смирницкий, несколько удивленный напором нового императора, почтительно поклонился и вышел из кабинета. Оставшиеся в кабинете сановники провожали его завистливыми взглядами, считая, что тот легко отделался. При смене верховной власти головы обычно летели направо и налево.
– Генерал Торстен, мне нужна связь с адмиралом Клейтоном не позднее завтрашнего… точнее, сегодняшнего утра.
– Слушаюсь, сир. – Генерал отошел от стола и зашептал в свой коммуникатор.
– Оперативно, – одобрил Юлий. – Берите с него пример, господа. А вы кто?
Человек, в которого уперся указующий перст императора, побледнел и задергался.
– Дерек Махоуни, сир. Представляю полицию Земли, сир.
– Какого черта вы здесь делаете? Вы уже можете мне сказать, кто устроил теракт?
– Нет, сир, но мы проводим необходимые оперативно-следственные мероприятия и…
– Вон, – сказал Юлий. – Я не желаю вас видеть ровно до тех пор, пока вы не будете способны доложить мне об успешном завершении ваших мероприятий. Ясно?
– Да, сир.
– Отлично. Среди присутствующих есть кто-нибудь еще, кто мог бы сейчас быть занят своим делом, а не просиживал бы задницу в моем кабинете? – Молчание. – Отлично. Добровольцев нет, пойдем по порядку. Вы кто?
– Маркиз Джиованни, сир. Министерство пропаганды.
– Можете остаться. А вы?
– Генерал Хоук. Командующий наземными силами Империи, сир.
– Останьтесь. Вы?
– Граф Тристан, сир. Заместитель министра обороны.
– Останьтесь. Вы?
– Виконт Джонсон. Заместитель министра транспорта.
– Мы войдем в историю как правительство заместителей, – сказал Юлий. – С этим уже ничего не поделаешь. Единственно, не хотелось бы войти в историю как последнее правительство. Генерал Торстен, вы уже поговорили?
– Да, сир. Связь будет утром, как вы просили.
– Хорошо. Адмирал Круз, я хочу знать точную численность наших ВКС с учетом кораблей союзников. Все, что мы имеем на данный момент.
– Отчет будет у вас через два часа, сир.
– Это слишком поздно. Отчет должен быть у меня через сорок минут.
– Он будет у вас через сорок минут, сир. Только одна загвоздка… Учитывать ли в нем корабли Третьего флота?
– Да.
Это со стороны Юлия было оптимистично. Третий флот больше не принадлежал имперским ВКС. Но ведь лучше быть оптимистом, правда? Юлий подозревал, что без кораблей Клейтона картина в отчете будет совсем уж безрадостная.
– Я могу идти, сир? – поинтересовался Круз.
– Я удивлен, что вы до сих пор здесь. Виконт Джонсон, я хочу знать точную численность гражданских судов Империи, которые могут быть переоборудованы в военные корабли в кратчайшие сроки. Если такие работы уже ведутся, я желаю знать подробности.
– Да, сир. Ведутся, сир. Я готов представить вам отчет в любое удобное для вас время. Собственно говоря, я лично курировал работы.
– Отлично. Генерал Торстен, вместе со мной прилетел майор Коллоджерро с планеты Эдем. Он тоже из вашей конторы. Я хочу видеть вас обоих через двадцать минут или раньше, если вы сможете найти его быстрее. Кроме того, на Эдеме остался небезызвестный вам барон Клозе. Он вроде как отпуск там догуливает. Я хочу, чтобы его в ближайшее время доставили сюда.
– Он будет доставлен, сир.
– Только поаккуратнее с ним, ладно? Он вам не багаж.
– Конечно, сир.
– Отлично. Все остальные должны подготовить отчеты по своим ведомствам, указать первостепенные проблемы с учетом грядущего вторжения и дать свои рекомендации. Все это нужно мне не позднее завтрашнего полудня.
– Ни фига себе, ты их построил, – сказала Пенелопа, когда они остались вдвоем. В глазах сестры Юлий увидел восхищение. – Какой-то ты резкий. Откуда в тебе такая резкость?
– Я служил в армии, сестренка.
– Я просто в шоке.
– Я сам в шоке.
– И они в шоке. Все в шоке. Правительство заместителей!
– И правление дилетантов. Сейчас поговорим с уибэшниками, а потом можешь немного поспать.
– А мне обязательно присутствовать при вашем разговоре с уибэшниками, сир?
– Обязательно.
– Деспот.
– А еще тиран и самодур. Но ты все равно останешься. Ты нужна мне для моральной поддержки.
Майор Винсент Коллоджерро выглядел удивленным. Свой отлет с Эдема вместе с Юлием он объяснял шоковым состоянием нового императора на момент отдания соответствующего приказа и с минуты на минуту ждал отправления обратно. А вместо этого он получил приказ явиться в личные покои главы государства вместе с и.о. директора УИБ.
Винсент тоже был в шоке. Это явственно проступало на его лице.
– Я хочу обсудить с вами только один вопрос, – заявил уибэшникам Юлий. – Ситуация в Гамме Лебедя. Как она изменится с учетом последних событий в Империи?
– Полагаю, что никак не изменится, сир, – сказал Торстен. – Клейтон не признает над собой имперской власти, и ему должно быть все равно, кто сейчас является императором.
– Ваше мнение, майор?
– Аналогичное, сир. Но я не занимался этим вопросом вплотную.
– Займитесь изучением проблемы Третьего флота сейчас же после нашего разговора. Генерал Торстен, ваш предшественник генерал Краснов считал, и я был с ним согласен, что ситуация в Третьем флоте держится исключительно на личном авторитете Клейтона и нескольких преданных ему офицеров. Просчитывалось ли, что будет с флотом после смерти адмирала?
– У нас нет возможности сейчас его устранить, сир. Наша резидентура в Третьем флоте больше не действует, а подобраться к адмиралу снаружи практически невозможно…
– Вы огорчаете меня, генерал. Я не спрашивал у вас, можете ли вы к нему подобраться. Я задал вам прямой вопрос и хотел бы получить на него прямой ответ. Просчитывалась ли такая ситуация?
– Да, сир. Просчитывалась.
– И что?
– Развитие событий зависит от того, кто именно придет к власти. Ну и от многих других вводных.
– Даю вводные, – сказал Юлий. – Клейтон мертв. Остальным мятежникам обещано императорское прощение, если они вернутся на нашу сторону и примут участие в войне с таргами.
– Это неприемлемо, сир. Империя никогда не прощает мятежников.
– Вы только что второй раз огорчили меня, генерал. Я – ваш император и не желаю слышать от вас, что приемлемо, а что нет. Продолжаю давать вводные. У меня есть основания полагать, что Клейтон замалчивает информацию о вторжении таргов. Мятежники ничего толком не знают, а раз так, то они должны узнать о грядущей войне от нас. Узнать все подробности. Подумайте, как можно это сделать и что может быть после этого. Задайте работу вашим аналитикам. Результаты нужны мне еще до разговора с адмиралом Клейтоном.
– Да, сир.
– И еще одно, генерал. Если вы огорчите меня в третий раз, мне придется искать вам замену.
– Да, сир. Извините меня, сир.
– Идите. Майор, вас я попрошу остаться.
Красный от негодования Торстен удалился, аккуратно закрыв за собой дверь и стараясь не огорчить своего императора в третий раз.