Броди и Саллах с облегчением вздохнули. Саллах, поддерживающий голову профессора, наклонился ниже и сказал:
– С ним все в порядке, не волнуйтесь.
– Нет, с ним ничего не может быть в порядке, – прошептал профессор.
...Инди замер на месте и снова заглянул в дневник.
– Испытание второе: «Слово Божие... Следуй по стопам Его...». – Инди поднялся с колен, снял шляпу и очистил ее от паутины. – Слово Божие... Слово Божие...
Прямо перед его лицом с потолка свисала густая, как занавес, паутина. Инди отвел ее рукой и увидел, что дальше пол галереи выложен булыжниками, и на каждом камне изображена определенная буква. – Слово Божие... Слово Божие... – Инди понимал, что буквы эти имеют какой-то смысл. – «Следуй по стопам Его...» Может быть, не по стопам бога, а по стопам слова?.. По стопам слова... Какое же это слово?..
...У подножия лестницы старый Генри тревожно приподнял голову и забормотал: «Слово Бога... Слово Бога...»
Думая, что профессор бредит, Маркус успокаивающе произнес:
– Генри, побереги себя, тебе нельзя говорить.
Генри снова уронил голову на колени Саллаху и из последних сил прохрипел:
– Слово Бога – это имя Бога...
Наверное, это была какая-то телепатия между отцом и сыном, потому что в эту же секунду Генри произнес:
– Имя Бога... Иегова...
Инди подошел к мощеной камнями дорожке и наступил на камень с буквой J... Камень подался под ногами, и Инди начал проваливаться вниз. К счастью, он успел ухватиться за край щели и выбраться наружу. Хорошо, что дневник не улетел в пропасть.
– Какой же я идиот... – пробормотал Инди. – На латыни имя Бога начинается не с буквы J, а с буквы I... Нужна латинская буква I... – И с этими словами он наступил на камень с соответствующей буквой. Шаг влево Е... Затем Н... Все эти буквы дались ему без особого труда. Когда же Инди на ступил на латинскую О, камень крутанулся под ногами, и Инди едва не упал. И, наконец, V и А... Слава Богу – второе испытание пройдено.
Дальше галерея резко сужалась – приходилось двигаться боком. За галереей была небольшая площадка – справа над головой из стены выступала каменная голова льва. А дальше... дальше площадка обрывалась. Перед Инди разверзлась черная пропасть, туда даже было страшно заглянуть. Ширина пропасти составляла около тридцати метров, а на той стороне была небольшая площадка, упиравшая в скалистую стену. Но как перейти пропасть?
– «Тропою Бога...» – произнес Инди.
Это место показалось ему знакомым. Он взглянул на львиную голову и вспомнил средневековую картину в доме отца: на ней был изображен рыцарь, идущий по воздуху от одной скалы до другой. Вспомнил Инди и зарисовку в отцовском дневнике, выполненную перьевой ручкой. Пролистав страницы, Инди нашел этот рисунок и вспомнил слова третьего испытания:
– «Тропою Бога... Докажи, кто ты есть, прыгнув из пасти льва...»
Нет, это невозможно. И тут до него донесся приглушенный крик. Это Броди звал его.
– Инди, возвращайся скорей!
Неужели отец умирает? Нужно все бросить и бежать к отцу. Но безумная мысль остановила его: а что, если Чаша вернет его к жизни? И, глядя в черную пустоту перед собою, он понял.
– Господи, нужно просто верить. Поверить и прыгнуть в эту пропасть.
– Сынок, ты должен верить, должен верить... – вторил ему отец, неподвижно лежащий где-то там, у подножия лестницы.
Инди приложил руку к груди и закрыл глаза, сосредотачиваясь. Когда же он открыл их, то был спокоен перед лицом того, что собирался совершить. Он подошел к пропасти и сделал шаг вниз...
Глава 16
...Он вскинул руки, словно надеясь как-то защититься при неизбежном падении. Но нога уперлась во что-то твердое. Инди передвинул вторую ногу и к изумлению своему почувствовал, что действительно стоит на твердой почве. Инди осмотрелся и понял, что это подвесной мост, просто покрашенный в черный цвет.
Это было гениально. Ранние крестоносцы придумали замечательный ход – они выкрасили мост черной краской, и он слился с пропастью. Причем иллюзия эта возникала, только если стоять под головой льва. В других же ракурсах игра света исчезала, и при большом желании мост можно было разглядеть. Впрочем, это был узкий мост, сантиметров тридцать и без перил, поэтому Инди передвигался очень осторожно. В конце пути Инди увидел на площадке горку песка – он взял пригоршню и высыпал песок на мостик, чтобы сориентироваться на обратном пути. За площадкой начиналась галерея, столь низкая и узкая, что Инди пришлось пробираться на четвереньках.
...Наконец он оказался в просторном зале, освещенном тысячью факелов. От огня по стенам ходили золотые блики, а у дальней стены располагался большой алтарь – и на нем были выставлены многочисленные кубки и чаши всевозможных форм и размеров, золотые и серебряные, а также из других материалов. Но – самое поразительное – перед алтарем, спиной к Инди, стоял коленопреклоненный рыцарь. В кольчуге и перчатках из металлических колец, в синей накидке с капюшоном. Рыцарь стоял на коленях, склонив голову над древней книгой, что была раскрыта перед ним на каменной скамье. По правую его руку к скамье был прислонен ослепительный меч. Инди подошел поближе, рыцарь даже не шевельнулся. Инди даже побоялся, что внутри доспехов окажется всего лишь скелет, а не живой человек. Но вдруг рыцарь поднял голову и обернулся. Инди молчал, пораженный. И еще, помня об отце, он пытался отгадать, какая из чаш – та самая, заветная. «Почему их так много?», – думал он.
Тут рыцарь поднялся на ноги, схватил меч и замахнулся на Инди. Инди легко увернулся, но рыцарь уже приготовился для следующего удара. Теперь можно было разглядеть его лицо – лицо очень старого человека с седой бородой и усами. Под тяжестью поднятого меча старик пошатнулся, его занесло назад, и он завалился на скамью рядом с книгой. «О!..» – застонал старик. Инди подошел к нему и помог сесть. Рыцарь взглянул на незнакомца и сказал, улыбаясь, низким грудным голосом:
– Я знал, что рано или поздно ты придешь. Но силы покинули меня... – рыцарь сокрушенно покачал головой.
Теперь Инди мог внимательно рассмотреть этого человека: кожа его и броня были серыми, словно обесцветились от времени.
– Кто вы? – спросил Инди.
– Я последний из трех братьев, давших клятву найти Чашу Грааля и охранять ее.
– Но с тех пор прошло семьсот лет! – воскликнул Инди.
– Да, долго же мне пришлось ждать, пока меня сменят.
Рыцарь потрогал рукой лассо и шляпу Инди и произнес:
– О, рыцарь, как ты странно одет.
– Собственно, я... Вы, кажется, назвали меня рыцарем? Что это значит?
– Меня как самого достойного и храброго выбрали охранять Чашу. Я должен был дождаться, пока не придет следующий рыцарь, чтобы вступить со мной в схватку. А теперь я вручаю этот меч вам – потому что вы победили.
Инди оторопел.
– Послушайте, у меня очень мало времени... – начал было он, но вдруг за спиной послышался шум. Инди обернулся и увидел вошедшего сюда Донована с пистолетом наготове. Следом за ним шла Эльза. Оба они только мельком взглянули на удивительного рыцаря – взгляды их были прикован к алтарю, к сверкающим сосудам. Завороженные зрелищем, Донован с Эльзой подошли к алтарю.
– Какая из них – Чаша Грааля? – спросил Донован, обращаясь к рыцарю.
– Вы должны выбрать сами, – ответил тот. – Но сто раз подумайте. Потому что истинная Чаша дарует жизнь, а чаша ложная ее забирает.
– Но я не историк, я в этом мало что понимаю, – сказал Донован, внимательно рассматривая сосуды. – Я не знаю, как выглядит Чаша Грааля.
– Давайте я подскажу, – сказала Эльза, подходя к алтарю.
– Благодарю вас, доктор Шнайдер.
Эльза одарила Донована улыбкой и устремила свой взор на чаши. Рыцарь и Инди многозначительно переглянулись. А что, если женщина совершит ошибку?
Эльза протянула руки в черных перчатках к золотому кубку, обсыпанному изумрудами. Она подхватила кубок и с улыбкой вручила его Доновану.
– О, Чаша еще прекрасней, чем я мог предположить! Не сомневаюсь, что это она! – воскликнул потрясенный Донован.
Эльза кинула взгляд на Инди, и улыбка исчезла с ее лица. В голове Инди мелькнула на секунду странная мысль – может быть, эта женщина все же сделала какие-то выводы и пытается исправить свою ошибку. Или кто знает, что там у нее на уме.
Немного в стороне стояла большая чаша с водой. Донован подошел к чаше и наполнил кубок.
– За жизнь вечную! – сказал он, а потом, закрыв глаза, словно смакуя, испил из кубка.
Он опустил кубок на стол и блаженно вздохнул. И вдруг случилось что-то непонятное. По телу его пробежала дрожь. Донован открыл глаза и склонился над водой, чтобы рассмотреть собственное отражение – под глазами его появились мешки, кожа на лице обвисла. Донован испуганно отпрянул от чаши и уставился на свои руки – они буквально на глазах покрылись морщинами и старческими пятнами. Донован в ужасе посмотрел на Эльзу.
– Что... со мной... происходит? – он схватил ее за плечи и начал трясти. Эльза закричала, потому что ей было страшно. В одно мгновение волосы Донована стали седыми, а потом начали расти и спутываться.
– Что это... что это со мной?! – вопил Донован.
Инди, потрясенный, молчал. А рыцарь присел на скамью и соблюдал суровое безмолвие. «А-а-а!» – кричала Эльза. Тут было чего испугаться. Кожа на лице и по всему телу Донована вдруг начала темнеть, иссушаться и трескаться. Глаза запали – остались одни пустые глазницы. Донован потянулся было иссушенными руками к горлу Эльзы, но Инди схватил его и отбросил в сторону. Эльза в страхе вцепилась в Инди и все кричала, никак не могла остановиться. Инди и сам был в ужасе. От Донована осталась лишь груда костей да горстка пыли. Легкое дуновение ветерка обнажило в этой пыли металлический значок со свастикой. Значит, что бы Донован ни говорил, он все-таки был членом нацистской партии.
Рыцарь посмотрел на Эльзу с Инди и произнес: