– А есть какие-то идеи насчет того, что случилось с Якобом?
– Деннис дал мне прослушать запись звонка…
– В службу «Девять-один-один»?
Лукас покачал головой.
– У нас своя служба экстренной помощи. Всем детям служащих Кабал-клана дают ее номер и объясняют, что вместо «911» они должны звонить по нему. Кабал-кланы предпочитают не подключать полицию к делам, которые могут иметь сверхъестественную природу. Семье сотрудника объясняют, что в случае обращения на этот номер помощь придет быстрее, чем при обращении в службу «911», и это, в самом деле, так. У более крупных Кабал-кланов есть группы, как службы безопасности, так и медиков, которые дежурят двадцать четыре часа в сутки.
– И по такому номеру позвонил Якоб.
– В двадцать три двадцать семь. Слышно было плохо – из-за дождя и из-за плохого сигнала: он звонил по мобильному телефону. Он сказал, что за ним кто-то идет – после того, как он вышел из кинотеатра и попрощался со своими приятелями. Дальше не разобрать. Он вроде бы просит передать отцу, что извиняется перед ним. Оператор говорит, что не нужно волноваться. Затем связь обрывается.
– Дерьмо! – процедил Трой.
– Не обязательно, – заметил Лукас. – Якоб мог оказаться вне зоны действия сети. Или, может, парень решил, что делает из мухи слона, ему стало стыдно, и он нажал на отбой.
– А Гриффин позволил бы ему пойти с друзьями на последний сеанс? – спросила я Троя.
– В будний день? Никогда. Гриффин очень строг в этом плане.
– Тогда, быть может, дело в этом. Якоб понял, что у него будут еще и неприятности из-за непослушания, и отключил связь. Он, вероятно, сейчас у кого-то из друзей, а уже оттуда позвонит отцу – когда наберется смелости.
Трой кивнул, но, судя по его виду, мои слова убедили его не больше, чем меня самоё.
– Боже! – воскликнул Трой, заезжая на площадку, где Деннис советовал нам припарковаться.
Он въехал на крошечное, на несколько футов шире самого переулка, место для парковки между двух зданий. В окрестных домах хватало забитых досками окон, а в досках хватало пулевых отверстий. Все фонари давно были разбиты. Когда Трой заезжал на место парковки, фары микроавтобуса осветили кирпичную стену, покрытую граффити. Я разглядела символы и имена.
– Э-э… Это?..
– Банды стараются, – пояснил Трой. – Добро пожаловать в Майами.
– Это то место, которое нам нужно? – поинтересовалась я, прищуриваясь и вглядываясь во тьму. – Якоб же сказал, что ходил в кино, но этот район мало походит…
– Кинотеатр находится в нескольких кварталах отсюда, – пояснил Трой. – Ну и выбрали местечко! Как раз такое, куда родителям захочется отправить детей в субботу развлекаться. – Он выключил двигатель, затем фары. – Дерьмо. Нам потребуются фонарики.
– Это подойдет? – Я прошептала слова заклинания, и у меня на ладони появился огненный шар.
Я открыла дверцу машины и выпустила его. Он остановился в нескольких ярдах и завис там, освещая стоянку.
– Классно. Никогда не видел ничего подобного.
– Ведьминская магия, – пояснил Лукас. Он тоже произнес слова заклинания – и появился еще один шар, побледнее. Лукас оставил его у себя на ладони. – Она более практична, чем наша. У меня это заклинание получается не так хорошо, как у Пейдж, поэтому я придержу его при себе. Если отпущу… Вообще-то они неважно меня слушаются.
– Разбиваются об асфальт, как яйца, – сообщила я и улыбнулась Лукасу. – Ладно, вопрос с фонариками решен. Как я понимаю, Трой, ты в состоянии решить вопрос с зонтиком. Значит, мы готовы.
Мы покинули стоянку. Над пустырем размером, по крайней мере, с городской квартал поднимался остов здания. Пейзаж «украшали» низкие деревца, кустарник, наполовину снесенные стены, кучи битого кирпича, разорванные мешки с мусором, выброшенные шины, сломанная мебель. В общем, мы оказались на свалке. Я наклонилась, чтобы поднять промокший кусок картона, который прикрывал огромную кучу. Трой поддел ногой шприц и схватил меня за руку.
– Не руками, – предупредил он. – Лучше палкой.
Я рассматривала окрестности, пытаясь найти места, где мог бы лежать Якоб, ожидая помощи.
– Попробуем его позвать? – предложила я. Трой покачал головой.
– Можем привлечь ненужное внимание. Якоб меня знает, и он умный парень. Если он где-то здесь прячется, то не станет нам отвечать, пока не увидит мое лицо.
Хотя никто из нас не произнес это вслух, могла быть и другая причина, которая не позволяла следовать дальше, не получив ответа. Его могли ранить, и он просто не в состоянии ответить. Или еще хуже…
– Дождь прекращается, шар Пейдж светит достаточно сильно. Можно приниматься за поиски, – заговорил Лукас. – Предлагаю разделиться. Каждый возьмет себе десятифутовую полосу и тщательно ее осмотрит. – Он замолчал. – Если только… Пейдж! Ты уже умеешь отправлять прощупывающие ментальные импульсы. Они для этой цели подойдут просто идеально.
– Опять заклинание? – подал голос Трой. – Отлично.
– М-м-м, подойдут. Только есть проблема… – Я бросила взгляд на Троя. – Это заклинание четвертого уровня. А технически я нахожусь на третьем, поэтому я не… – Звучит по-идиотски. – В общем, у меня не очень хорошо получается…
– Она отрабатывает точность, – встрял Лукас. Это прозвучало гораздо лучше, чем-то, что я сама собиралась сказать. – Попробуешь?
Я кивнула. Лукас жестом показал Трою, чтобы следовал за ним и принимался за поиски, оставив меня одну. Я закрыла глаза, сконцентрировалась и отправила поисковые импульсы.
Как только нужные слова сорвались с моих губ, я поняла, что ничего не получилось. Большинство ведьм ждут результатов, но моя мать учила меня прислушиваться к интуиции, научиться чувствовать особый едва уловимый щелчок, свидетельствующий об успехе. Это нелегко. Мне интуиция всегда напоминала какую-то причудливую штуковину новой эры. Мой ум ищет во всем логику, четкость, предсказуемые результаты. Однако по мере освоения более сложных заговоров и заклинаний я заставляю себя развивать интуицию. В противном случае, отправив поисковые импульсы и ничего не уловив, я не буду знать, произошло ли это из-за отсутствия поблизости живого или потому, что у меня не получилось заклинание.
Я снова прошептала нужные слова и отправила импульсы. Последовал щелчок, напоминающий подсознательный вздох облегчения. Потом наступила сложная часть. С таким заклинанием нельзя провести магическое действие и просто использовать результат, как в случае огненного шара. Импульсы приходилось отправлять постоянно, и это требовало концентрации. Я стояла неподвижно и фокусировалась на магических действиях, измеряя силу импульсов. Вот они задрожали, почти исчезли, затем стали сильнее. Я подавила желание открыть глаза. Заклинание продолжит работу, но если я открою глаза, то начну полагаться на то, что вижу, а не на то, что чувствую. Я медленно повернулась, улавливая присутствие двух живых существ. Трой и Лукас. Я точно определила их местонахождение, затем перепроверила. Да, они именно там, где я определила.
– Получилось, – сообщила я. Мой голос эхом разнесся в тишине.
– Хорошо, – отозвался Лукас, и они с Троем направились ко мне.
– Так как это работает? – поинтересовался Трой.
– Если я теперь буду медленно двигаться, то смогу чувствовать живые существа в радиусе двадцати футов.
– Отлично.
Я сделала глубокий вдох.
– Так, иду.
У меня было два варианта на выбор. Или чтобы меня вели с закрытыми глазами, как какого-нибудь психа на спиритическом сеансе, или открыть глаза и смотреть только в землю. Естественно, я выбрала второй. Что угодно, только не выглядеть идиоткой.
Лукас и Трой шли за мной. Через несколько ярдов я почувствовала, как поисковые импульсы теряют силу. Я сказала своим нервам, что причин для паники нет, никто на меня не давит. Нервы назвали меня лгуньей, но решили мне еще немного помочь. Я расслабилась, и поисковые импульсы заработали в полную силу.
Я почувствовала какие-то мелкие источники жизни на границе сознания. Когда я на них сфокусировалась, они остались аморфными. Небольшие млекопитающие. Крысы? Мне вспомнился роман, который мы с подружкой «позаимствовали» у ее старшего брата, когда были детьми. Что-то о сошедших с ума крысах, которые стали пожирать людей. Там была одна сцена… Я усилием воли избавилась от картинки, а мои взгляд забегал по земле в поисках грызунов.
Ментальные импульсы слабели, но я шла дальше. Мы закончили с одной двадцатифутовой полосой и занялись следующей. Я пробралась сквозь минное поле из пивных банок и обогнула черный шрам в земле – яму, в которой кто-то что-то жег. Затем я уловила присутствие – вдвое сильнее, чем предыдущие.
– Что-то есть, – сообщила я.
Я поспешила к источнику жизни, перебралась через трехфутовый кусок стены и уставилась на огромного серого кота. Он зашипел и бросился прочь. Ощущение присутствия живого тут же исчезло. Заклинание прекратило работу.
– Это его ты почувствовала? – уточнил Трой.
– Я не могу… – Я гневно посмотрела на Лукаса. Я знала, что он ни в чем не виноват, но ничего не могла с собой поделать. Я отошла к краю свалки, схватила палку и стала тыкать ею в груду тряпок.
– Пейдж? – Лукас подошел сзади.
– Не надо. Я знаю, что слишком бурно реагирую, но я страшно расстраиваюсь, если…
– Но у тебя же получилось. Ты нашла кота.
– Если я не могу определить разницы между котом и шестнадцатилетним парнем, то заклинание не сработало. Забудь об этом, ладно? Мне следует искать Якоба, а не пробовать заклинания в полевых условиях.
Лукас подошел поближе, так близко, что я почувствовала исходящее от него тепло, и заговорил очень тихим голосом:
– Ну, значит, ты по пути обнаруживаешь кота или двух. Кому, какое дело? Трой не представляет, как именно должно срабатывать заклинание. А нам нужно осмотреть довольно большой участок.
Слишком большой участок. Мы тут, по крайней мере, полчаса, а обыскали едва тысячу квадратных футов. Я подумала о Якобе, который вполне может находиться здесь и ждать спасения. А если бы это была Саванна? Я бы и тогда стояла без дела и огрызалась на Лукаса?