Для вызова мертвых нужны вполне определенные предметы. В косметичке должны лежать земля с могил, кусочки истлевшей одежды покойников и кто-то мертвый… Как минимум, кусочки мертвых тел, которые можно возить с собой. Это – рабочие инструменты некроманта. Думая о них, я радовалась, что я – ведьма и для моих заговоров и заклинаний требуются травы с приятным запахом, красивые камни, кубки филигранной работы и античные чаши.
Примерно через десять минут Джейми крикнула меня. Когда я вошла, она сидела рядом с постелью и держала руку Даны в своей. Большинство некромантов во время сеанса держат все нужное на виду, но косметичка Джейми исчезла вместе с содержимым. Остался только сенсор – горящая вербена – ее используют для контакта с травмированными душами: жертвами убийств или теми, кто не осознал, что умер.
– Не получилось? – спросила я.
– Получилось, – Джейми говорила натянутым шепотом, лицо ее побелело. – Она здесь. Я не… – голос ее окреп. – Я еще не вступала в контакт. Думаю, ей будет легче, если я использую канал. Ты знаешь, как это действует?
Я кивнула:
– Ты позволишь Дане говорить через тебя.
– Правильно.
– Значит, я буду задавать ей вопросы и…
– Нет. Нет, – замотала головой Джейми. – То есть да, ты будешь задавать вопросы, но передавать их ей буду я, а потом позволю ей отвечать через себя. Она не овладеет моим телом – я не допущу полного переселения, а если какой-то некромант когда-нибудь позволит тебе провести такой сеанс, ищи другого. Ни один некромант в здравом уме никогда не отдастся духу полностью.
– Поняла.
– Теперь насчет первой части, установления контакта. Это я сделаю сама. Так проще. Когда связь установится, я… объясню ситуацию. – Джейми сглотнула. – Я расскажу Дане, что случилось, где она находится. Она и так может это знать, но… дети… иногда сопротивляются правде.
Черт побери, я об этом не подумала. Мы ведь не просто просим Джейми вступить в контакт с Даной. Мы просим ее сообщить девочке, что она лежит в больнице, в коме.
– Прости, – сказала я. – Если ты не хочешь этого делать, я все пойму…
– Со мной все в порядке. Она ведь раньше или позже и так поймет, правильно? Но сейчас она вряд ли вспомнит все события в той последовательности, в которой они происходили.
– Амнезия, вызванная травмой, – кивнула я. – Лукас мне объяснял.
– Да. А теперь я вступаю в контакт. На это может потребоваться время.
Прошло двадцать минут. Джейми сидела прямо, словно кол проглотила, с закрытыми глазами, сжав руку Даны. Единственным свидетельством происходящего было легкое подергивание щеки время от времени.
– Хорошо, – наконец веселым тоном объявила Джейми. – Здесь с нами находится кое-кто, кто поможет нам поймать негодяя, который это с тобой сотворил. Поняла, малыш?
– Я буду рада, – ответ прозвучал на октаву выше, чем собственный голос Джейми.
– Ее зовут Пейдж, она ведьма, как и ты. Ты знаешь, что такое Шабаш?
– Я… я про него слышала… Кажется.
– Это группа ведьм. Пейдж раньше состояла в Шабаше, помогала там ведьмам, но теперь она работает вне Шабаша, чтобы помогать всем ведьмам.
Джейми это очень мило представила. Я поблагодарила ее про себя.
– Я хочу, чтобы ты рассказала Пейдж все, что помнишь, затем она задаст тебе несколько вопросов, и мы поймаем негодяя до того, как ты успеешь очнуться.
Значит, с Даной все нормально. Слава богу. Я впервые расслабилась после того, как зашла в палату. Дана спросила, когда очнется.
– Теперь уже в любой день, – ответила Джейми. – Твой папа скоро сюда приедет…
– Мой папа? Я знала, что он приедет. А мама здесь?
– Она периодически тебя навещает, – ответила Джейми. – Заботится о тебе.
– И они будут рядом? Когда я очнусь?
– Обязательно. Так, а теперь расскажи, пожалуйста, Пейдж все, что видела.
– Конечно. Привет, Пейдж.
Я уже открыла рот, но Джейми ответила за меня:
– Ты не сможешь слышать голос Пейдж, дорогая. Мне придется передавать ее слова. Но когда ты очнешься, то увидишь ее. Она очень о тебе беспокоится.
Дана улыбнулась через Джейми – улыбкой ребенка, непривычного к тому, что кто-то о нем беспокоится. Я прослежу, чтобы отец узнал, про отношения Даны с матерью и вообще про то, как в последнее время обстояли дела, и если он такой, как утверждает Беницио, то Дане никогда больше не придется проводить ночь на улице. Ну а если он не такой, то я сама о ней позабочусь.
– Я попытаюсь, – заговорила Дана. – Но… я не очень хорошо помню. У меня в голове все перепуталось, словно я видела это по телевизору, очень давно, и мне не вспомнить, как именно все происходило.
– Не волнуйся, Дана, – заговорила Джейми. – Мы понимаем, что всего ты не вспомнишь, и если не вспомнишь ничего, мы это тоже поймем. Но если ты что-то помнишь, пусть совсем чуть-чуть, нам это очень поможет.
– Это был вечер воскресенья. Я возвращалась домой с вечеринки. Я не напилась, вообще была абсолютно нормальная. Да, выкурила сигаретку с травкой, но больше ничего, всего одну сигаретку, которой еще поделилась со знакомым парнем. И вот я шла домой через парк. Я знаю, что это звучит по-идиотски, но парк казался более безопасным, чем дороги. Я была настороже, шла только по дорожке, оглядывалась, прислушивалась. И затем…
Она замолчала.
– И что случилось потом, Дана? – спросила Джейми.
– Потом… Наверное, я забыла, что произошло потом, помню только, как этот дядька внезапно оказался прямо за моей спиной. Наверное, я слышала его приближение, может, даже пыталась бежать, но я не помню.
– Спроси ее… – открыла рот я.
– Я знаю: вы хотите знать, как дядька выглядел, – продолжала Дана. – Но я его не рассмотрела…
– Если бы я оказалась на твоем месте, то так бы перепугалась, что вообще бы ничего не помнила, – призналась Джейми. – У тебя все получается прекрасно, малыш. Не торопись. Рассказывай, что вспомнишь.
– Он меня схватил. Следующее воспоминание: я на траве, в лесу, значит, мы уже сошли с дорожки. Я была в сознании, но не полностью, я чувствовала себя очень усталой. Мне жутко хотелось спать.
– Тебе что-то вкололи? – спросила я. Джейми передала вопрос.
– Наверное. Только по ощущениям не совсем, похоже… Я помню, что просто почувствовала себя жутко усталой. Не думаю, что он меня связывал, но я не шевелилась. Я не хотела двигаться. Я очень хотела спать. Затем он обвязал мне шею веревкой, я отключилась, и вот я здесь.
– Давай поговорим о телефонном звонке, который ты смогла сделать, – сказала я.
– Я кому-то звонила?
– По линии экстренной связи, – ответила я. – В Кабал-клан – по месту работы твоего отца.
– Я понимаю, о чем вы говорите, но не помню этого. Папа заставил нас с сестрой выучить этот номер, и я знаю, что в экстренных случаях должна звонить им в первую очередь, поэтому, наверное, я и звонила.
Я задала ей несколько вопросов о голосе нападавшего, акценте, его словах, просила вспомнить что угодно, любые мельчайшие детали, но Дана, смогла только сообщить, что, судя по голосу, «он не отсюда».
– Одна вещь, которую он сказал, показалась мне странной. Это когда он стал меня душить. Вроде бы он с кем-то разговаривал, но там никого не было. Он словно говорил сам с собой, только называл себя по имени.
Я оживилась.
– А ты его помнишь?
– Думаю, Наша, – сообщила Дана. – По крайней мере, оно так звучало.
– Спроси ее, что именно он говорил, – обратилась я к Джейми, и она выполнила мою просьбу.
– Он сказал, что делает это для Наши, – сообщила Дана.
– Ритуальная жертва, – поняла я.
Джейми кивнула. Мы продолжали задавать Дане вопросы, пытаясь разбудить ее память. Затем мы вернулись к самому нападавшему. Вероятнее всего, он относился к миру сверхъестественного и его расу можно было бы определить, но Дана ничего не помнила. Как дочь ведьмы и полудемона, она знала и заговоры с заклинаниями, и виды проявления демонической силы, однако нападавший ничего такого не продемонстрировал.
– Отлично, дорогая, – сказала Джейми, когда я показала, что у меня больше нет вопросов. – Ты нам очень помогла. Большое тебе спасибо.
Дана, улыбнулась через Джейми.
– Это я должна вас благодарить. И обязательно поблагодарю, когда очнусь. Я обязательно свожу вас пообедать. За мой счет. То есть за мой и папин.
– Да, малыш, – ответила Джейми, отводя взгляд. – Мы обязательно куда-нибудь сходим. – Затем она посмотрела на меня. – Я могу отправлять ее назад?
Я кивнула и надела колпачок на ручку.
– Скажи ей, что мы увидимся, когда она очнется. Через несколько минут Джейми встала и потерла плечи.
– С тобой все нормально? – спросила я.
Она издала ничего не выражающий звук и потянулась за сумкой. Я подавила зевок, затем зашла в ванную и плеснула холодной водой в лицо.
– А ты хотя бы примерно можешь сказать, когда она придет в себя? – выходя из ванной, поинтересовалась я.
– Она не придет.
Я замерла на месте и тихо повернулась. Джейми что-то перебирала в сумке.
– Что? – переспросила я. Джейми не поднимала головы.
– Она уже перешла черту. Оттуда не возвращаются.
– Но ты же… ты же говорила…
– Я знаю, что я говорила.
– Ты же сказала ей, что с ней все в порядке! Как ты могла?..
Джейми резко подняла голову и посмотрела мне в глаза:
– А что я должна была сказать? Прости, малыш, но ты уже умерла, просто еще этого не знаешь?
– О господи, – я рухнула на ближайший стул. – Извини. Мы не хотели… Я не хотела… заставлять тебя проходить через это…
– Такая уж у меня работа. Если не я, то кто-то другой? Тебе нужно поймать негодяя, а это был лучший способ добыть информацию, поэтому… – она провела рукой по лицу. – Я не прочь выпить. И в компании. Если ты не возражаешь.
Я с трудом поднялась на ноги.
– Конечно.
ДВОЕ ДЛЯ ОДНОЙ ОСОБЕННОЙ
Хотя, узнав о судьбе Даны, я все еще пребывала в состоянии шока, мои чувства не шли н