- Ступайте, Анно-ли, - оглаживая аккуратно подстриженную бороду, разрешил супруг напутствовав её на полдороге: - И проследите, чтобы на веранде никого не было.
- Да, господин, - недовольно поджав губы, хозяйка комнаты вышла, на прощанье бросив неприязненный взгляд на гостью.
- Садитесь, Ио-ли, - кивнул начальник уезда. - Старшая госпожа уже рассказала вам, что случилось?
- Да, господин, - чуть поклонилась девушка. - Губернатор получил донос о том, что вы собираетесь удочерить дикарку, и прислал своего младшего брата выяснить: так ли это на самом деле?
Одобрительно кивнув, мужчина продолжил расспрашивать:
- Вы знаете, что от вас требуется?
- Да, господин, - кивнула собеседница. - Нужно, чтобы у этого чиновника не осталось никаких сомнений в моём происхождении. Для этого я должна показать всё, чему научилась у госпожи Андо. Пусть он видит, что я достойна войти в семью благородного Бано Сабуро.
- Пройдитесь, - неожиданно велел хозяин дома.
Твёрдо вызубрив уроки наставницы, Платина неторопливо проследовала от стола к стене, затем обратно, после чего отвесила церемонный поклон и замерла, опустив взгляд.
- Неплохо, - одобрительно хмыкнул начальник уезда. - Кажется, вы не зря провели время у госпожи Андо. Правила чаепития знаете?
- Да, господин, - подтвердила приёмная дочь.
- Садитесь, Ио-ли, - разрешил собеседник. - Сестра просила назначить вам день рождения. Я вычислил наиболее благоприятную дату, исходя из того, когда вы появились в нашем мире, и хотел сообщить перед церемонией удочерения. Но, боюсь, господин Набуро может спросить об этом. Поэтому запомните: двенадцатый день месяца Лягушки тысяча двухсот седьмой год Сына неба во втором часу дневной стражи.
- Двенадцатый день Лягушки тысяча двести седьмого года во втором часу дневной стражи, - эхом отозвалась путешественница между мирами, мельком отметив, что приёмный папаша сделал её на год моложе.
- В остальном говорите всё, как условились, - одобрительно кивнул мужчина. - Я уже предупредил господина Нобуро, что вы потеряли память и ничего не помните из своего прошлого. Поэтому смело ссылайтесь на болезнь и ничего не бойтесь. Нет никаких доказательств того, что вы не дочь Кайо Сабо. После петсоры в Тадаё никто ничего не найдёт.
- Простите, господин, - воспользовавшись паузой, чуть поклонилась девушка. - Но, если я ничего не помню, откуда мне известен мой день рождения?
- Вам об этом рассказала госпожа Амадо Сабуро, - снисходительно усмехнулся хозяин дома. - А ей тот самый лавочник Шуфр, который вас вырастил.
- Точное время рождения, - наставительно изрёк он, - необходимо для составления гороскопа. А без него нельзя начинать ни одного важного дела. Разве у вас перед тем, как выдать дочь замуж или начать постройку дома, не советуются с астрологами?
- Нет, господин, - чтобы сдержать улыбку, Платиной пришлось чуть прикусить нижнюю губу. - У нас уже мало кто верит в то, что расположение звёзд влияет на судьбу человека.
- Если бы не та волшебная шкатулка, Ио-ли, - осуждающе покачал головой собеседник. - Я бы тоже подумал, что вы из какого-то варварского народа. Надеюсь, вы больше никому подобных глупостей не говорили?
- Я знаю, что должна быть полностью откровенная только с вами, господин, - склонила голову девушка, вновь чувствуя себя словно на манеже, когда малейшая ошибка в исполнении номера может стоить сломанной руки или даже жизни. - И с вашей сестрой - госпожой Амадо Сабуро.
- И это правильно, - одобрительно кивнул начальник уезда.
Замерев на пару секунд, словно решая для себя какой-то важный вопрос, он неожиданно спросил, сурово сведя брови к переносице:
- Вы говорили, что губернатор мог прислать сюда своего младшего брата и не из-за вас?
"Вот же-ж! - мысленно выругалась Платина. - Разболтала всё-таки, карга старая. Ну никому ничего нельзя сказать! Надо как-то выкручиваться. Что там написано в той книжонке? Кажется, "женские беседы не обязательно должны быть поучительными"".
- Простите, господин, - поклонилась она. - Я невольно забылась и взялась судить о том, о чём не имею ни малейшего понятия.
- Хорошо, что вы это осознаёте, Ио-ли, - одобрительно кивнул приёмный папаша. - И надеюсь, впредь вы не будете допускать подобных высказываний в присутствии тех, кто не знает о вашем истинном происхождении?
"Ого! - путешественница между мирами едва не присвистнула от удивления. Та уже успела уяснить, что местных дворян с детства учат строго следить за своими словами, а уж такой матёрый чиновнище даже наедине с такой незначительной персоной, как она, случайно не оговорится, привычка помешает. - Это же с ним я могу болтать всё, что вздумается? Ну, уж нет. На фик, на фик! Я лучше промолчу, так оно спокойнее будет".
- Но всё же, - неожиданно продолжил начальник уезда, - откуда вы знаете о подобных способах проверки?
- У себя дома, господин, я много... - Платина на миг замялась, не зная, как объяснить собеседнику, что такое кино и телевидение, но потом решила не заморачиваться, - ... читала. А у нас есть романы о том, как честные государственные служащие расследуют разного рода преступления. В одной из таких книг главный герой, чтобы не насторожить злоумышленников, использует совершенно пустяковый повод, чтобы задать вопросы и собрать нужные сведения. Я вспомнила этот сюжет и подумала, что может губернатор прислал сюда своего брата по какой-то другой причине?
- Вряд ли подобная литература подойдёт для девушки из благородной семьи, - проворчал мужчина. - И обычаи наши очень сильно отличаются от ваших, Ио-ли.
- Другой мир, господин, - пожала плечами собеседница, посчитав нужным добавить: - Но если я оказалась здесь, то буду жить так, как принято у вас.
- Так и должно быть, - машинально, словно бы уже не слушая её, пробормотал начальник уезда.
Внезапно он словно встрепенулся, внимательно посмотрев на свою приёмную дочь.
- Я отправил слугу за господином Нобуро. Скоро он будет здесь. Сначала я поговорю с ним, покажу письмо господина Сабо. А потом прикажу подать чаю. Его нам принесёте вы.
С этими словами хозяин дома поднялся со своего места.
- Слушаюсь, господин, - поклонилась вскочившая на ноги Платина, а когда мужчина скрылся за дверью, облегчённо перевела дух.
Она вдруг с пугающей ясностью осознала, что боится этого человека, понимая его абсолютную власть над собой и собственную беспомощность в этом безжалостном мире.
А теперь мало ей начальника уезда с многочисленным семейством и въедливой наставницей с сыном-алкоголиком, так ещё какой-то проверяющий появился аж из самой губернии!
Девушка не очень верила, что столь высокопоставленному начальству на самом деле интересно: кого именно удочерил господин Бано Сабуро? Несмотря на молодость, Ия уже кое-что видела в жизни, да и перегруженный информацией двадцать первый век давал достаточно знаний для понимания того, что она лишь случайный инструмент в вечной борьбе чиновников за власть, влияние и богатство. Но кто-то же дал врагам приёмного папаши повод напакостить ему столь экзотическим способом? Какой-то доносчик придумал подобное измышление? Тут явно постарался кто-то знакомый: либо из многочисленных обитателей усадьбы начальника уезда, либо из дома наставницы. Вот только вряд ли она или её отпрыск рискнут сознательно гадить своему благодетелю. Но мало ли что и кому мог по пьянке наболтать господин Андо?
Ия уже знала, что его не увольняют только благодаря снисходительности господина Бано Сабуро. Узнай тот, что он или его мать имеют отношение к написанию этого доноса, и младший писец вылетит с государственной службы, опережая собственный визг, оставив семью без средств к существованию.
Поэтому Платина больше склонялась к версии, что автора доноса либо его сообщника следует искать среди близких приёмного папаши.
Её размышления прервал шум на веранде. Вечерело, и в комнате уже царил полумрак.
Решив, что вернулась хозяйка комнаты, девушка собралась попросить ту, отправить служанку за огоньком для светильника.
Но в дверь вошла сама госпожа Азумо Сабуро, сопровождаемая Угарой, державшей в руках привязанный к палке бумажный фонарь.
- Почему в темноте сидите, Ио-ли? - поинтересовалась женщина, кивком отвечая на приветственный поклон приёмной дочери супруга.
- Думать можно и без света, старшая госпожа, - ответила Платина.
- О чём же вы думаете, Ио-ли? - заинтересовалась собеседница.
- О том, как доказать важному чиновнику, что я не дикарка, - без промедления отчеканила девушка, понимая, что именно этого ответа от неё и ожидают.
- Это хорошо, - важно кивнула хозяйка дома, усаживаясь на табурет и знаком предлагая ей занять место напротив. - У вас всё получится, Ио-ли. Вы только не забывайте, чему вас учила госпожа Андо.
Не дожидаясь распоряжений, Угара зажгла "спичку" от принесённого фонаря и запалила фитиль масляного светильника с ярко начищенным медным отражателем.
- Я слышала, вы делаете большие успехи не только в изучении этикета, - продолжила женщина. - Но и в счёте?
- Это большое преувеличение, старшая госпожа, - как и полагалось в таком случае, по местным обычаям стала отнекиваться Платина.
- Но не будет же госпожа Андо мне врать? - усмехнулась собеседница.
- Госпожа Андо просто слишком добра ко мне, - с деланным смущением потупилась девушка. - Я лишь хочу научиться быть полезной своему будущему господину.
- Угара говорила об этом вашем желании, - важно кивнула супруга начальника уезда. - Я рада, что вы уже сейчас думаете о будущем.
- Благодарю за добрые слова, старшая госпожа, - поклонилась Платина, почтительно заметив: - Но одного умения хорошо считать вряд ли достаточно, чтобы стать такой же примерной хозяйкой, как вы.
- Конечно, Ио-ли, - снисходительно усмехнулась явно довольная подобной лестью собеседница. - Но если хотите, то можете помочь мне вести дела, конечно, после того как закончите обучение.