И тут они заметили это.
Слабый, мерцающий свет пробивался из центра площади, как слабый маяк, зовущий и одновременно отталкивающий. Источник света был обёрнут тонкими нитями тумана, которые, казалось, струились прямо к нему, превращая пространство вокруг в нечто живое.
– Что это? – пробормотала Мила, замерев.
– Технология, – ответил Стас, его голос звучал напряжённо. Он сделал шаг вперёд, всматриваясь в объект. – Но она явно не земная. Смотрите на линии – органика и металл будто слились. Такое мы видели только у червей.
Они приблизились. Биомеханическое устройство возвышалось над землёй. Его поверхность переливалась приглушёнными оттенками зелёного и серебряного. Оно напоминало корень дерева, пробившийся сквозь асфальт, но в его структуре угадывались сложные линии и узоры, которые, казалось, пульсировали светом. Устройство издавало низкий гул, вибрации которого ощущались даже в воздухе.
– Это их дело, – выдохнул Олег, его рука непроизвольно потянулась к ножу. – Оно контролировало нас. Всё это время. Эти видения…
– Это не просто устройство, – тихо произнёс Стас, обводя взглядом его поверхность. – Возможно, оно связано с теми, кто их создал.
Данила не стал медлить. Его взгляд, полный холодной решимости, замер на объекте. Он аккуратно снял с плеча лом, который пронёс через весь этот путь, и шагнул ближе.
– Назад, – коротко бросил он остальным. – Если оно управляет туманом, мы уничтожим его.
– Ты уверен? – спросила Марина, но в её голосе не было сомнений. Она уже понимала, что другой дороги нет.
– Черви не оставляют ничего, что не имеет значения, – ответил Данила, сжимая лом. – Значит, это важная цель.
Он замахнулся. Лом с глухим звуком врезался в поверхность устройства, оставляя на ней глубокую трещину. Сразу же раздался пронзительный, вибрирующий звук, который резанул уши. Свет устройства начал мерцать ярче, линии на его поверхности побежали быстрее, но Данила не остановился. Ещё один удар, и из трещины вырвалась тёмная, густая жидкость, похожая на смолу. Её запах был резким, металлическим, обжигающим.
– Данила, быстрее! – крикнула Мила. Её полный ужаса взгляд метался между устройством и окружающим их туманом, который, казалось, стал плотнее.
– Почти готово, – коротко бросил он, сжимая лом ещё крепче.
Третий удар был решающим. Устройство заскрежетало, издав последний пронзительный звук, и вдруг замерло. Свет на его поверхности померк, линии замерли, а затем начали исчезать, как выжженные на металле узоры.
И тогда это произошло.
Туман, окружавший их, начал двигаться. Сначала медленно, словно неохотно, а затем быстрее. Он поднимался, закручивался в вихри, оставляя вокруг всё больше чистого пространства. Воздух стал легче, а мрак, который давил на них всё это время, начал отступать.
– Сработало, – выдохнула Аня, её голос был полон облегчения.
– Ещё не всё, – тихо сказал Данила, отшвырнув лом в сторону. Его усталый взгляд был устремлён вдаль. – Но мы сделали первый шаг.
Группа выстроилась вокруг него. Они стояли молча, наблюдая, как густая пелена тумана исчезает, открывая перед ними остатки разрушенного города. И в этой очищающейся пустоте, словно символ их упрямой решимости, показалась Останкинская телебашня.
Её верхушка, прежде скрытая, теперь чётко выделялась на фоне тусклого неба. Башня стояла гордо, возвышаясь над этим мёртвым миром, как напоминание о том, что дорога ещё не закончена.
– Мы это сделали, – тихо сказала Марина, её голос был полон удивления.
Данила посмотрел на них. И даже когда его лицо оставалось серьёзным, в уголках губ мелькнула слабая улыбка.
– Черви знали, куда ударить, – произнёс он, его голос звучал твёрдо, уверенно. – Но они не смогли нас остановить.
Его слова отозвались в сердцах каждого, как новая точка отсчёта. Потрясённая, но собравшая в себе остатки сил, группа, двинулась вперёд. Туман рассеивался всё больше, и с каждым шагом дорога становилась всё яснее.
Глава 21
Туман стелился густой пеленой, поглощая очертания разрушенных зданий и обволакивая обломки, словно пытаясь скрыть следы давно угасшей жизни. Казалось, он оживает, шевелится, почти дышит, заставляя каждую тень казаться движущейся. Воздух был влажным, вязким, словно напоенным металлом и гнилью. Каждый вдох приносил ощущение чужеродности, но это чувство давно стало привычным для оставшихся в живых.
Данила шёл впереди. Каждый его шаг был выверен, каждая остановка – необходима. Свет фонаря касался только земли, не вырываясь наружу, чтобы не выдать их присутствие. За ним шла Мила, сжимая рукоять ножа, что висел на поясе, готовая в любой момент выхватить его. Её взгляд блуждал по сторонам, отслеживая малейшее движение в плотной дымке. Виктор замыкал тройку, временами озираясь по сторонам и назад, где двигались остальные.
Аня шла рядом с Татьяной Павловной, но их движения были разными: первая двигалась нервно, почти прерывисто, будто пыталась идти быстрее своих мыслей, тогда как вторая сохраняла уравновешенность, но время от времени её рука касалась плеча Ани, словно для того, чтобы поддержать её морально. Марина шла в конце группы: её взгляд был холодным, почти равнодушным, но в нём светилось сосредоточенное напряжение. Она внимательно изучала тропу позади, будто стараясь прочитать в тумане предупреждение о возможной угрозе. Олег держался ближе к центру, и хотя его массивная фигура двигалась легко, мышцы были напряжены, а взгляд беспрестанно скользил по краям зоны видимости.
Стас шёл в стороне, чуть позади остальных, с видом человека, привыкшего быть незаметным. Его шаги были лёгкими, но выверенными, словно он с детства знал, как избежать ненужного шума. Стас внимательно наблюдал за каждым движением Данилы, готовый поддержать его в случае необходимости. Лёгкая тень усталости лежала на его лице, но глаза оставались цепкими и холодными.
Когда Останкинская башня показалась в дымке, Мила остановилась первой. Она прищурилась, пытаясь разглядеть очертания, которые начали проступать сквозь серую пелену. Башня выглядела монументальной и зловещей. Её верхушка, скрытая в тумане, терялась где-то в недосягаемой высоте. По всей длине конструкции тянулись тёмные наросты, словно живые вены, которые пульсировали слабым светом.
– Смотрите, – произнесла Мила, не отрывая взгляда от башни.
– Это кокон? – тихо спросил Виктор, указывая на пульсацию, которая становилась всё заметнее.
– Похоже на то, – отозвался Данила, коротко кивнув. Его голос звучал ровно, но в нём угадывалась напряжённость. – Но это не важно. Нам нужно попасть внутрь.
Группа продолжила путь. С каждым шагом детали башни становились чётче. Асфальт под ногами растрескался, покрылся густым слоем пыли и странной склизкой плёнкой, которая отражала свет фонарей. Машины, стоявшие вдоль дороги, казались частью этого нового, мёртвого ландшафта. Их корпуса изуродовало воздействие червей и странных аномалий, покрыли ржавчина и наросты, словно сама природа пыталась скрыть их присутствие.
Стас остановился на мгновение, с опаской поглядывая на группу тел, лежавших у обочины. Их искажённые позы и покрытые слизью лица выглядели жутко. Но были и другие.
– Они обороняют башню, – тихо сказал он, указывая на заражённых, которые патрулировали периметр. Их движения были размеренными, но в них ощущалась угроза.
– Они готовы, – добавил Олег, его голос был низким и напряжённым. – Похоже, нас здесь не ждут, но они знают, что кто-то придёт.
– Они ждут, что кто-то попробует, – поправил его Данила. – Но уверены, что никто не пройдёт.
Группа замерла, осматривая окружающее пространство. Татьяна Павловна подняла руку, указывая на разрыв в линии заражённых.
– Если пойдём через этот проход, то сможем избежать прямого боя, – сказала она, её голос был спокойным, почти отстранённым.
Марина внимательно осмотрела указанное место и кивнула.
– Это наш шанс, – подтвердила она.
Данила огляделся на всех, его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах читалась твёрдость.
– Действуем быстро. Мы не должны выдать себя, – коротко произнёс он, затем добавил, обращаясь к Виктору: – Аня идёт с тобой. Если что-то пойдёт не так, твоя задача – защитить её.
Виктор кивнул, его взгляд пересекся с глазами Ани. Она ничего не сказала, но её рука слегка дрогнула, сжимая ремень рюкзака. Олег, увидев их напряжённость, коротко усмехнулся.
– Расслабьтесь, – тихо бросил он. – Нам всем предстоит пройти через это.
Мила первой двинулась к разрыву в линии. Её шаги были лёгкими, но решительными. Остальные следовали за ней, и каждый старался не издавать лишнего звука. Каждый шорох отдавался в груди глухим эхом, но туман, казалось, поглощал их шаги, оставляя только напряжённое ожидание.
Когда башня оказалась в пределах досягаемости, Данила сделал знак остановиться. Его взгляд выискивал малейшие изменения в движении заражённых. Он чувствовал, что каждый миг приближает их к неизбежному столкновению.
Группа двигалась медленно, стараясь оставаться в тени разрушенных зданий. Туман вокруг стал плотнее, заглушая шаги, но вместе с этим усиливал ощущение неестественной тишины. Звуки, доносящиеся издалека, казались глухими: приглушённые крики, шорохи и что-то похожее на ритмичный гул, будто металл скрежетал о камень.
Они приблизились к башне настолько, что теперь могли разглядеть заражённых. Их движения были пугающе синхронными. Трое шли в ряд, внимательно изучая пространство, двигаясь с холодной, механической точностью. Двое остальных, стоя ближе к входу, держали что-то похожее на импровизированные копья, сделанные из металлических прутьев. Они меняли позиции так, как это делали бы хорошо обученные солдаты.
Виктор нахмурился и сделал жест остальным, чтобы остановились.
– Это не простой патруль, – прошептал он, едва поворачивая голову к Даниле. – Смотри. Они перекрывают подходы, весь периметр.
Данила проследил за его взглядом. Теперь он тоже заметил: заражённые не просто двигались: они чётко координировали свои действия, расставляя невидимые ловушки. Один из них, стоящий у разрушенной рекламной стойки, периодически замирал, как будто прислушиваясь. Его голова подёргивалась рывками, а затем он продолжал обход.