Данила отстранился от остальных, присев на разбитую металлическую балку. Он снял перчатки, обнажая пальцы, покрытые царапинами и ссадинами, и провёл ими по лицу, как будто хотел стереть усталость. В этот момент к нему подошёл Стас. Его обычно спокойное лицо выглядело встревоженным. Он опустился рядом, но так, чтобы их разговор не могли услышать остальные.
– Данила, – начал он тихо, избегая прямого взгляда. – Нам нужно поговорить.
– Слушаю, – ответил парень, глядя на него настороженно.
Стас некоторое время молчал, сжимая в руках обрывок ткани, которым пытался занять дрожащие пальцы. Наконец, он глубоко вдохнул.
– Ты знаешь, я… Я давно что-то чувствую к Марине, – выговорил он, как будто каждое слово вызывало у него боль. – Ещё до того, как всё это началось. Когда мы встретились здесь, я думал, что, может быть, у меня есть шанс. Но сейчас… после всего… – он замолчал, подбирая слова, и продолжил почти шёпотом: – Теперь я знаю, кто она на самом деле. И понимаю, что шансов у меня нет. Никаких.
Данила не сразу ответил. Его взгляд скользнул к группе, где Марина стояла в тени, прислонившись к стене и сосредоточенно изучая капсулу с выжившими. В её глазах светилась привычная холодная решимость.
– Стас, ты же знаешь, что она не такая, как мы, – осторожно начал Данила, пытаясь найти правильный тон. – Но это не значит, что она лишена… чувств.
Стас коротко усмехнулся, но в его улыбке не было радости.
– Чувств? Данила, она смотрит на меня так, будто видит просто инструмент. Оружие. Я для неё никто, понимаешь? Никто.
Тот собирался возразить, но вдруг услышал тихие шаги. Обернувшись, он заметил Марину. Она смотрела на них, её глаза блестели в полумраке. Очевидно, она услышала больше, чем нужно. Не сказав ни слова, она подошла ближе, остановившись в нескольких шагах.
– Данила, – негромко произнесла она, встретившись с ним взглядом, в котором читалась просьба. – Можешь оставить нас на минуту?
Задержавшись на мгновение, он оценил выражение её лица, но ничего не сказал. Лишь кивнул и медленно поднялся, оставив их вдвоём.
Стас остался на месте, чувствуя, как по спине прокатывается холодный пот. Он хотел сказать что-то, но не находил слов. Когда Марина подошла ближе, её шаги были тихими, почти бесшумными, а взгляд она теперь не отводила от него. Она остановилась так близко, что он почувствовал слабый запах озона, всегда окружавший её.
– Ты действительно так думаешь? – спросила она, её голос был мягким, но в нём звучал вызов.
Стас поднял голову, встретившись с её взглядом. В этом взгляде он увидел нечто, чего раньше не замечал: тепло. Смешанное с напряжением, но всё же настоящее тепло.
– Думаю, – ответил он наконец, его голос звучал глухо. – Иначе я бы не сказал это вслух.
Марина слегка склонила голову, и её лицо стало мягче, но в движениях всё ещё чувствовалась осторожность. Затем, к его полному удивлению, она сделала шаг вперёд и положила ладонь на его плечо. Её прикосновение было тёплым, и неожиданно лёгким.
– Ты глупый, Стас, – тихо произнесла она. Губы у неё дрогнули, будто она собиралась улыбнуться, но вместо этого она вдруг мягко потянулась к нему.
Он замер, когда её губы коснулись его. Это был нежный, осторожный поцелуй, словно она боялась, что он испугается или отступит. Но он не двинулся. Его руки, сначала застывшие вдоль тела, поднялись, нерешительно коснувшись её талии.
Поцелуй длился всего мгновение, но в этом коротком прикосновении было больше искренности, чем Стас мог себе представить. Когда Марина отстранилась, её глаза задержались на его лице.
– Ты не прав, – тихо сказала она, её голос был твёрдым, но удивительно тёплым. – Ты для меня больше, чем инструмент. Больше, чем ты думаешь. Я… тоже.
Она замолчала, подбирая слова. Стас смотрел на неё, не веря тому, что слышал.
– Ты что? – прошептал он, его голос дрогнул.
– Тоже люблю тебя, – закончила она, глядя прямо в его глаза. – Несмотря на всё. Несмотря на то, кто я. Или кто ты.
На мгновение тишина заполнила пространство между ними, но эта тишина была другой – она уже не угнетала, не давила. В ней было что-то освобождающее, словно в этих словах они нашли точку опоры, которой не хватало в этом чуждом мире.
Стас не выдержал и притянул её ближе. Его руки теперь обнимали её твёрже, чем прежде. Она позволила себе расслабиться, прижавшись к нему. Их дыхание смешалось, а окружающий мир, казалось, исчез.
Мгновение длилось, как целая вечность, пока они не услышали шаги. Это был Данила. Он вернулся и остановился, увидев их. Его взгляд был непроницаемым, но он ничего не сказал, лишь кивнул, давая понять, что время идти дальше.
Марина и Стас медленно отстранились друг от друга. Их руки всё ещё соприкасались, когда они повернулись к Даниле. Между ними не было нужды в словах – всё, что нужно, уже было сказано.
Марина стояла в центре, и её фигура отбрасывала слабую тень на ржавую металлическую стену. Тусклый свет, исходящий от пульсирующих биомеханических структур, словно нарочно выделял её из общей темноты. Она смотрела на Данилу и остальных, её глаза сверкали решимостью, а голос звучал твёрдо, но без лишнего напора.
– Узел управления порталами должен быть здесь, в башне. Это единственное место, где такая структура может существовать, – произнесла она, стараясь удерживать внимание каждого. – Эти порталы – их ключевой инструмент. Они используют их, чтобы перебрасывать ресурсы, подкрепления, технологии. Пока узел функционирует, они могут продолжать своё вторжение, и нам не остановить их полностью.
Её слова повисли в воздухе, как нависает подтаявший тонкий лёд над чёрной водой. Группа молчала, переглядываясь, но никто не решался заговорить первым. Олег провёл рукой по грязному рукаву куртки, стараясь скрыть внутреннее напряжение. Мила скрестила руки на груди, и её взгляд метался между Мариной и Данилой, будто она пыталась понять, насколько тот готов принять её сторону.
– Если мы уничтожим узел, – продолжила Марина, её голос стал тише, но в нём звучала угроза. – Мы лишим их возможности быстро восстановить свои силы. Это будет не просто удар. Мы лишим их главного преимущества.
– Это звучит… логично, – задумчиво произнес Олег, но его лицо оставалось мрачным. – Только как мы собираемся это сделать? У нас нет даже точных координат. Башня огромная, а времени почти нет.
– Это самоубийство, – резко вставила Мила, при этом её голос прозвучал громче, чем она хотела. – Нам едва удалось пережить столкновение с ними. А ты предлагаешь отправиться в самое их логово, где они точно будут нас ждать.
– А что ты предлагаешь, Мила? – отозвалась Марина, чуть приподняв подбородок. – Сидеть здесь, пока они перебросят ещё больше своих созданий? Пока они окончательно уничтожат всё, что осталось от нашей планеты?
Мила прищурилась, но ничего не ответила. В её глазах сверкнул вызов, но она молчала, будто взвешивая каждое слово.
– Она права, – спокойно произнёс Данила, разорвав тишину. Его голос звучал ровно, но в нём чувствовалась внутренняя напряжённость. – Это наш единственный шанс. Если мы не сделаем этого сейчас, потом уже не будет никакого "потом".
Марина кивнула, её взгляд стал мягче. Но прежде, чем кто-либо успел что-то сказать, раздался голос Стаса:
– Я… думаю, я знаю, где это может быть.
Все повернулись к нему. Стас стоял чуть в стороне, прислонившись к холодной металлической стене. Его лицо было сосредоточенным, но в глазах читалась неуверенность, будто он до последнего сомневался, стоит ли говорить.
– Что ты имеешь в виду? – спросил Данила, пристально глядя на него.
– Когда мы заходили в лифт на четвёртом уровне башни, – начал Стас, голос его был хриплым, словно он давно не говорил, – я заметил нечто… странное. Оно выглядело как огромный кокон, встроенный в стены. Тогда никто, кажется, этого не увидел, и я тоже не придал значения. Просто решил сосредоточиться на том, чтобы двигаться дальше. Но теперь я думаю… – Он замолчал, словно пытаясь подобрать слова. – Думаю, это то, что мы ищем.
– Ты уверен? – спросил Олег, его взгляд стал пристальным. – Мы не можем рисковать, основываясь на предположениях.
– Это не предположение, – резко ответил Стас, его голос стал твёрже. – Я видел это. Оно было… живое. Стены вокруг него двигались, светились, и я чувствовал… – Он замолчал, глядя в сторону. – Чувствовал, что мне нельзя оставаться там.
На мгновение воцарилась тишина. Все смотрели на Стаса, как будто пытались оценить правдивость его слов. Мила шагнула ближе к нему, и её глаза сузились.
– Если ты прав, – произнесла она медленно, – то почему ты не сказал об этом раньше?
– Потому что я не знал, что это важно, – честно ответил он, не отворачивая взгляд. – Думал, что важен только тот кокон сверху. Теперь знаю, что это не так.
Данила поднялся, глядя на Стаса, а затем перевёл взгляд на Марину.
– Если это действительно узел управления, – сказал он, обращаясь ко всем сразу, – у нас нет другого выбора. Мы должны уничтожить его.
– И даже если это ловушка? – спросила Мила почти шёпотом, но в её голосе чувствовалось напряжение.
– Если это ловушка, мы найдём способ выбраться, – уверенно ответил Данила. – Но, если мы не пойдём, мы проиграем без шанса что-либо изменить.
Марина кивнула, и глаза у неё сверкнули решимостью.
– На четвёртом уровне, значит, там и начнём, – сказала она. – Мы разберёмся, что это за кокон, и уничтожим его.
Её слова звучали так, будто она уже видела исход этого похода. Остальные молчали, но на лицах каждого читалось одно: они понимали, что пути назад больше нет.
Неожиданно Виктор пошатнулся и рухнул на пол. Его лицо побледнело, а дыхание стало прерывистым.
– Виктор! – первой закричала Аня, бросаясь к нему. Она упала на колени рядом, её руки дрожали, а голос прерывался от истерики. – Нет, нет, ты не можешь… сейчас… Пожалуйста, очнись!
Данила и Олег подбежали к нему, но Марина резко вскинула руку, заставляя их остановиться.