«Поживём-увидим», — иронично подумала Руника, но благоразумно промолчала, не желая снова расстраивать девушку. В душе она прекрасно понимала необоснованность своих нападок. Распоследнему твердолобому цинику было ясно, что парочку связывает глубокое чувство и в том, что девушка жутко волнуется, не было ничего удивительного. Выступай де Фокс на рыцарском ристалище, она тоже вряд ли была бы так спокойна.
Слова Руники о том, что у юноши есть все шансы стать победителем, оказались пророческими.
После большого перерыва в состязаниях Юлиан, как победитель среди новичков, выступил уже против закалённых воинов. Он довольно легко победил своего первого серьёзного противника, дважды выбив его из седла в тройной сшибке. В следующем поединке он и невысокий, но могучий рыцарь со странным зверем на гербе все три раза упали с коней. И лишь после жаркой схватки на мечах юноша стал победителем.
Дальше дела пошли с переменным успехом. Сказалась усталость, поэтому были победы по очкам и просто ничьи из-за лимита времени. Несмотря на это, он по-прежнему оставался одним из лидеров.
Конечно, самый серьёзный противник попался ему в решающем поединке. Им оказался тот самый ранее запримеченный рыцарь в чёрных доспехах, явившийся на турнир инкогнито. В отличие от юноши тот чисто выиграл все свои поединки.
«Н-да! Кажется, мне не устоять», — расстроился Юлиан, и тут снова вспомнил де Грамона и его любимую присказку: «Выше хвост, щенки! Кто в мыслях подарил победу противнику, тот уже проиграл».
«Умница наш капитан!.. Какая жара! Проклятье! До чего же надоела чёртова кастрюля!» Юлиан совал с голову шлем и, хватая ртом пыльный воздух, задышал полной грудью. «Чёрт! Как же я устал!.. Ладно. Будем надеяться на второе дыхание». Оруженосец подал ему новоё копье, и он ободряюще улыбнулся в ответ на его встревоженное выражение.
— Не беспокойся, парень, мы выиграем! Вперёд, Ганнибал! — он понёсся навстречу противнику и автоматически отметил, что тот не сразу выдвинулся ему навстречу.
«На психику давишь, козёл? Ничего не выйдет!» Ощущая чужое превосходство, Юлиан лишь разозлился.
— Рано пташечка запела, как бы кошечка не съела! — прогорланил он вслух, не сдерживая гнев, и покрепче перехватил копьё.
И тут в его голове промелькнула обескураживающая мысль: «Блин! А вдруг это сам король? Говорят, он любит выступать инкогнито… — после минутной паники на его губах промелькнула хищная улыбка. — Наплевать! На ристалище мы все равны».
После первой сшибки оба противника сломали копья, но чудом удержались в седле. Видя такое дело, зрители взревели от восторга — силы были равными, и поединок обещал быть интересным.
Ещё два раза были сломаны копья, и рыцари схватились за мечи.
Глядя на свое противника, Юлиан не переставал ломать голову. Своими повадками он очень напоминал де Фокса, но он присягнул бы на Библии, что это не граф. В конце концов, он знал приятеля уже не один день, и не перепутал бы ни с кем другим. С другой стороны, в чёрном рыцаре ему чудилось что-то знакомое, особенно в его манере боя на мечах.
«Блин! Это же чёртов магрибинец!» — догадался он и Адлигвульф, отскочив, согласно кивнул.
— Это турнир для людей, а не для колдунов, которые вдобавок ещё и оборотни! — вполголоса возмутился Юлиан.
— Не бойся, мальчик! Мне знакомо чувство чести. Сейчас я дерусь без применения своих способностей.
— А не врёшь?
— Слово герцога Звёздной долины, — Раймонд Адлигвульф отбросил шлем, и с его вспотевшего загорелого лица блеснула белозубая улыбка. — К тому же Рихард следит за нашей схваткой и не даст мне разгуляться.
Не сразу поняв, о ком идёт речь, Юлиан чертыхнулся. «Мать твою!.. Со всех сторон обложила нечистая сила!»
«Простите, сударь!» — спохватившись, извинился он перед своим невидимым помощником.
«Господин, поверьте, я вас не подведу!»
Юлиан растеряно улыбнулся, впервые заметив, что на рукояти кинжала глаза серебряного волка полыхнули рубиновым огнём. «Так я и знал, что с этими вещичками из лесного дома что-то нечисто!»
— Вот как? — вслух проговорил он и насторожённо подумал: «Ёпрст! Знать бы ещё, чем я заслужил верность призрака».
— Вот и мне интересно, — буркнул «магрибинец», выбирая удобную позицию для нападения.
Юлиан тоже отбросил шлем и, сделав несколько замахов мечом, прищурился, глядя на своего противника.
— Сударь, если мне не изменяет память, вы тоже присягали мне на верность.
— Верно, — подтвердил ухмыляющийся Раймонд Адлигвульф. — Но доблесть не знает сословных границ. Не так ли? На ристалище мы все равны: и блистательный король, и последний деревенский рыцарь, только что вылезший из грязи, — видя, что с лица юноши не сходит недоверчивое выражение, он спокойно добавил: — Не бойтесь, барон. Больше я не читаю ваших мыслей. Это не этично во время поединка. Не верите мне, спросите своего ангела-хранителя.
«Да, это так, мой господин!» — подтвердил призрак, и Юлиан успокоился.
— Ладно, не будем ходить вокруг да около. Пора выяснить, кто из нас сильней.
— Согласен.
Сделав мгновенный выпад, Юлиан ушёл от ответного удара, а затем непрерывно атаковал. По ходу дела он несколько раз находился на волоске от поражения, но пришло долгожданное второе дыхание, и удача была на его стороне. А может, это принесла свои плоды его не совсем обычная тактика боя. Как бы то ни было, он победил.
Правда, Адлигвульф ничуть не расстроился и не преминул подпортить ему триумф. Лёжа на земле он заявил, что с его стороны это была уступка своему господину. Уставший до чёртиков юноша замахнулся мечом и он, стремительно откатившись, поднял руки.
— Сдаюсь! Я пошутил!
— А я не понял! — рявкнул Юлиан, пристав клинок к горлу зловредного противника. При этом он не заметил, что его кожа предательски засветилась. — Здесь только я имею право на шутки!
— Ваше право, сударь, — проговорил насторожённый Адлигвульф и примирительно улыбнулся. — Не горячитесь! Я же сказал, что признаю своё поражение.
Юлиан опомнился и, убрав меч, протянул ему руку.
— Вставайте, сударь, и впредь не забывайтесь.
Голос юноши прозвучал совершенно бесстрастно, но отчего-то Раймонда охватил внезапный озноб, и он сразу же посерьёзнел, поняв, что с трудом удерживается от паники. Живущий в нём оборотень заскулил от страха. «Вот чёрт!..» Не прикасаясь к руке юноши, он вскочил на ноги и, преодолев себя, слегка подался вперёд и уставился на него испытующим взглядом.
«Рихард, кто он такой?»
«Наш господин, — холодно ответил брат-призрак и приказал: — На колени!»
«Ни за что!»
«Раймонд, не будь дураком! Я когда-нибудь был не прав, настаивая на своём?»
«А что? Это тот самый случай?»
«Да!»
«Ладно, не злись. Так и быть, прислушаюсь к тебе по старой памяти», — неохотно согласился Раймонд.
С церемонным выражением он преклонил колени.
— Сударь, я ваш пленник. Можете забирать мои доспехи и коня.
Юлиан насмешливо улыбнулся.
— Я не граблю своих слуг. Это подрывает их доверие к суверену.
— Тогда назовите сумму выкупа, — настаивал Раймонд.
Недоумение во взгляде юноши сменилось пониманием.
— Не хотите быть моим должником?
— Да.
— Как бы то ни было, мне не нужен выкуп.
Вздохнув, Раймонд снял с пальца кольцо с огромным чистым изумрудом и протянул его своему победителю.
— Возьмите, барон! Это просто подарок, — проговорил он и, видя, что юноша колеблется, быстро добавил: — Вы правы. Я не хочу быть вашим должником.
— Ладно. Что-то я сегодня жутко добрый.
Юлиан протянул руку и, немного помедлив, надел кольцо на палец. Разглядывая его, он усмехнулся. «Похоже, камешек родом из Сибири», — подумал он и перед его внутренним взором неожиданно возник образ матери, собирающейся на приём.
«Принцесса, как ты думаешь, что мне надеть бриллианты или изумруды?» — повернувшись спросила Лидия. В её взгляде сквозила трогательная беззащитность: так всегда бывало, когда она общалась с дочерью.
«Мама! Мамочка!» Охваченный печалью Юлиан с трудом подавил всколыхнувшийся гнев и бесполезное сожаление. «Вот долбанная кретинка! Могла бы сказать, что ей очень идёт гарнитур из изумрудов, а не закатывать истерику, что опаздываешь на свидание!» — подумал он с негодованием.
От сеанса самоедства его отвлекла кровавая искорка, вспыхнувшая в прозрачной зелени камня. «Блин! Опять очередная ловушка!» — завёлся он с пол-оборота.
— Сударь, заберите свой троянский подарочек! — с негодованием воскликнул он и сорвал кольцо с пальца.
С лица «магрибинца» исчезла насмешливая гримаса и он, спрятав руки за спину, отступил на шаг.
— Нет-нет, барон де Фальк! Это не то, что вы подумали. Я всего лишь убрал настройку камня на себя.
«Это правда, мой господин!» — подтвердил его призрачный двойник.
Злость Юлиана сменилась смущением.
— Извините, Адлигвульф. Похоже, я излишне подозрителен.
— Это вы извините, барон. Я должен был предупредить вас о происходящем.
— Да, уж! Немного информации мне бы не помешало, — проговорил юноша и, дружелюбно улыбнувшись бывшему противнику, протянул ему руку. — Мир?
— Мир, — с серьёзной миной подтвердил Адлигвульф и, пожав протянутую руку, исчез в толпе, сопровождаемый герольдами, которые жаждали раскрытия его инкогнито.
Впоследствии граф де Фокс с удивлением узнал, что участвовал в рыцарском турнире и даже чуть не стал его победителем.
Глава 19
Адлигвульф ушёл и Юлиана тут же окружили товарищи, которые на радостях подвергли его рёбра нешуточному испытанию. К счастью гибкие латы не подвели и дали достойный отпор их медвежьим объятиям, а затем мушкетёры, как истинные джентльмены, уступили своё место восторженным поклонницам.
Только юноша забеспокоился, как над толпой ему махнула знакомая рука, и раздался радостный голосок:
— Хабиб!.. Я здесь!
— Цветик!
— Слава Аллаху! Ты жив и здоров!
Девушка легко скользила среди плотной толпы народа, но первой к нему прорвались сияющая Руника. Лучась от счастья, она обняла его и по-дружески похлопала по спине.