Сабрина соединяла в себе всё хорошее, что было в Эльзе и Тамаре. И мне казалось, что, если я потеряю её — это меня сломает.
Она казалась идеальной! Помню, я пригласил Сабрину в новый бар, только-только открывшийся и позиционировавший себя «для элиты». В этом баре были комнаты… для развлечений.
Когда мы напились, я намекнул об этих комнатах Сабрине. Это был достаточно пошлый намек, и если бы она оскорбилась — я бы это понял, и отвез её домой.
Сабрина изволила осмотреть эти комнаты… и я ощутил, как от её шепота «Хочу увидеть, что там» наливается член.
До сих пор помню те красные бархатные подушки, полог над кроватью, и запах масел. Знаешь, то было ужасно пошлое место, но именно там со мной приключилось нечто настолько непошлое. Душевное.
Я закрыл дверь изнутри, и сразу принялся целовать Сабрину. Я так её хотел, что без матов и не передать.
— Эрих…
Я снимал с неё платье… она повернулась, что я смог дотянуться до пуговиц на спине. Я оголял её спину с тем же чувством, с каким дети распаковывают новогодние подарки.
У меня руки тряслись, когда я ложился поверх её обнаженного тела. Я гладил её грудь, живот, промежность. Она не сопротивлялась, это дерзкая бунтующая женщина.
— Эрих… только осторожно.
Она намекала на то, чтобы я не кончил в нее. Меня будто кнутом по спине ударили. Не смогу я иметь с тобой детей, маленькая, как бы ни хотел. Это тебя убьет.
Я уложил её на кровать и поцеловал.
— Хорошо, — и вошел в нее.
Она обхватила меня ногами. Выгнулась, подставляясь под поцелуи. И выдохнула с каким-то непонятным мне облегчением.
— Сабрина… выходи за меня, — сказал я в порыве страсти, и поцеловал эту удивительную женщину.
•• •• ••
Утром я проверил, всё ли с ней хорошо. И испытал облегчение, ведь я себя контролировал, ни капли моей энергии не «разлилось». Её энергетическое поле не изменилось.
— Эрих, ты чего такой довольный? — спросила Сабрина, целуя моё плечо.
— Что за вопрос? — засмеялся. — Мне удалось тебя уговорить на постельные утехи, и даже жениться не пришлось. Чем не повод для радости, не так или?
— Ну и дурак, — засмеялась женщина. — Мог бы и спросить для приличия.
— Какие могут быть приличия в постели, когда я в тебе? И да, я спрашивал. Могу повторить: «Пойдешь за меня?»
— И что я ответила?
— Ничего, — шутливо оскорбился я. — Неправильная ты какая-то, тебе что, не прививали с детства, что на предложение руки и сердца нужно отвечать «Да».
Я сел на постели, поставил Сабрину перед собой. Обхватил руками тонкую талию, прошёлся руками по ягодицам. Её голый живот был на уровне моих глаз, чем я сразу воспользовался, и поцеловал этот живот.
— Ой, щекотно! — засмеялась она, и положила руки мне на плечи. — И что, сразу надо отвечать на предложение, или можно подождать немного?
— Конечно, не сразу. Сначала убедись, что будущий муж не стар… — Она хмыкнула. — Не очень стар… красив, богат, и с хорошей родословной.
— Ты как будто лошадь описываешь!
— Какое там! Я себя описываю! — Я взял в руки её ладонь, поцеловал пальцы. — Видишь, вот на этом пальчике колечка не хватает обручального.
— Да что ты говоришь!
— Ну так что, Сабрина, пойдешь за меня?
Она обозвала меня идиотом, который только и думает, как бы поскорее на ком-то жениться. Сказала, что ей еще рано думать о таких серьезных вещах.
Я напомнил, что она уже была замужем.
— Потому-то и не готова. Замужем один раз побывала, и на этой цифре остановимся.
— Непарные цифры — к неудаче!
— Впервые о таком слышу, Нойман.
— Давай, Сабрина, соглашайся, я тебе кольцо красивое куплю.
— Да я себе сама что угодно куплю, — Она хмыкнула. — Я — богатая вдова!
— Ого! Так что, я еще и состояние свое удвою! Вот так удача!
— Не настолько богатая, нойманский отпрыск, — хмыкнула она. — У тебя там денежки нескольких поколений за душой.
— А вот это обидно. Я, знаешь ли, много работаю, и сам очень даже успешный человек.
— Это да, — согласилась она. — Неправильный ты какой-то отпрыск. Деньги не транжиришь, в борделях нечастый гость, в скандалах никаких не отмечаешься, по кабакам не шляешься!
— По таким, где я тебя встретил?!
— Ну хорошо, этот пункт мы вычеркнем.
Я схватил её, и бросил на кровать.
— Не морочь мне голову! Пойдешь за меня?!
Она шутливо выгнула бровь.
— Мне нужно подумать.
— Это плохая идея, — я укусил её за бок, чем вызвал очередной взрыв смеха.
— Хорошо — Хорошо, — смеялась она. — Пойду! Но учти, с меня получится очень требовательная и капризная жена.
Неправда, София, всё неправда, из нее бы получилась прекрасная жена. Лучше у меня, наверное, никогда не будет.
Была бы…
Смерть
Я объявил своей семье, что женюсь. Несложно догадаться, что новость была принята в штыки. Был созван совет, где мне пришлось объяснять, юлить, утаивать, льстить. Это была игра на грани — ктархи чувствуют ложь, а лесть и вовсе не переносят на дух.
Мне удалось убедить совет, что моя женитьба — это попытка контролировать энергию, и что именно моя жена примет на себя основной удар!
Дураки! Я бы ни за что не причинил Сабрине боль.
Помогло еще и то, что на моей стороне был Марк. Когда-то он по моей протекции вошел в совет, и с тех пор поддерживал меня безоговорочно.
С советом у меня были сложные отношения. Всегда. Все вокруг знали, что мне от рождения было суждено быть выше, намного выше, но без Сафрон я не могу контролировать свою энергию, и именно поэтому до некоторых процессов меня никогда не допустят.
Самые сильные ктархи предотвращают войны и контролируют энергетическое поле целых материков. И потом отдают эту энергию своим женам или мужьям.
Мне отдавать было некому — я бы убил сотни тысяч людей, если бы во мне было столько энергии, и я решил от нее избавиться.
Если бы я нашел свою Сафрон — это бы резко упрочнило мои позиции. Но после знакомства с Сабриной… плевать мне стало на позиции, я просто хотел быть… с ней.
Мне приходилось ходить налево. Часто, иногда — по два-три раза в месяц. Я выбирал женщин чистоплотных, старался не вредить им.
Мы готовились к свадьбе. И вот тогда-то…
Я стал замечать, что Сабрину что-то беспокоит. Спрашивал, что именно, но она не рассказывала. Я чувствовал, как колышется её поле, и понял, что Сабрина меня… боится.
Женщина, которой я не сделал ничего дурного, которую так сильно любил.
Я пытался узнать у нее, что случилось. Сабрина лишь усмехалась.
Я раздевал её, мы ложились вместе в постель, и даже когда я был в ней, я чувствовал в её поле… гнильцу. Даже в моменты нашего единения, она чего-то боялась.
Не зная, как решить проблему, я попросил у Марка проследить за Сабриной. Месяц спустя он принес отчет — Сабрина встречалась с другим мужчиной.
Это был удар! Меня рвало на части от ревности! Я не мог понять, почему она это делает, ведь она любила меня, и даже несмотря на недавно появившийся страх, я оставался в её поле главной фигурой.
Но Марк приносил всё новые и новые доказательства того, что Сабрина мне не верна. И это был удар, который меня сломал!
Однажды она пришла ко мне в слезах, и я понял, что она хочет разорвать наши отношения. После всего, что я делал, чтобы быть с ней.
На следующее утро тело Сабрины нашли в речке у въезда в город.
Расставание
Предательница! Она пришла ко мне… сама. В тот же вечер, после встречи с другим мужчиной.
Служанка сообщила, что Сабрина ждет меня в гостиной.
Я напился в тот день. Не то чтобы алкоголь действовал на меня в полную силу, но если выпить много, очень много…
— Здравствуй, невеста, — сказал я, а в душе разливался холод при виде её родного лица.
Я инстинктивно считал её поле, и увидел… Ей хватило смелости прийти ко мне после ночи с другим мужчиной! Я это чувствовал, секс всегда оставляет яркий след на поле человека.
Меня это осознание ударило, выбило дух, волю, дыхание. Я смотрел на Сабрину, и не понимал, зачем, почему эта женщина, которую я так сильно полюбил, предает меня?
Я был виноват перед Тамарой, но никогда я даже в мыслях не оскорблял Сабрину. Как же я её любил, на руках носил! Вспоминать больно!
— Эрих, я бы хотела поговорить, — сказала она.
— Говори, — ответил я.
Я смотрел на нее, и спрашивал себя, как мог попасть в такую глупую ловушку. Женщина, самая обычная, не из рода ктархов, смогла обвести меня вокруг пальца. А я повелся… Во мне росла злость, ненависть, я чувствовал, как в руках воспламеняется, растет энергия, требуя воспользоваться своей силой, и убить! Мне её убить хотелось.
— Я бы хотела… у тебя найдется что-то выпить? — спросила она, постоянно обтирая влажные руки об рукава платья.
— Чего ж не найдется, — хмыкнул я, — у меня есть всё.
Я подошел к бару, наполнил для нее стакан бурбона. Она приняла скатан, и сходу выпила полпорции. Я криво усмехнулся: для неё это много, очень много.
— Ты хочешь разорвать помолвку? — спросил у неё прямо.
Её глаза увлажнились. Она кивнула.
— Да.
— Почему? — не смог удержаться от этого вопроса. Глупый вопрос.
Сабрина молчала.
— Я не могу… не могу тебе сказать. Эрих, не смотри так… не могу…
В её глазах стояли слезы. А я не верил! Я видел на ней след другого мужчины, как после такого можно поверить?! Как, София!? Как можно верить женщине, которая так предала, так унизила!?
Я налил себе добрую порцию бурбона. Осушил стакан одним глотком. Алкоголь на меня действовал слабо, но сама привычка пить, когда невмоготу, была.
— Рисковая ты женщина, — я ударил языком об небо. — Не понимаешь, что ходишь по краю. Как бы не сорваться…
— Эрих…
— Ты нашла другого, — перебил я её. — Я чувствую на тебе его запах, да и Марк видел тебя с другим мужчиной.
— Эрих, — прошептала она жалобно. — Ты не понимаешь. Он…