Тамара углубилась в эти невесёлые мысли, но тут услышала новость, которая обрушилась на неё тяжестью мирового океана.
— Я только что узнала, что сюда едет Эрих Нойман!
— Как сюда?! Как едет?!
— Да вот так! — хмыкнула тетушка. — Его карета уже подъезжает! Ну надо же, а ведь в списке гостей Нойманы заявлены не были, Мари Дюбуе с мужем, наверное, от радости места себе не находят. Интересно, что они сделали, за какие заслуги Нойманы согласились посетить…
Тамара не слушала. Казалось, из комнаты резко выкачали весь воздух. Она смотрела на Марка, а он — на неё, и все, чего ей хотелось — это кинуться к нему в объятия и забыть весь этот мир с его проблемами.
«Эрих Нойман, мой предполагаемый жених?! Ну надо же! Интересно, что с ним не так?! Наверное, он старый и безобразный»
Марк тоже смотрел только на неё. Наивной Тамаре чудилось, что Марк понимает каждую её мысль и страх.
Девушка пыталась воззвать к голосу рассудка, образумить себя, но глаза не слушались, смотрели на этого невероятного мужчину, что был так прекрасен что в стенах балетной школы, что на осыпанном светом и бриллиантами балу, и голос-мечтатель шептал: «Вот он, твой мужчина! Твой, родной!»
— Пожалуй, мне бы хотелось с ним познакомиться, — вещала тетушка. — Я еще ни разу его не видела, он даже в газетах не появлялся, хотя нет, появлялся, но там такие размытые фото, сама знаешь, как оно всё получается, а я…
— Кого ты не видела? — перебила Тамара, по-прежнему погруженная в мысли о Марке.
— Эриха Ноймана, конечно. Он ведь наследник, и как я слышала, очень красивый молодой мужчина, хоть и с дурной репутацией. Собственно, я надеюсь, твой кавалер нас ему представит.
— Кому? — она смотрела на Марка.
— Эриху Нойману, конечно! — возмутилась тетушка невнимательности племянницы. — Тамара, ты же меня не слушаешь!
— Внимательно слушаю!
— Все же, хоть он и волочится за каждой юбкой, таким как он вскоре нашей страной управлять!
— Кому?!
— Эриху Нойману, — вздохнула тетушка. — Безусловно, Эриху Нойману.
Первое впечатление
Она повернулась к тетушке, и только в этот момент осознала по-настоящему, что имеет все шансы именно сегодня познакомиться с человеком, которого Марк Нойман назвал её будущим мужем. И это Тамару… напугало.
Увидеть его в живую — значит, пусть даже глубоко в душе, поверить в то, что Марк ей сказала правду.
Поверить в это означало признать, что его внимание к ней — не более чем чувство долга. Она ему не интересна как девушка, женщина, возможная жена. И все его взгляды, брошенные украдкой в балетной школе — лишь внимательность младшего брата, что следит за невестой близкого ему человека.
Ей захотелось плакать, весь мир Тамары рушился у неё на глазах. Только тогда, ощутив потеряю мужчины, который никогда не был её, она поняла, что глубоко в душе всегда верила, что небезразлично Марку Нойману. Верила во что-то, в какое-то совместное будущее между ними. Представляла их вместе, представляла их совместных детей.
Душа кровоточила.
— Тетушка, я… я хочу домой! — она схватила родственницу за руку. — Сейчас же!
— Но… Тамара, дорогая, вечер в самом разгаре. Зачем же…
— Неважно! — перебила племянница. — Тетушка, мне стало плохо, мне нужно подышать воздухом! Возможно, я поеду домой сама… да-да, вам не обязательно следовать за мной. Там ведь Генрих меня ждет у кареты, я сама доеду.
— Но… милая… ты так взволнованна. — Тетушка не понимала странного поведения племянницы. — Ну хорошо, дай мне попрощаться с Мари, и я пойду с тобой. Подожди меня минут десять.
— Конечно, — она облегченно выдохнула. — Я на улице подожду.
Тамара бросилась к крыльцу. У неё было ощущение, будто она избежала катастрофы, едва успела убежать. Увы, это было всего лишь ощущение.
Она стояла у главного входа в ожидании тетушки, когда к крыльцу подъехала роскошная карета с уже знакомым Тамаре символом.
На бал прибыл Эрих Нойман.
Тамара не двигалась. Она наблюдала, как кучер открыл дверь, и из кареты ловко выпрыгнул молодой человек в черном фраке.
У него было хищное породистое лицо и взгляд, в котором затаилась вся гордыня мира. Тамара непроизвольно сделала шаг назад — от мужчины, казалось, повеяло холодом и чем-то злым, диким. Ей захотелось бежать как можно дальше от этих ощущений, и от этого человека.
Он был похож на Марка, похож так, как черное похоже на белое, как лежащий на дне моря камень похож на воду.
Тем временем, к Эриху Нойману из дома вышло несколько людей, они все были рады его прибытию, лебезили, и было видно, что мужчина привык к такому отношению. Посмеиваясь, он отдал какие-то распоряжения кучеру, ответил на вопросы окружавших его людей, и сделал несколько шагов в сторону дома.
А затем остановился… тут-то он заметил её, Тамару, стоящую в тени у крыльца дома. Их взгляды встретились, её — напуганный, и его — хищный, довольный.
Разговор
Он был красив, этого у него не отнять. Высок, широкоплеч, двигался вольготно, уверенно. Его взгляд остановился на ней.
— Кто это? — она по его кивку поняла, что Эрих спрашивает о ней, Тамаре, у стоящего рядом мужчины.
Ответ девушка не расслышала, но догадывалась, что имени её никто не знал. Тамара никогда прежде не бывала на балах, и её не примелькавшееся лицо в тот момент сослужило ей неплохую службу.
— Хорошо, — ответил Эрих. — Я подойду позже.
Нойман кивнул в сторону гостей, и те, послушные его воле, пошли обратно в дом.
На улице было темно, яркий свет из дома обрисовывал пышное крыльцо.
Он не спешил завязывать разговор, приблизился к ней, осмотрел её от макушки до пяток. Молчал.
— Здравствуйте, — Тамара первой нарушила неуютное молчание.
— Здравствуйте. Я вас раньше здесь не видел.
— Я здесь раньше не бывала, герр Нойман.
Мужчина совершенно не удивился тому, что она знала его имя. Привык, что его имя знали все.
— Ваше имя? — полюбопытствовал мужчина.
Ей не нравилось то, как бесцеремонно он её разглядывает. Ей многое не нравилось. Когда Тамаре что-то не нравилось — она шла напролом, шутила, острила.
— Ваша будущая жена, господин Нойман.
Какое-то время он молчал, а затем… громко рассмеялся.
— Такого мне еще никто не заявлял, вы первая.
Тамара и не думала разделять его веселье. Стояла нахмуренная, серьезная, как будто и не она произнесла то дерзкое «ваша будущая жена». Наверное, этот контраст его и удивил, так как Тамара нутром почувствовала ручеек интереса, направленный в её сторону.
— Я бы хотел пригласить вас на танец. Вы позволите?
Он сделал незначительное движение в её сторону, и она отдалилась на то же расстояние.
В этом действии было что-то животное, оно лучше любых слов говорило о том, что этотмужчина этой женщине неприятен.
Нойман заметил, понял, его взгляд скользнул прямо в её глаза, пронзил, запутал.
— Даже так? — изогнул бровь.
Она сделала вид, что не поняла, о чем речь.
— Извините, — Тамара вежливо улыбнулась, — мне уже пора идти, да и вас, наверное, ждут.
— Ждут, — кивнул мужчина, его рука теперь покоилась в кармане, во всей позе скользила небрежность.
— Я думаю, вам пора.
— Думаете? — он неприятно оскалился.
Ей хотелось его оттолкнуть, отодвинуться от него как можно дальше. Уже тогда Тамара поняла, что между Эрихом и Марком Нойманом нет ничего общего. Младший из братьев заставлял её сердце биться чаще, ну а этот, старший, вызывал резкое неприятие. Она и сама не до конца понимала, почему так.
— Эрих, тебя все ждут, — чей-то голос прервал их диалог.
На крыльце появился Марк Нойман.
** * **
Братья уставились друг на друга.
Тамара, увы, не смогла удержаться от сравнения: братья Нойманы были похожи, и в то же время — совершенно не похожи. В глазах одного — спокойствие моря после штиля, в глазах второго — похоть и вседозволенность.
Хотя в тот момент спокойным Марк Нойман все же не был. Тамара бросила на него короткий взгляд: мужчина был напряжен.
— Здравствуй, брат, — Эрих первым нарушил молчание. — Рад тебя видеть.
— Тебя все ждут, — повторил Марк напряженно. — Не стоит разочаровывать гостей.
— Стоит, — Эрих взглянул на Тамару, в глазах проскользнула хитрая улыбка. — Я встретил такую очаровательную гостью, и не смог удержаться.
«Удержаться от чего?».
Эрих повернулся к Тамаре, схватил её за безвольную руку, и поцеловал. Тамара ощутила, что по коже будто разряд тока прошел.
— Что ж, — Эрих отпустил её руку, — было приятно познакомиться, незнакомка, и до скорой встречи.
С этими словами он оставил смущенную и дезориентированную Тамару, и поднялся по ступеням к брату.
Тамара успела поймать напряженный взгляд Марка, а затем братья скрылись в имении.
Вскоре к Тамаре вернулась тетушка, и они вдвоем поехали домой.
Всю дорогу обратно тетушка то и дело говорила о Марке Ноймане, что Тамару и раздражало, и в то же время интересовало.
— Я не думаю, что Эрих Нойман скоро женится, — делилась тетя. — Поговаривают, что у него и невеста уже есть, но я лично считаю, что это всего лишь слухи. Я почти уверена, что жену ему фрау Хайке Нойман выберет, его мать. А вот что касается младшего, Марка…
— А что с ним? Ему тоже невесту мать выберет?
— Ну, — женщина лукаво улыбнулась, заметив откровенный интерес племянницы. — Он, конечно, птица не нашего полета, но кто знает. Он к тебе столь явный интерес проявлял. Может… кто его знает, состояние у него уже есть, вдруг выберет себе жену по зову сердца.
Сердце Тамары после этих слов ускорило свой бег.
«Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, слишком хорошо» — пыталась она себя образумить.
Не получалось! Весь вечер она думала только о Марке. И даже уснула с улыбкой на губах, с Марком в мыслях и сердце.
А ночью проснулась будто от толчка — у её кровати кто-то сидел.