что похитить ребенка очень просто, и никакая няня не спасет. Достаточно послать правильных людей — и дело сделано.
Сабрина позвонила в полицию, Сабрина позвонила Эриху — тот не отвечал. К вечеру, её паника достигла апогея… и вот тогда, когда она уже была на грани, в дверь её дома постучали. Напуганная, погруженная в истерику мать побежала открывать дверь.
— Луиза…
Марк Нойман не выглядел на счастливым, ни сердитым. Он стоял на пороге её дома, и остановил её сердце одной лишь фразой:
— Твоя дочь в безопасности.
У нее в глазах потемнело. Женщина, которая славилась прекрасным здоровьем, впервые в жизни не смогла совладать с происходящим.
Марк мгновенно подхватил ее на руки, и положил на диван в гостиной. Когда он попытался отодвинуться от нее, Сабрина схватилась за лацканы его пиджака.
— Где моя дочь?! Что ты с ней сделал?!
Он медленно обхватил её запястья, отрывая женщину от себя. При этом, её рук не отпустил, но теперь она была в его захвате, а не наоборот.
— Успокойся, Сабрина, с ней ничего плохого не случится. Не случится потому, что ты сейчас успокоишься, и выслушаешь меня. Сядь!
Он был зол. А ей было страшно, пусть бы ударил, только бы отдал ей дочь.
— Ты уйдешь от Эриха. Пойдешь к нему, и скажешь, что хочешь разорвать помолвку. Как только ты это сделаешь — я верну тебе дочь.
— Нет, — заплакала Сабрина. — Я всё расскажу Эриху.
— Расскажи, — Марка не пугала подобная перспектива. — Ты думаешь, он поможет? Я его брат, а ты — всего лишь невеста. Если он может тебе помочь, где он сейчас, почему не отвечает?
Сабрине нечего было ответить. Она посылала к Эриху горничную, но та сказала, что он уехал из города.
Марк наклонился к Сабрине.
— Он думает, что ты ему изменяешь… давно думает. Его люди — мои люди, моя система. Я знаю, как обмануть собственного брата. Если ты придешь к нему просить помощи — он не поможет, зато твоя дочь пострадает.
«Ну вот и всё, это конец. В погоне за счастьем, ты потеряла дочь».
— Чего ты хочешь?
— А вот это, — мужчина ухмыльнулся, — правильный вопрос.
Он медленно потянулся к ней. Сел ближе, схватил её руку, поднес к губам и поцеловал. Медленно потянул женщину на сея. Легко потянул, показывая — я не принуждаю, сама ко мне приближайся.
Сабрина так и сделала.
— Хорошо, умница моя.
Он обхватил рукой её талию. Ближе, еще ближе.
— Не сопротивляйся… просто не сопротивляйся. Не нужно всхлипывать, всё хорошо…
Получив ее вынужденное согласие, Марк резко накинулся на неё. Придавил к матрасу, жестко поцеловал, его руки блуждали по её телу. Дорвался, он наконец-то дорвался!
Сабрина не сопротивлялась. Пусть целует, пусть что хочет делает, лишь бы вернул ей дочь.
Мужчина оторвался от нее ненадолго. Казалось, он пьян, либо сошел с ума.
— В спальню, — проговорил хрипло. — Веди меня в спальню.
Он вытер слезы с её глаз.
— Не плачь, маленькая, — погладил её шею, — все будет хорошо.
Он целовал грубо, настойчиво. Сабрина не сопротивлялась — какая разница, лишь бы увидеть дочь. Лишь бы он её вернул.
В комнате было темно. Её одежда вперемешку с одеждой чужого мужчины валялась на полу.
Эта комната знала тепло и радость, в этой комнате они с Эрихом столько раз были счастливы. И в этой же комнате его брат её насиловал.
— Тамара, — шептал мужчина другое имя, и ей хотелось плакать от отчаяния.
Марк убивал не только её тело, он убивал воспоминания Тамары. Та девочка… он ведь действительно его любила! Разве могла она представить, что когда-то этот родной мужчина совершит над ней насилие.
Он повернул её тело набок, спеленал руками-ногами, целовал шею… Сабрина могла думать только о том, что больше никогда не подпустит к себе мужчину. Они все её предали, даже Эрих, который позволил подобному случиться.
Его размеренные толчки вторили её всхлипам. Он требовал не плакать, но разве ж такое возможно?
Когда всё закончилось, он быстро оделся и, глядя на её отстранённое лицо, сказал:
— Сейчас ты поедешь к нему, и скажешь, что свадьба отменяется. Как только ты сделаешь это — я верну тебе дочь.
— Он мне не поверит, — прошептала Сабрина.
— Поверит. Когда нужно, ты бываешь очень убедительна, не так ли? Вспомнить хотя бы, как ты оплакивала смерть мужа… хоть сама причастна к его смерти, сама убила, пусть и руками родственницы.
В другой время, Сабрина бы испугалась. Но когда похищена дочь — всё остальное неважно.
— Верни мне её, — прошептала Сабрина. — Я всё сделаю, верни мне дочь.
— Сегодня, — мужчина схватил её за подбородок. — Чем скорее ты к нему поедешь, тем быстрее всё закончится.
Мужчина ушел… Сабрина осталась в спальне одна. Он смотрела в одну точку и старалась осмыслить то, что с ней происходило.
•••• ••••
— Он меня сломал в тот день, — прошептала София.
Ей хотелось обнять себя в прошлом, сказать ей, что всё будет хорошо. Увы, она знала, что не будет — Сабрина доживала свои последние часы.
— Через несколько минут ты собралась, и поехала к Эриху, — сказала Сафрон. — Марк всё правильно рассчитал, Сабрина была напугана, изнасилована. Эрих принял всё это за признаки её измены. Он чувствовал на ней след другого мужчины, так что вряд ли можно его винить в том, что случилось потом.
— Можно, — ответила София. — Он виноват не меньше. Если бы он мне верил, я бы выжила.
«Если бы…».
•• •• ••
Она приехала к нему ближе к полуночи. Постучала в дверь… Ей открыла служанка, и провела её в спальню.
Эрих полулежал в кресле… В руках у него был нож для писем. Он играл этим ножом, иногда подбрасывал его вверх, а затем ловко ловил.
— Пришла, — сказал он, продолжая играть ножом. — Пришла…
Она стояла у порога.
— Рассказывай, зачем? Извиняться, просить прощения? — Вздохнул устало. — Глупая женщина…
— Я хочу разорвать помолвку…
Он наконец-то отвлекся от ножа. Посмотрел на нее, как будто впервые увидел. В его глазах полыхнула такая боль, что Сабрина оперлась о дверную ручку — ноги не держали.
Что же они делают?! Зачем она это делает?! Как же больно! Эрих, любимый мой! Родной! Извини!
— Я пришла, — тверже сказала Сабрина, — чтобы разорвать помолвку!
Он резко встал, и подошёл к ней. Сабрина захотелось попятиться назад. Еще один мужчина, некогда любимый, вызвал в ней страх.
— Зайди в комнату… ну же, не стой в пороге.
Он не просил — требовал. Сабрина прошла, стараясь не задевать его плечом. Не получилось — задела.
Она села на кровать, чем вызвала очередную насмешку. Мужчина снова лениво развалился в кресле. Нож, к счастью, убрал.
— Боишься меня?
— Да, — не стала лукавить Сабрина.
— Это правильно. Люди чувствуют такие вещи. И ты чувствовала, но тебя это… подстегивало.
Он был прав, подстегивало, когда его сила не была направлена против неё.
— Я… мне нужно идти.
Он перехватил её у двери. Грубо схватил за плечо, вернул обратно в комнату.
— Сначала поговорим… Расскажешь мне, чего тебе не хватало.
Он был зол, и Сабрина прекрасно его понимала. Они любили друг друга, и он любил её. Как должен реагировать мужчина на женщину, которая внезапно решила уйти, напоследок разбив ему сердце? Мужчина предпочтет ненавидеть эту женщину.
— Сядь!
Сабрина села… туда же, на кровать.
Он присел на корточки, положил руки ей на колени.
— А теперь расскажи… Почему?
Сабрина молчала.
— Говори! — крикнул он. — Я ради тебя правила менял! Ты бы всё получила: статус, молодость, здоровье, любовь, почитание! Я тебе берег, защищал! Ни к одной женщине я не относился так, как к тебе! Чего тебе еще нужно?!
Она долго не решалась ответить, знала, что бы они ни сказала — будет только хуже. Но и молчать не получится — Эрих ждет. Если она сделает что-то неправильно — пострадает её дочь, милая хохотушка Луиза.
— Значит, не уберег… или не защитил, — прошептала Сабрина.
Ей показалось, что он её сейчас ударит. Пусть так, но затем даст ей уйти, и она наконец-то увидит свою маленькую Луизу.
— Сабрина, — сказал он неожиданно мягко, — посмотри на меня. Я прошу тебя, скажи мне, что случилось. Это… я заслуживаю знать правду.
От его доброты стало еще хуже. Эрих, любимый мой Эрих! Не будь к мне так добр!
— Я не люблю тебя, — заплакала она. — Не люблю! Отпусти меня!
— Не могу! — он схватил её за руки, настойчиво прижал к себе. — Сабрина, да я не могу без тебя! Неужели ты не понимаешь, как ты мне дорога?!
Она плакала у него на руках. Не отпустит. И её дочь пострадает.
— Я была с другим мужчиной сегодня, — выкрикнула Сабрина. — И когда уйду из этого дома — пойду к нему! Отпусти!
Он начала вырываться.
— Я тебя не хочу! Я нашла другого человека, и я буду с ним! Я тебя не люблю!
Он её не отпустил. Кинул на постель, навалился сверху. В тот момент он любил её так же сильно, как ненавидел. Ну а она… она почти хотела, чтобы он совершил над ней насилие. Возможно, тогда и забыть любимого будет проще.
Эрих склонился над ней… поцеловал. Ей так хотелось обнять его и попросить защиты. Эрих, помоги! Не делай этого, не будь ко мне так жесток!
— Эрих… — прошептала она, давясь слезами. — Эрих…
Он развернул её спиной. Гладил её плечи, будто пытаясь дать себе время.
— Я не понимаю, что с тобой происходит. Твоя аура… она кричит о твоей любви ко мне, но твой запах… я до сих пор ощущаю на тебе чужие прикосновения.
Он снял с нее юбку…
Движение — он в ней. И пока плоть получает насаждение, два любящих сердца обливаются кровью, убиваются друг друга.
Его руки впивались в её кожу, тела будто прощались друг с другом. Оба испытывали боль.
После разрядки, он резко от нее отодвинулся. Привел в порядок её одежду, затем сел с другой стороны кровати, спиной к ней.
— Убирайся! — сказал. — Убирайся из моего дома, а еще лучше — из города, чтобы я тебя не видел.