— Мастер… он… — услышал я шепот Тэн Ли.
Обернулся. Лицо девушки белое как снег, губы плотно сжаты, в глазах слезы, но она держится изо всех сил. Только в этот момент я понял, что человек, который спас мне жизнь, приютил и помог адаптироваться в этом мире — умер.
Он не был мне родным, не был близким человеком, которого знал с детства, да и относился ко мне холодновато, но все равно он был моим учителем.
Когда я осознал, что это не сон, что мастера и вправду убили, причем подленько, используя заложника и запрещенные стимуляторы, во мне зародился гнев. Вспыхнув, он быстро распространился по телу. Вместо крови у меня словно появилась кипящая лава. Не будь на мне кандалов, то уже бы набросился на противников, но мощные и прочные кандалы с крепкими толстыми цепями, а также неудобная поза — делают свое дело. Именно поза, в которой меня заковали — самое главное препятствие, так как уверен, что даже с такими кандалами, используя абсолютное усиление, я смог бы справиться. Но меня сковали в таком положении, что для того чтобы выбраться, нужно напрягать те группы мышц, которые меньше всего натренированы, потому что почти не используются в боевых искусствах.
Возможно, то, что я не могу вырваться, только к лучшему. Потому что если это случится, то я, скорее всего, погибну.
— Какой прекрасный вид! Выражения ваших лиц такие забавные, — произнес Тарган.
Он прошел мимо нашей клетки и подошел к Сили.
— Скоро ты станешь частью нашей школы — женой моего младшего братца. Твои дети будут служить ей и прославлять ее. Наверное, больно осознавать, что дедушкой твоих детей, которые будут прославлять его и уважать, будет тот, кто убил твоего деда. Наша школа забрала у тебя все — родителей, деда, твою школу. И заберет еще больше — учеников твоей школы, а также… жизни твоих друзей. И через несколько десятилетий никто не вспомнит о школе змеи, а в истории останется только школа тигра, — прокричал он, а затем громко рассмеялся.
Я сжал зубы до боли в челюсти, глянул на Тэн Ли. У девушки широко раскрыты глаза, но зрачки до предела сужены. По щекам текут слезы, но на лице гнев. Брови сошлись над переносицей, зубы сомкнуты так плотно, что желваки вздулись на челюстях, а пальцы рук сжаты настолько сильно, что ногти впились в ладони до крови.
— Убью… — прохрипела Тэн Ли.
Из соседней же клетки мы слышали лишь всхлипывания, которые перекрывал громкий смех Таргана.
— Нарушители, значит? — спросил Юншэн, оглядывая нас хмурым взглядом.
В просторном главном зале собрались все ученики, что находятся в особняке. Среди них, помимо Шэня, есть и другие знакомые лица, а также Вейдун, с которым я сражался. Смотрит он на нас со смешанными чувствами, видимо, чувствуя ответственность за пленение. А может, беспокоится, что мы выдадим его, ведь он помогал нам попасть в особняк. Чуть дальше я заметил Итаниса — парня, который первый в этом мире получил от меня. Этот мелкий подхалим, хотел воспользоваться тем, что я не владею аурой и что хорошо общаюсь с Сили, и решил меня «проучить», убив сразу двух зайцев — и перед Шэнем выслужиться и потешить собственное эго, пусть и через унижение и избиение более слабого. Ученики встали по краям на некотором расстоянии и только глава стоит напротив нас. Выглядит он измученным и уставшим, но держится прямо, взгляд холодный, руки за спиной. Несмотря на то, что желтоватый свет от фонарей теплый и мягкий тени на его лице резкие и глубокие из-за чего лицо больше походит на маску демона, не хватает только острых выпирающих клыков и рогов на голове.
— Я знаю вас. Вы оба вошли в десятку лучших, а ты вообще победил моего сына и занял третье место, — сказал он. — Вас двоих я больше всего хотел бы переманить в нашу школу, когда Сили выйдет за Шэня и единственная наследница школы змеи официально станет частью школы тигра. У вас большой потенциал и вы также могли бы прославить нашу школу, конечно, после того как освоили бы стиль тигра. Остальные ученики мне не так интересны, разве что еще этот парнишка, как его? Вонг? — спросил он, оглянувшись на Шэня. Тот кивнул. — Но вы ворвались в наш дом, чем нанесли серьезное оскорбление.
Я сжал зубы. Этот напыщенный индюк смеет что-то говорить про оскорбления и про то, что мы ворвались, когда они сами выкрали нашего друга и заперли в подземной тюрьме.
Наши взгляды встретились.
— У тебя слишком дерзкий взгляд, пацан! — внезапно оскалившись, резко произнес он.
Я успел заметить еле уловимое движение руки, затем раздался звонкий шлепок. Моя голова дернулась в сторону, перед глазами поплыло, а боль электрическими разрядами ударила в стороны от щеки. Я почувствовал солоноватый привкус крови во рту.
Гад пользуется тем, что мы закованы в кандалы и еще нас держат двое охранников, чтобы не рыпались.
Перед взором то расплывается, то вновь становится четким пол, с подбородка вниз капает кровь, а меня чуть раскачивает из стороны в сторону. Удар был хорош и это притом, что я попытался защититься, укрепив аурой кожу и кости на лице.
— Вопрос только в том, как нам их казнить?
— Позвольте это сделать мне, — услышал я голос Шэня. — Я отвезу их за город, а там лишу жизни и сожгу. Так что от них не останется ничего в этом мире.
Я поднял голову, на миг встретился взглядом с Шэнем. Тот тут же перевел взгляд на отца.
— Я всегда ненавидел Лешу, так что отомщу ему сполна.
— Да, я слышал, что вы враждуете, хоть и являлись представителями одной школы, — сказал Юншэн, при этом глянув на Итаниса. Тот слегка кивнул. — А еще он пытался сблизиться с дочерью Виона. Охмурить девушку из богатой семьи, чтобы обеспечить себе благополучие, будучи чужаком без денег и не имея ни роду, ни племени, — это был хороший ход, не могу не отметить. Конечно, не будь у тебя таланта к боевым искусствам, никакое обольщение не прошло бы, а так у тебя все могло получиться, если бы не тот факт, что Шэнь тоже испытывает к ней чувства.
Я сжал кулаки, слыша, как перешептываются ученики. Кто-то хихикает, выдвигая предположения и гнусные теории насчет моей личности.
— Но моего дорогого сына я отправлять с таким заданием не хочу. Пусть этим займутся Теон, Шилу и Тийсэн.
Пока он произносил эти имена, из рядов учеников выходили по одному бойцы.
У Теона особая прическа — сбритая часть головы спереди от лба и до темечка. Оставшиеся волосы собраны на затылке и заплетены в косу. На вид ему двадцать шесть лет. И по силе, на первый взгляд, он где-то плюс-минус равен тому мастеру, с которым я сражался в тюрьме. Следующий — Шилу. Тощий с впалыми щеками, узкими маленькими глазками и выступающими двумя большими передними зубами — он больше похож на какую-то крысу, принявшую облик человека. И третий — Тийсэн — невысокого роста, но при этом обладает мощной мускулатурой. У него смуглая кожа и тяжелый взгляд коричневых глаз.
— Всем остальным собрать вещи. Мы покидаем столицу края немедленно. Нужно вернуться в школу и начать скорейшие приготовления.
Странно, что они так торопятся, но, видимо, на то есть причины. Впрочем, сейчас не это должно меня волновать, в первую очередь, нужно думать о том, как спастись. Я глянул в сторону Шэня, поймал его взгляд. Через секунду он опустил веки и чуть кивнул.
В этот момент я почувствовал движение за спиной, затылок взорвался болью, и я провалился во тьму.
— И зачем нужно было их так далеко тащить? Убили бы там, в особняке, и всего делов. К чему такие трудности? — услышал я грубоватый голос.
Я медленно открыл глаза и обнаружил, что нахожусь в мешке. Руки все так же за спиной и закованы в кандалы. Меня чуть потряхивает — похоже, нас свезут на какой-то тележке или что-то типа того.
— А потом что бы мы делали с трупами? Закопали во дворе? — ответил ему человек с писклявым голосом. — У некоторых мастеров нюх такой, что даже если закопать труп метров на десять в глубину, они все равно учуют запах разложения. К тому же пока будем копать, из соседних зданий кто-то может заметить излишнюю активность во дворе.
— Ну, так убили бы, вот так же в мешке вывезли за город и похоронили. Или сожгли, а потом просто вывезли прах.
— Насчет сжигания… ты соображаешь, Тийсэн? — на этот раз произнес человек с холодным, низким и безэмоциональным голосом. Таким мог бы говорить робот. — Шилу только что сказал про запах, который могут учуять мастера, даже если труп закопан в глубину метров на десять, а ты тут же предлагаешь сжигать тело. Да как только мы начнем это делать фактически посреди города, так тут же заявится городская стража. А насчет того, чтобы убить, а потом вывезти — вот представь, мы вывозим трупы в мешках и тут натыкаемся на стражников. А они берут и решают проверить, что в мешках и натыкаются на трупы. И что мы им скажем? Вот если бы они нас сейчас остановили, пока эти двое живы, то наша школа максимум получила бы штраф, а за убийство и его сокрытие санкции были бы намного серьезнее.
— Я как-то не подумал об этом.
Меня резко тряхнуло, так что аж подлетел — похоже, наехали на кочку.
— Так. Везите вон туда.
Я как можно незаметнее пошевелил руками, разминая затекшие пальцы и плечи. В тюрьме моя шея также была скована и цепью прикована к полу, а руки мало того что были заведены за спину и были в кандалах, но еще и другой цепью, что крепилась к стене, были зафиксированы так, что двинуть ими почти не получалось. Но сейчас ничего этого нет и при некоторой сноровке я, подтянув ноги, смогу перевести руки из-за спины вперед, а в таком положении уже смогу, используя технику абсолютного усиления, разорвать путы.
Я начал медленно подтягивать ноги к груди, чтобы те, кто везут, не заметили моих движений, но, к сожалению, снять оковы мне было видно не судьба, так как внезапно мы остановились. Пальцы ухватили за мешок, сдернули, на миг я почувствовал себя в свободном полете, после чего земля больно ударила в бок. Горлышко мешка развязали, а затем руки нырнули внутрь, пальцы вцепились в плечи и рванули на себя. Свежий воздух пахнул в лицо, я оказался на небольшой полянке посреди леса. В центре поляны каменные стены с вырезами под окошко и дверь. Стены поросли мхом и вьюном. Сама полянка покрыта густой травой, местами видны кустарники и молодые деревца. Лет через тридцать, а то и двадцать, эта полянка полностью исчезнет, будучи поглощенной лесом.