– Никита, Алексей, как вы могли так меня подставить?! Да что на вас нашло?
Леша поднял глаза и увидел Николая Витселя. Он был в длинном плаще, джинсах и вытянутой домашней майке. Длинные седые волосы торчали в разные стороны.
– Николай Николаевич, – Леша обернулся, убеждаясь, что их никто не подслушивает. – Люк Ратон и правда в Эль-Реале. В Питере есть человек, который его видел.
– Вы слышали, что сказала Октябрина. Хотите остаться в организации – не влезайте. Еще одна такая выходка – вас выгонят, а меня уволят. А теперь идите к машине. Денис отвезет вас в школу.
– Кирова – ужас, – вздохнул Леша.
– Не вините ее за жесткость, – ответил Витсель. – У нее сын погиб на войне недавно.
– На какой войне?
– На востоке Украины, в Дебальцево.
После этого обвинять Кирову в жесткости Мышкину сразу расхотелось. Стало жутко неудобно, и к горлу подкатил комок.
– Николай Николаевич, вы знаете что-нибудь про город Нуэва Барселона? – прошептал Леша.
– Алексей, – Витсель мягко улыбнулся. – Городов слишком много. По идее, инсептеры должны действовать в рамках своего фамильного города, но на деле это не так. Когда город поглощает Черная Вдова, если акабадоры не вмешались вовремя, инсептеры создают следующий… Тут, в Москве, сто двадцать инсептерских семей. Сто двадцать семей. Сто двадцать городов. В одной Москве. Мы просто не можем знать о каждом городе Эскритьерры. Но зато можем отследить эскритов. Так вот, никого по имени Люк Ратон мы не видели.
– Но вы… должны! – Леша почти плакал.
– Алексей.
– Ладно, – Леша махнул рукой. – Пошли, Никитос.
– А я говорил, что он нам не поможет, – закатив глаза, прошептал Анохин. – Хоть спасибо скажи, что тебя не раскрыли.
– Алексей! – окликнул его Витсель. – Питер – это ведь недалеко, правда?
– Ну да, – Леша пожал плечами.
– Пойдемте, везунчики, – их нагнал Денис. – Доставлю в лучшем виде.
Леша и Никита тихо открыли дверь и, минуя пустой коридор, пробрались на третий этаж жилого крыла.
– Он намекал нам, – Леша достал из кармана ключ от комнаты. – Питер – недалеко! Это был намек! Самый настоящий!
– Наверное, – пожал плечами Никита. – Давай спать. Завтра поговорим.
Никита щелкнул выключателем, и они с Лешей оба остановились, испуганные. Учебники, тетради, одеяла и одежда – всё это валялось на полу в ужасном беспорядке.
«Книга! – пронеслось в голове у Леши. – Они забрали книгу!».
Trece/Тресе
Он бросился к шкафу, стал вытаскивать майки с трусами и перетряхивать зимнюю одежду, висящую на вешалках. Книги не было.
– Какого лешего ты засунул книгу в шкаф? – набросился он на Анохина. – Они забрали ее! Это сынок Быкова, так и знал!
– Думаешь, Рома? – Никита почесал подбородок. – Ну да, больше некому.
– Откуда он узнал, что книга у нас?! И почему ты такой спокойный? Ну, конечно, тебе же плевать, не твоя же проблема! – Леша распалялся еще сильнее.
Никита фыркнул и, запустив руку в карман пижамных штанов, вытащил книгу и бросил ее Леше.
– Так ты ее забрал? – Мышкин сконфуженно улыбнулся. Сердце подпрыгнуло и замедлило темп. – Серьезно?
– Перестраховывайся – первое правило акабадора. Но перепрятать не помешает.
– Больше ни одной шутки про пижаму, – кивнул Леша и сунул «Альто-Фуэго» под подушку. – Ее уже пытались украсть. Это был мой отец. Точнее… тот, кто им управляет. Я в этом уверен.
– Слушай, – сказал Никита. – Если Быков-младший пытается стащить нашу книгу, скорее всего, он с ним связан. С тем, кто забрал твоего отца.
Леша хотел обсудить с Никитой всё, что произошло, но так устал, что уснул, не успев пожелать напарнику спокойной ночи.
Леша Мышкин стоял, обтирая спиной мел на доске и смотрел в пол, боясь встречаться глазами с одноклассниками и особенно – с Ларисой. Чубыкин, держа перед глазами сдвоенный листочек, с чувством зачитывал:
– «Самостоятельно отправившись в поход против кочевников, князь Игорь был прав. Нафига было советоваться, если и сам знаешь, как лучше?» Прекрасный вывод, Мышкин. И главное – какой точный. Действительно, нафига?
Класс засмеялся. Леша угрюмо молчал.
– Всё остальное вы списали из интернета, а вот вывод – это ваше творчество, чувствуется, – заметил Чубыкин. – Как вы можете охарактеризовать главного героя, князя Игоря? Вы вообще читали «Слово»?
– Читал, – буркнул Леша и зачем-то добавил, – вчера на химии.
– И как же? – допытывался Чубыкин.
– Он… ну… смелый.
– А как насчет самонадеянности и эгоизма? Того самого эгоизма, что привел его к поражению? Того самого, что разобщил русские земли? Вы написали, что считаете выбор князя Игоря правильным, интересно, почему?
– Не знаю, – огрызнулся Леша. – Привязались со своими князьями.
– Садитесь, три. Списали бы всё до последней строчки – было бы два.
Леша поплелся к своей парте.
– У тебя пять, небось, – он хмуро посмотрел на Анохина. – Тебя-то Чубыкин любит, как же.
– Не надо было списывать.
– Я и вступительный экзамен списал – и дальше что? – ответил Леша.
Чубыкин прошелся по классу, то и дело останавливаясь и приглядываясь к ученикам.
– Ваше эссе меня, мягко скажем, не порадовали. Ни у кого из вас не получилось проникнуть в суть «Слова о полку Игореве». Были относительно неплохие тексты, – он взглянул на Анохина. – Но большинство – полный бред. Вы не готовы к серьезной работе. Очень жаль, ведь наша школа считается самой сильной в стране по гуманитарным предметам. Вот вы, – он постучал ручкой по парте Ларисы. – Ваше эссе меня совсем не поразило: всё как-то вторично, как-то вяло. К тому же, ваш стиль совсем не блестящий. Хотя чему я удивляюсь?
Лариса покраснела и опустила глаза. Леша увидел, как дрогнули ее худенькие плечи.
– Почему вы это говорите? – спросил Мышкин тихо. – Неужели в наших эссе не было ничего хорошего? Прям совсем ничего?
– Потому что это правда, Алексей, – отрезал Чубыкин. – А правду говорить легко и приятно. Зимой лучший класс параллели ждет подарок – поездка в Санкт-Петербург, вы наверняка об этом слышали от директора. Но, кажется, это будете не вы. Открывайте учебники на двадцатой странице.
Когда урок закончился, Леша выдохнул и вытер пот со лба.
– Ну что, – Никита сложил ручки в папку. – Займемся тем же, что и вчера?
Леша кивнул. С эпической ночи в баре «Стрелка» прошло два дня, и Мышкин с Анохиным в перерывах между учебой следили за Ромой Быковым и его приятелями. Рома тоже жил в школьном общежитии, на четвертом этаже. После уроков он шел к себе в комнату и целыми вечерами резался в «ФИФА» или смотрел футбол на ноутбуке. Теперь Леша все время носил книгу с собой, не выпуская ее из вида ни на секунду. Николай Витсель обещал связаться с ними в конце недели, а пока приветствовал Лешу и Никиту в школьных коридорах коротким кивком. Мышкин умирал от нетерпения начать тренировки с акабадорами. Никита обещал, что это случится уже очень скоро.
– Слушай, – сказал Никита, когда они уселись на подоконник на четвертом этаже после уроков. – Я только сейчас понял, что это наш шанс!
– Что – наш шанс? – отозвался Леша, не сводя глаз с комнаты Ромы.
– Поездка в Санкт-Петербург! Ты Чубыкина слушал вообще? На зимних каникулах лучший класс едет в Питер. А нам нужно в Питер, Леха! Ведь те, кто знает про Люка Ратона, как раз в Питере!
– Ты мое эссе видел? – фыркнул Леша. – Даже если я сейчас целыми днями буду учиться, у меня не получится вытянуть на четыре. А если в классе троечники – это сразу портит рейтинг. Можно даже не мечтать ни о каком Питере. Это во-первых. А во-вторых, есть же порталы! Что, через портал нельзя попасть в Питер?
– Нет, – покачал головой Никита. – Порталы действуют только внутри одного города. Московские до Химок добивают.
Но вместо ответа Никита приложил палец к губам и выглянул в соседний коридор. Рома Быков вышел из комнаты, болтая по телефону. Леша с Никитой спрятались за углом.
– …Да я тебе говорю, это будет вечеринка года, – младший Быков прошелся по коридору, теребя связку ключей. – Пати просто класс.
Мышкин с Анохиным переглянулись: какая вечеринка?
– Бухла притащим, – продолжил Рома. – Смотри, если это Хэллоуин, нам костюмы нужны, что ли? У тебя маман в театре работает – пусть нам намутит чего-нибудь. Ну всё, давай, братан.
Когда Рома прошел мимо, Леша с Никитой перестали дышать.
– Понял, о чем он? – спросил Мышкин, когда дверь за Быковым захлопнулась.
– Кажется, да, – кивнул Никита. – Они говорят о вечеринке на Хэллоуин у Тани Бондаренко. У нее родители уезжают, там все одиннадцатые соберутся. Ну и младших, видишь, зовут. Я в сортире подслушал.
– Анохин, мы должны туда попасть! – Леша потер руки. – Быков напьется, мы его и разговорим. И – если повезет – узнаем, где мой отец! И кто пытается стащить книжку!
– И как мы туда попадем? – засомневался Никита. – Таня Бондаренко – она… ну, скажем так, она кого попало к себе не зовет. У нее только крутые ребята тусуются.
– Я крутой! – обиделся Леша. – Я на Кипре был круче всех! Крейзи рашн!
– Ты не на Кипре, а в Москве, – пробурчал Анохин. – И тут ты лох и троечник, живущий в общаге.
Леша не удержался и пихнул Анохина кулаком в живот. Хорош друг, нечего сказать.
– А ну пошли найдем эту Таню! Покажу, как надо общаться с девчонками! – и он потащил упирающегося Анохина по коридору.
Таню нашли в столовой. Она сидела одна за самым дальним столиком, уткнувшись в книгу.
– Смотри и учись, Сибирь, – Леша пригладил волосы и, виляя плечами, направился к девочке.
Но, чем ближе он подходил, тем быстрее исчезал его боевой задор. Таня оказалась симпатичной, даже очень. Леше понравились ее каштановые волосы, спадавшие красивыми локонами, и темные глаза, быстро бегающие по строчкам. Пахло от Тани тоже чем-то приятным, мятным.
И когда до стола оставалась каких-то пара шагов, Леша остановился и уставился в стену.