Голосок у неё был такой же нежный – будто хрустальные колокольчики на ветру звенят. И ветер этот, как оказалось, дул часто и охотно… Пролепетав положенные слова приветствия, дальше юная герцогиня в присутствии мужчин только кивала головкой, озаряя своей улыбкой всех присутствующих. Как благовоспитанной леди, собственно, и положено.
Зато стоило ей оказаться в кругу подруг и простых дам (а это были мы с Имельдой и Мелинда Эгмант), как этот перезвон было не остановить.
– …Ах, и что же вы думаете? – без умолку щебетала Карлотта. – Я просто не могла упустить такой шанс! И Берти такой душка! Конечно же, он не смог мне отказать… Он просто лучший кузен на свете, я его обожаю!
Я и сама не могла представить, чтобы кто-то смог отказать этому ангелу, попроси она что угодно – хоть луну с неба… Даже этот восторженный бесконечный поток щебетания ничуть её не портил. Думаю, на мужчин он оказывал такой же эффект, как игра на рояле на моих дэвров.
«Моих»… Надо же, тесса Минци.
Вскоре выяснилось, что принц Альберт и так давно уже собирался навестить дядю и кузину, а раз уж так совпало, что герцогство их лежало на юге Вельтарингии, то и уладить заодно некоторые геополитические вопросы с Дэврети по велению короля-отца.
– А как только я узнала, что Берти поедет на побережье, то сразу упросила его взять меня с собой! Ах, госпожа Ризе, ну вам-то должно быть известно, как тоскливо бывает юным девицам в ожидании своего первого выхода в свет! Вы ведь меня помните? Папенька вывозил меня в Астеви-Раш ещё ребёнком, лет семь назад… А вот я вас помню! И вы ничуть не изменились! Девочки во дворце тогда говорили, что вы ужасно строгая, а чуть что, сами к вам бежали… Ах, как я тогда мечтала быть фрейлиной во дворце, и чтобы тоже под вашим крылышком… И я знаю, что вы на самом деле очень добрая, мне Берти говорил! Но представительницы королевской ветви не могут быть фрейлинами… Вот кто вообще такие глупые правила выдумал?!..
«Мой дед», – мысленно ответила я. Но лишь улыбнулась Имельде – ей явно польстили эти слова, и сама я за неё тоже порадовалась.
Отсутствие ли именно столичного воспитания сказалось на Карлотте, её юный возраст или же врождённая живость и непосредственность – но она оказалась очень словоохотливой. Впрочем, её это ничуть не портило и, как ни странно, не раздражало.
– А ведь мне уже исполнилось восемнадцать неделю назад! – продолжила жаловаться она. – Да-да, я знаю, что тётушка ждёт меня во дворце только через месяц, там всё и состоится, но я больше не могла сидеть в стенах замка в этом унылом Вильдебо! Вот Иви не даст мне солгать: в Вильдебо решительно нечего делать!
Её подружки с видом умирающих со скуки аристократок дружно закивали.
– А папенька вообще не разрешает мне никуда выезжать! Так что приезд Берти был словно луч света! Ах, Катарина, мне так жаль, что тебя стошнило, когда Берти так внезапно появился в нашем саду… Конечно же, я объяснила кузену, что это от сильного волнения! Нет, милая, боюсь, второго шанса у тебя уже не будет… Сама понимаешь, первое впечатление…
А вот сама герцогиня впечатление умела произвести. Когда мои суровые воины довольно слаженно пророкотали высоким гостям «здрас-сь…твуйте», меня даже охватила гордость. После их обычного «здаровки» было чему радоваться. Карлотта Овильштанд после этого одарила каждого нежной улыбкой с ясным, почти детским, взглядом. И дэвры, разумеется, растаяли. А кайарахи поцеловал ей руку, когда Карлотту Овильштанд представили ему как племянницу королевы Рании.
– И, конечно же, папенька не смог возразить Альберту, всё же он будущий король… Сам он, к сожалению, поехать с нами не смог. А кузен – это ведь как родной брат, так что ничего зазорного в таком путешествии нет! Тем более он принц! И, опять же, я ведь не неведомо куда еду, а знакомиться с… ну… вы понимаете… – смущённо хихикнула Карлотта. – Да, да, не смотрите на меня так, госпожа Ризе! Вот и папенька всегда говорит, что я ужасно любопытная и могла бы потерпеть ещё один месяц, но мне ужасно интересно! А если я буду с Берти, то ничего неприличного в этом нет! Ну, действительно: месяцем раньше, месяцем позже… Я ведь знаю, как оно всё будет. Вот и тётушка Рания в письме намекнула, что мне стоит заранее узнать как можно больше о культуре дэвров. А раз уж они обосновались в Ноош-Тейне…
– И как вы находите дэвров, леди Карлотта? – поинтересовалась Имельда. Она единственная поддерживала разговор. Госпожа Эгмант боялась даже пошевелиться и с восторгом внимала болтовне племянницы королевы. А меня и не спрашивали.
– О, – немного смутилась юная герцогиня. – Ну, госпожа Ризе, вы же сами понимаете… Как тётушка скажет… Я же знаю: это всё только на пользу Вельтарингии. Меня к этому с детства готовили. Ну, вот как моя двоюродная тётя Георгина… Как это правильно называется? Династические браки, да? Страшно, конечно, но что поделать…
– Нет же, леди Карлотта, я вас не о том спрашиваю, – вдруг посерьёзнела Мелли. – Какое впечатление произвели эти воины лично на вас?
– Ну-у… – хихикнула герцогиня, понимающе переглянувшись с подругами. – Если честно… То они просто ужасные!.. Такие свирепые, дикие… А эти их имена!..
– Как там… Дубина, да! – не выдержала Катарина. – Нет, нет, Лотти!.. А этот, другой!.. Как же его…
– Сопля! – рассмеялась вторая подружка, Иви. – Сопля, представляете!.. Или ещё один, старый такой – Ярый, кажется… Госпожа Ризе, ну вы можете себе представить!!.. Чтобы приличная леди взяла себе такое имя! Например, были бы вы Имельда Ярая!.. Ну, умора же!..
– Ой, не говорите! – звенела хрустальными колокольчиками герцогиня. – Хотя Карлотта Чёрный Вепрь ещё даже ничего звучит по сравнению с этим!..
Лицо Мелли закаменело, и её эмоции я не смогла прочитать. Меня же, обычно такую сдержанную, внезапно захлестнули собственные чувства.
– Прозвища дэвров – это их гордость, – тихо, но непримиримо произнесла я, неосознанно добавив в свои слова то, что отец называл «магией теви». Особую интонацию, что любого заставляла тебя слушать. – Когда в деревню воина Нгаторо повадился ходитьва́ева́е-коа́ро, местный медведь, этот дэвр поклялся отомстить пожирателю его коз. Медведь был в три раза больше и сильнее Нгаторо, но воин не испугался. Много дней он шёл по его следам, а когда настиг, то не ударил медведя своимтаиахав спину. Нет, он обошёл его со спины и встал перед ваевае-коаро лицом к лицу. Много часов они катались в честном бою. Ваевае-коаро облапил Нгаторо и тот не смог махнуть рукой своим хойя, чтобы те пришли на помощь. Ваевае-коаро впился зубами в горло Нгаторо, и Нгаторо не смог крикнуть, чтобы, опять же, позвать хойя. Шерсть медведя застила глаза Нгаторо, и даже подмигнуть своим товарищам воин не смог. Тогда Нгаторо сморкнулся из последних сил, и сопля эта пронзила глаз ваевае-коаро и ослепила его. Так Нгаторо и одолел медведя, а сам кайарахи сделал его своим хойя. А в той деревне отныне славят воина Соплю, победителя ваевае-коаро. И имя это они произносят с гордостью и уважением.
Девицы похлопали глазами и даже впечатлились на несколько секунд. А потом продолжили непринуждённо болтать и делиться своими впечатлениями.
– А вот их правитель – красавчик, – хихикнула Катарина. – Хотя Альберта он, конечно, не затмит… Лотти, как он тебе?
– Ну-у… – надула губки Карлотта. – Он такой огромный… Хотя если отрезать все эти космы, постричь нормально, в приличную одежду одеть… А то они, простите, ну… как женщины. Юбки эти, волосы длинные, косички… Да и неприлично мужчинам столько золотых украшений на себе носить. У них даже в ушах серьги, вы видели?..
Внутри меня закипело негодование. Это дэвров-то сейчас сравнили с женщинами?!.. Этих сильных, самых мужественных на свете воинов! Постричь Чёрного Вепря?!. Боги милостивые, да как можно так зацикливаться только на внешнем? Но я даже бровью не повела, ничем не выдав своих чувств. Разве что до боли вонзила себе в ладонь ногти, сжав руку в кулак.
– И с воспитанием у них, конечно, тоже… Ах, этот Вепрь так страшно рычит… Тесса Минци, но вы-то, уверена, сумеете привить немного вежливости этому мужлану…
Этого стерпеть я уже не смогла.
– Господин Риедарс не является моим учеником, – резко ответила я. Гораздо резче, чем стоило бы ответить герцогине и племяннице самой королевы. – Но ему это и не нужно. Он смелый, сильный и великодушный правитель… Он… он искренний и честный мужчина. Дэвры живут сердцем и следуют голосу чести и совести, а не этикету. И мне очень жаль, леди Карлотта, если вы не сумели разглядеть в своём женихе то, чего и в малой степени не наберётся во всех присутствующих здесь аристократах – истинной красоты души!
Под конец я всё же не смогла сдержаться и мой голос зазвенел на повышенных тонах. Имельда обеспокоенно взглянула на меня, Мелинда попыталась слиться с креслом, юные аристократки притихли.
– Ну… – зарделась Карлотта, нисколько не обидевшись на мои слова. – Пока не жених. Ещё ничего не сговорено… Хотя Берти уже привёз кайарахи отступные бумаги на два спорных острова. Это вроде как жест королевской доброй воли, но на самом деле эти острова принадлежат моему папеньке, так что это скорее моё приданое… Ой, тесса Минци, вы так замечательно, так ярко говорите об этих дикарях! Прошу вас, а расскажите что-нибудь ещё!
В этом недавнем ребёнке не было ни фальши, ни спесивости, ни лицемерия. Она просто воспринимала всё как должное. Даже собственную роль разменной монеты в большой политике. А я мгновенно сдулась. Действительно, ну этот ангел разве виноват, что тесса внезапно стала такой агрессивной…
Боги милостивые, никогда ещё я не падала так низко! Это позор на всю семью Минци. Я отвернула голову, чтобы не смотреть в лучезарные и немного наивные глаза Карлотты, и только сейчас заметила принца Альберта, стоявшего в дверях. Я замерла. Слышал ли он этот мой выпад в сторону герцогини?.. Наверняка. Боги, вся репутация семьи коту под хвост…
– Мы закончили переговоры, – улыбнулся его высочество дамам. – Дэвры любезно согласились отобедать, но решили отблагодарить тебя, дорогая Карлотта, за гостеприимство, и сейчас, кажется, режут баранов на заднем дворе. Хотят приготовить их по собственному рецепту. Признаюсь, я смалодушничал и понял, что не готов на это смотреть. Так что самым бесцеремонным образом решил вмешаться в вашу дружную беседу. Я собираюсь прогуляться по саду. Тесса Аурелия, вы не составите мне компанию?..