Кадетов и графа Тобрука я так и не увидела; говорят, офицер королевского корпуса настолько проникся военным и охотничьим искусством дэвров, что уже два месяца пропадал с воспитанниками в лесах, занимаясь выживанием в дикой природе.
Ригель-Войцы поручили мне передать подробный отчёт короне о результатах своего пребывания здесь и, главное, заверить, что посольство организовано и полностью готово к работе. «Вы только не говорите никому, что супруга посла здесь босиком отплясывает и не всегда знает, где её младшие дочери, – хихикнула Анна-Ка. – А Анри и вовсе полдня пропадает на рыбалке».
Тохунга нашла меня сама. «Хорошо, – довольно кивнула она, рассмотрев меня с головы до ног. – Вот теперь хорошо, атаранги-мана. Духов уважь. Венуа поклонись. И возвращайся. Здесь твой дом теперь».
Что делать, конечно, не объяснила. Пришлось по наитию.
Те Ваи я напоила кровью, полоснув лезвием по пальцу над ручьём. Первый нож мне подарила Агна. И ещё несколько вручили хойя. «Ты ж атаранги-мана, негоже тебе без оружия», – просто сказали они. Кажется, это понятие было немного шире, чем просто «помеченная духами»…
Те Хау я подарила прядь волос, развеяв её по ветру. Налетевший вихрь жадно подхватил подношение, а меня лишь ласково мазнул по щеке.
На матери-земле я спала этой ночью. Рид даже не спрашивал, отчего мне вздумалось ночевать на траве заднего двора фаре, а не в упругой кровати. Просто лёг рядом. А утром у моей головы вырос белоснежный цветок тиаре. Рид сам заправил мне его за левое ухо.
Двадцать хойя утром погрузились на «Принцессу Эльжбету», прибывшую двумя днями ранее из Баглора. Девятнадцать продолжили плавание, сделав остановку в Ноош-Тейне. Это Эхра Мохнатый сошёл вместе с Магретой – просить её руки у Мелинды Эгмант. Отца Магреты, мэра всего городка, Мохнатый в расчёт не брал.
– Согласится, как думаете? – распереживалась я.
– Да куда она денется, – философски пожала плечами Мелли. – Малютку ведь тоже не от качки всю дорогу тошнило. А за тот кувшинчик золотых самородков мамаша лысенькому сама парочку дэвровских царей в родословие припишет.
Для меня недельное путешествие пролетело незаметно и без морской болезни. Корабль был мне знаком, только я занимала уже другую каюту. С широкой кроватью и Ридом в ней. Дэвров невиданная прежде паровая тяга на «Эльжбете» привела в полный восторг, и капитана чуть не замучили, заставив объяснять принцип движения. Капитан не смог им толком объяснить, зато герцог Астерби вдруг проявил недюжинные познания в инженерии, чем заслужил восхищённый взгляд от собственной супруги.
Я же просто наслаждалась компанией друзей, солёным бризом, закатами и своим кайарахи. Неужели это нормально, что скучаю по нему, стоит расстаться на минуту? Нормально, что стоит заслышать его особый рык, обращённый только ко мне, как внизу живота начинает сладко тянуть в предвкушении его ласок? Он изучил меня всю, до миллиметра, руками и языком, но каждый раз находил какую-то новую струнку. Я же только начинала познавать его мужскую природу, и от его бурной реакции на мои несмелые действия сама каждый раз звучала по-новому. Как он может быть таким нежным и диким одновременно? Как я могу быть с ним ближе некуда и при этом желать его ещё больше?..
Но что только страсть… Не меньше я любила томные утра, когда нежилась в его объятиях. Он такой огромный, что в него можно завернуться полностью, словно в одеяло! И вот ещё качаешься на волнах зыбкого сна, а ноги уже сами оплетают его узкие бёдра, чувствуя, как просыпается его тело. А горячие огромные руки уже скользят по спине, подминая под себя, и в ухо спросонья льётся хриплое: «Аурем менс…»
Из такого волшебного утра нас и вырвал радостный крик матроса:
– Подплываем! Астеви-Раш! Столица!..
– Убью, – хрипло пророкотал Чёрный Вепрь. – Напомни мне через полчаса, аурем…
Глава 22
Времени хватило на всё.
Бросив на Рида осторожный взгляд, я начала облачаться в дорожное платье. Боги, до чего же громоздкими показались обычные вещи! Панталоны, чулки, сорочка, туфельки с ремешками, лиф, корсаж, нижние юбки, само платье, кружевные летние перчатки… Рид смотрел с сомнением, нахмурившись.
– Это ты всегда на себе такое таскаешь? Как тебя потом из этого выпутывать?
– Рид, мы всё же в Вельтарингии, – мягко оправдалась я, нервно теребя завязки. – Боюсь, папанга – чересчур открытый наряд для столицы… И местной погоды.
– Мне не нравится, – прорычал он. – Холодно – плащ накинь сверху. Тот, что матушка тебе подарила, с лисьим мехом.
– Рид, я хоть и из уважаемой семьи, но мех у нас – привилегия аристократов, боюсь, это будет чересчур вызывающе…
– Ты атаранги-мана, – голос его понизился, а глаза прищурились. – Или забыла?
– В Дэврети, – тихо добавила я. – А здесь никто, обычная тесса…
– А здесь ты моя арохайна ана! – взревел он, пугая меня. – И везде! А если кто косо взглянет…
– Рид! – бросилась я к нему. – Сердце моё!.. Разве буду я для тебя кем-то иным, если надену другую одежду? Но и ты меня пойми… Здесь к такому не привыкли! Со временем, может…
Под его недовольное рычание мы сошлись на закрытом платье, но на талию он сам повязал мне поясок с амулетами и короткими ножами, навесил золото и не позволил собрать волосы. Имельда добилась чуть больших успехов, зато Вангапу выглядел ещё более сердитым. А ещё Мелли заметно нервничала, и отчасти я её понимала.
«Принцессу Эльжбету» встречали. Мне показалось, что половина Астеви-Раша высыпала на пристань, запрудила набережные, даже на крышах домов устроились городские мальчишки. Поодаль выстроилась вереница экипажей.
Меня перед сходом на берег всё сильнее одолевали сомнения. Вот так и пойдём – первыми, держась за руки?..
Всё же это официальный визит правителя и его подданных в чужую страну. На это существует несколько протоколов: например, среди встречающих должны быть лица того же ранга, не ниже. То есть как минимум будет кто-то из королевской семьи и несколько генералов нашей армии – им соответствует статус воинов хойя. И я в уровень этой встречи совершенно не вписываюсь! Пусть у меня тоже есть статус – посла по делам культуры, но сойти с борта раньше того же герцога Астерби и Фионы?.. Простая тесса раньше действительных аристократов?!.. Это будет скандал, и вечером он обязательно попадёт во все газеты.
А что до того, кто мы друг другу с Ридом… Ну так мы даже по законам Дэврети ещё не женаты. Я уже представила эти заголовки: «Любовница варвара!», «Столичная гувернантка приручила дикаря!», «Падение нравов в семействе Минци, оплоте наставничества!», «Кому мы доверяем наших детей?!..»
Имельда, кажется, раньше меня сообразила, чем может обернуться невинный сход на пристань.
– Медведь, ты с кайарахи иди, ладно? – помявшись, попросила она. – А я с герцогами. Это же вас встречают, а я так… А я спинку тебе потом почешу…
Я тоже незаметно отстала от Рида, но уловка не удалась. Этих мужчин не тревожили официальные протоколы; понятие «репутация» для них зависело от поступков, а не от «неправильной» компании, а до мнения вельтаринжцев им и вовсе никакого дела не было…
Так что Рид просто зажал мою руку в своей лапище и спустился с трапа первым. Бледная как полотно Мелли шла следом с Вангапу. А после семнадцать дэвров загромыхали чеканным шагом, сотрясая каменную кладку набережной. Толпа испуганно подалась назад. И тут же поползли шепотки.
– Глянь… девица с ним… наша вродь…
– Это ж Софуса Минци, кажись, дочка… Надо же, живая вернулась… Вернули честь по чести…
– А чего он её за руку тащит? Этот же он самый главный у них, да?
– Смотри, смотри, золота-то на девчонке!..
– А простоволосая она чего? Хоть бы прибрала космы, позор-то какой…
– А остальные-то… Вот так страхоморды… Чего они рожи строят? – толстая горожанка осенила себя защитным знаком и спряталась за ледащим мужичонкой.
Я обернулась: хойя действительно скалились во все зубы. Это я им начала объяснять про улыбку – выражение дружелюбия – накануне отплытия на Мота Нуи, но тему мы так и не закончили…
– Здрасьте, люди добрые! – гаркнул Юн. – В гости вот к вам приехали, ага.
Толпа замерла. Но кайарахи уже дошёл до встречающей делегации вдоль оцепленного стражей почётного коридора. Приветствовала высоких гостей сама принцесса Эльжбета – очаровательная кроха на руках своей матери, принцессы Каролины. И… принц Альберт. Завидев его, я окончательно растерялась. Перед лицами королевской крови я была обязана сделать полный реверанс. И делала, когда Альберт приезжал в Ноош-Тейн. Только недооценила внимательность и память Чёрного Вепря. Стоило мне рефлекторно заложить ногу за ногу, как я даже на сантиметр не успела опуститься: Рид демонстративно ухватил меня за талию и прижал к себе, обрубив все мои попытки на корню.
Принцесса Каролина удивлённо вскинула бровь, на лице Альберта скользнула лёгкая понимающая улыбка. А дальше полились заготовленные речи: «Вельтарингия счастлива приветствовать…» и так далее. Принцесса Каролина красотой также пошла в мать, её величество Ранию, но ей не хватало изящества и тех хрустальных колокольчиков в голосе, которыми королева могла добиться чего угодно. Политика Каролину не занимала совершенно, в дворцовых интригах она не участвовала, а была полностью растворена в семье и дочери. И все эти мероприятия, в которых она должна была участвовать согласно положению, явно её не вдохновляли.
– И вашу… вашу спутницу, – улыбнулась она.
– Арохайну ану, – мягко поправил её принц. – Я ведь не ошибся, мой друг Риедарс?
Принц не искал конфликта. Это я стояла ни жива ни мертва, зная, что Рид заявился после нашего эмоционального разговора и накануне отплытия на Мота Нуи в поместье Карлотты. У меня тогда не хватило смелости признаться ему в чувствах, а внимание Альберта в тот вечер было чересчур очевидным, чтобы кайарахи принял мои слова за другое…
Я до сих пор чувствовала вину за это, ведь Рид обвинил принца в трусости, посчитав, что тот отказывается от любящей его женщины только из-за своего высокого статуса… Мы с Вепрем это никогда не обсуждали. А Альберту я не успела отправить ответное письмо – он тоже уехал к тому времени из Ноош-Тейна.