Рассмотрим повторяющуюся базовую игру с единственным равновесием, например, игру «Дилемма заключенных». «Народная» теорема гласит, что, если игра повторяется бесконечное число периодов, а игроки достаточно терпеливы (т. е. если они придают достаточно большое значение вознаграждениям, получаемым в будущие периоды), сотрудничество может поддерживаться посредством определения будущего сотрудничества через прошлое сотрудничество. Мошенничество ведет к выигрышу сегодня, но также к потере всех выигрышей от будущего сотрудничества.
Если же такая этапная игра повторяется конечное число периодов, сотрудничество, основанное на обещании будущего вознаграждения за сотрудничество, не может поддерживаться, – оно не является равновесным исходом. Интуитивно ясно, что в последний период лучше всего смошенничать. В конце концов, игрок не может быть наказан в будущем за мошенничество, если игра заканчивается. Ожидая мошенничества, другой игрок тоже не будет сотрудничать. Поскольку ожидается, что ни один из игроков не будет сотрудничать в последний период, лучшее, что может сделать каждый игрок, – это смошенничать в предпоследний период. Следуя этой логике, равновесие продолжает, таким образом, сдвигаться назад по этапам игры, так что в результате сотрудничество перестает быть равновесным исходом в любом из периодов. Это проблема конечной игры.
В целом неопределенность может сгладить проблему конечной игры, поскольку игра с бесконечным горизонтом аналитически эквивалентна игре с неопределенным конечным периодом. Собственно, когда в каждый из периодов существует постоянная или достаточно низкая вероятность того, что повторяющаяся игра завершится к концу каждого периода, повторяющаяся игра аналитически эквивалентна той игре, в которой бесконечно долго повторяется базовая игра. Единственное воздействие неопределенности заключается в увеличении коэффициента дисконтирования [Telser, 1980]. В этом случае, хотя игра наверняка завершится в какой-то момент, неопределенность относительно последнего периода влечет то, что всегда есть (ожидаемые) выгоды от будущей кооперации, которые можно потерять из-за мошенничества.
Несмотря на возможную значимость этого фактора для поддержания кооперации, основанной на долгосрочных ожиданиях, горизонты индивидов укорачиваются в преклонном возрасте, и этот возраст трудно скрыть. Поэтому проблема конечной игры становится релевантной, когда мы моделируем взаимодействия между индивидами. Институты, основанные на будущем, должны гарантировать, что это будущее достаточно продолжительно. Следовательно, понимание института, основанного на будущих вознаграждениях, требует определения того, почему сохраняется достаточный объем будущего вознаграждения, позволяющий мотивировать честность в любой момент, когда индивид решает, смошенничать ему или нет.
Теория указывает на несколько способов достижения такого результата. Первый способ, касающийся, в частности, односторонних дилемм заключенного, – изменение временных профилей выигрышей от сотрудничества[419]. Эта стратегия предопределяет, что если индивид не мошенничает, его доля в прибыли от сотрудничества будет со временем расти, а после выхода из игры он получит бонус. Если возможно принять обязательство по таким выплатам, данная стратегия окажется равновесием с сотрудничеством. Подобное эндогенное изменение разделения прибылей от сотрудничества может быть выполнено либо путем распределения прибылей в рассматриваемой транзакции (например, путем выплаты вознаграждения в агентских отношениях), либо за счет ее привязки к другим транзакциям (например, в социальном обмене)[420]. Так, в Генуе эпохи позднего Средневековья знатные купеческие семьи награждали агентов, служивших им годами, позволяя им заключать браки, дававшие знатный титул.
Другой способ преодоления проблемы конечной игры в односторонней дилемме заключенного или обычной дилемме заключенных состоит в эндогенном связывании репутационных соображений индивидов разных поколений. Межвременное связывание потоков полезности может породить эквивалент бессрочно существующих организаций или по крайней мере организаций, чья вероятность сохранения в каждый из периодов достаточно высока, чтобы сделать возможным сотрудничество. Когда другие определяют свое поведение исходя из прошлого поведения индивида, а благосостояние индивида зависит от этого поведения, возможно мотивировать его к сотрудничеству даже в последний период. Семьи, династии, семейные фирмы и другие родовые социальные единицы служили бессрочно существующими организациями, позволявшими их членам решать проблему конечной игры в разные исторические периоды. У магрибских торговцев репутационный институт основывался на межпоколенческих связях, используя заботу каждого индивида о благосостоянии своих потомков, несмотря на конечную продолжительность собственной жизни. При моделировании отношений между купцами и правителями в главе IV я предполагал, что у правителя бесконечный горизонт, отражая династическую природу государства в этот период.
В современных экономиках подобную роль играют другие эндогенные образования, например, фирмы, чьи идентичности отличны от идентичностей их владельцев. Таделис [Tadelis, 1999; 2002] использует модель, совмещающую моральный риск и неблагоприятный отбор, в исследовании того, как организации, отделяющие идентичности от самих образований, могут мотивировать индивидов к кооперации в престарелом возрасте. Он предполагает, что репутация фирмы отражает прошлые способности и действия ее собственника, который может продать фирму без ведома ее клиентов. Когда покупатели фирменного продукта готовы платить больше за продукт фирмы с репутацией, репутация ценна. Следовательно, собственник фирмы с репутацией может счесть оптимальным решение не мошенничать в престарелом возрасте, поскольку потеря репутации будет означать уменьшение ценности имени фирмы, т. е. актива, который он может продать. Этот анализ также неявно демонстрирует роль вспомогательных организаций и связанных с ними убеждений, например тех, что запрещают фирме брать название какой-либо другой фирмы.
Проблема конечной игры – проблема только для тех игроков, которые могут мошенничать. Если игрок, способный мошенничать, живет достаточно длительное время и достаточно терпелив, может существовать равновесие с сотрудничеством, даже если у остальных игроков короткая продолжительность жизни. Сотрудничество основано на том, что игроки с короткой продолжительностью жизни определяют свое поведение в зависимости от действий других игроков по отношению к их предшественникам.
Чтобы понять этот каузальный эффект, рассмотрим игру между фирмой с бесконечной продолжительностью жизни и ее сотрудниками. Известно, что каждый сотрудник живет несколько периодов, после чего умирает и замещается другим. Эта игра является вариантом игры односторонней дилеммы заключенного. В каждый период сотрудники могут сначала решить, предоставлять ли свой труд фирме в качестве вводимого фактора производства. Если их решение положительно, фирма может решить, платить ли обещанные зарплаты. Когда каждый игрок знает только свою частную историю, проблема конечной игры ведет к тому, что нет равновесия с обеспечением фирмы трудом и с выплатой зарплат, поскольку оптимальная стратегия фирмы – не платить сотруднику в его последний период. Равновесие с обеспечением трудом и выплатой зарплат, однако, существует, если прошлое поведение фирмы является публичной информацией, доступной работникам, и если ожидаемые прибыли фирмы от производства (после выплаты зарплат) достаточно велики. В этом равновесии угроза того, что в будущем сотрудники накажут фирму (перестав работать, если она когда-либо отказывается от оплаты труда сотрудника), мотивирует фирму платить (см.: [Bull, 1987; Cremer, 1986; Kreps, 1990b; Tadelis, 1999; 2002]).
Межпоколенческие связи внутри организации, составленной из пересекающихся поколений ее членов, также могут сгладить проблему конечной игры в отношениях членов организации. Рассмотрим ситуацию, в которой у индивидов заранее заданная продолжительность жизни. Каждый год организация нанимает нового члена, чтобы заменить только что умершего. Члены организации взаимодействуют в ситуации, построенной по принципу дилеммы заключенных, совершая некое трудовое усилие либо уклоняясь от него. Эти действия доступны для наблюдения. Лучшее, что может сделать член организации, – это не совершать никакого усилия в период непосредственно перед уходом от дел. Однако в последний период его все еще могут наказать или вознаградить в зависимости от его усилия. Следовательно, стратегия, при которой молодые члены упорно трудятся, а старые уклоняются от такого труда, получая при этом компенсацию, может поддержать некоторый (хотя и не оптимальный) уровень кооперации. Более молодые сотрудники мотивированы к упорному труду, и они вознаграждают старых сотрудников, которые не прилагают усилий, поскольку в противном случае игра не приведет к кооперации [Cremer, 1986].
Организации также могут снять проблему конечной игры в интеракциях между организациями, как показывает анализ системы ответственности сообщества. Межпоколенческие связи внутри сообществ были частью института, позволявшего этим сообществам принимать на себя обязательства действовать так, словно бы продолжительность их жизни была бесконечной, хотя они и были озабочены исключительно благосостоянием своих членов с конечным сроком жизни.
Необходимым условием для того, чтобы обещание будущего вознаграждения склоняло к сотрудничеству, является то, что чистая дисконтированная стоимость выигрыша от мошенничества и соответствующий поток полезности в последующие периоды должны быть меньше, чем чистая дисконтированная стоимость сотрудничества. Чтобы понять репутационные институты, нужно определить, каким образом это условие может быть выполнено эндогенно. Репутационные институты манипулируют выигрышами индивида от различных действий и возможностей оппортунистического поведения, обеспечивая сотрудничество. Теория указывает на различные варианты того, как можно эндогенно манипулировать выигрышами, а также отношениями между этими выигрышами и средой.